Миллиардер - Сергей Арзуманов

Зато утром вполне отчетливо в акватории острова нарисовалась яхта тайца вместе с пиратами.

Прятаться было бессмысленно. Мы остались на берегу в ожидании развития событий. Главный пират спустился на берег и тихо спросил:

— Кто зажигал огонь?

Мы все растерялись от удивления. Значит, за нами следят, и Йорис не ошибся, он правда видел судно, и этим судном оказалась наша бывшая лодка.

Значит, мы им зачем-то нужны, это очевидно. А, может, им нужен только я? Надо пообщаться с европейцами серьезно, подумал я. Мы торчим на острове больше недели, а так ничего друг о друге и не узнали.

— Так, ответа я, похоже, не дождусь, — сказал пират довольно равнодушно, — отлично, немедленно все на яхту, уходим на Суматру.

Нас насильно загнали на борт, но никак не ограничивали свободу передвижения по яхте. Ночью, выйдя на палубу, я решил проверить свой телефон. Я хотел убедиться, что передатчик еще работает, хотя уже почти не верил в это. Я попытался активировать телефон, экран загорелся на секунду и тут же погас.

Я не успел положить телефон в карман, как на палубе появился златозубый предводитель.

— Что вы здесь делаете? — спросил он с раздражением на корявом английском.

— Дышу воздухом, — спокойно ответил я.

— Ясно, а что у вас в руках? — резко спросил он и посмотрел с подозрительностью на мои руки, скрещенные сзади.

Я быстро сообразил, какие последствия могут быть, если он обнаружит у меня телефон, и тут же выбросил трубку за борт.

— Ничего.

Он молча подошел ко мне и грубо осмотрел с ног до головы.

— Идите спать, немедленно.

Я спускаюсь в каюту, где все мои спутники уже спят. Настроение ужасное, последняя связь с миром потеряна, впереди неизвестность. Я так и не смог заснуть в эту ночь.

Часов в девять мы прибыли на какой-то остров. Нас высадили на берег и как будто забыли о нашем существовании. Нас никто не трогал, и даже создавалось впечатление, что мы свободны.

Через несколько дней я начинаю задумываться о побеге. Я теряю время, время своей жизни, и сидеть сложа руки означает только одно — смерть. О побеге я никому не говорил, но каждый раз убеждался, что он невозможен. Я плохо представляю, где нахожусь, к тому же начались штормы, пусть и не сильные, но грозные.

На десятые сутки пленения капитан пиратов сообщил нам, что мы уходим в другой порт, где будем ждать развития событий. Я даже поинтересовался: развития каких событий мы так упорно ждем, но в ответ только получил молчание и напоминание о дуле автомата, всегда нацеленного на меня.

Через сутки нас высадили на острове Малингей, недалеко от Суматры, с провизией на три недели.

— Вы здесь в полной безопасности, — пояснил главный.

— В безопасности от кого? — спросил я.

— От всех, здесь не более пятисот жителей, и никто не будет спрашивать у вас, кто вы и откуда.

— А что потом?

— Потом получите новые указания.

— Указания, — поинтересовался я, — от кого?

— От бога, — сказал пират, — вознося руки к небу, поправил рукоятку ножа у себя на поясе и рассмеялся буйным смехом.

— Вот это да, — произнес я, теряя чувства реальности и опасности, — это что, сам Будда спустится к нам.

— Не дерзи, западный человек, — пригрозил пират, — боги бывают разными, и твоя судьба сейчас в их руках.

Я улыбнулся, давая понять, что смеюсь над его словами, и в этот момент что-то тяжелое обрушилось на мой затылок.

Очнулся я посреди джунглей в окружении своих спутников. Вид их был ужасающим. Они сдались на волю обстоятельств и совершенно не знали, что им делать. Я был почти уверен, что все их злоключения из-за меня и потому решил поговорить с ними основательно.

Выяснил я следующее. Англичане плавали на своей «Фраттини» по Индийскому океану около месяца. Все трое оказались совладельцами фирмы, производящей программное обеспечение для оборудования, обеспечивающего сотовую связь. Швед шел одиночкой на своей яхте через Тихий и Индийский океаны. Йорис никогда нигде не работал и занимался только яхтенным спортом. Его тренер всегда находил спонсоров для его путешествий. Вот и на этот раз он пошел в кругосветку на деньги крупнейшего оператора сотовой связи в южной Европе.

Таким образом, я вроде бы обнаружил некую связь между иностранцами — и там и здесь замешаны операторы сотовой связи. Но, скорее всего, это совпадение, ведь я не имею к сотовой связи никакого отношения. Да, дело путаное, и ясности в нем нет никакой.

После нашего разговора мы пришли к единому мнению о побеге. Мы решили не сидеть сложа руки и вырваться из плена любой ценой. Я попытался найти контакт с местным населением, но от нас шарахались, как от прокаженных. Видимо, местные жители боялись пиратов и никак не хотели вступать с нами в контакт.

Дней пять мы слонялись по острову, обдумывая перспективы побега. На шестые сутки море стало настолько неспокойным, что предвещало большой шторм. Мы укрылись в хижине, в которую нас поселили пираты. Она располагалась на небольшом возвышении в центре острова. Утром следующего дня шум моря стал нарастать, пока не превратился в невыносимый, пробирающий до костей рев. Рев нарастал с ужасающей силой, пока мы не почувствовали, как остров содрогнулся. Казалось, земля проваливается у нас под ногами.

Невиданное цунами накрыло остров. Волны высотой более двадцати пяти метров растерзали все постройки на острове, но не дошли до нашей хижины. Мы ждали воду, были готовы ее увидеть, но не знали что делать.

От сырости и недостатка воздуха я начал бредить. Цифры, коды, счета, шифры, тайны — все, что я знал и хранил в себе, кружилось в моем воспаленном мозгу дикой бессмысленной каруселью. Никто, кроме меня, не найдет мои счета, мои тайники, мои сокровища. Нужно рассказать об этом детям и жене. Открыть им доступ к финансам и счетам. Да, так я и сделаю, я так и сделаю, обязательно сделаю…

Я потерял счет времени. Мне снились нимфы, сирены, загадочные острова и фантастические животные. Утром я очнулся от дневного света, резко ударившего мне в глаза. Я огляделся вокруг и увидел своих спутников, спящих в диких, неестественных позах.

Еле живые и не понимающие до конца, как спаслись, мы вышли из хижины. Англичане выглядели плачевно. Йорис еще как-то держался на ногах, а тайцы только и делали, что повторяли одну и ту же молитву. Я чувствовал себя полностью разбитым. Мы обошли остров и обнаружили, что живых не осталось. Все постройки были разрушены, деревья повалены, земля растерзана на куски.

Через час на северной стороне острова в небольшой лагуне мы наткнулись на баркас. Я, конечно, принял его за мираж, но судно было реальностью. Прямо перед нами стоял не тронутый стихией баркас.

После осмотра выяснилось, что у него почти полные баки топлива и отсутствуют какие-либо повреждения. Как он здесь оказался, было загадкой. Если бы его выбросило сюда волной, он бы получил повреждения. Но судно было совершенно невредимым снаружи. Как такое могло произойти, я не понимал.

Мы обследовали судно, и к своему удивлению не обнаружили никаких поломок. Баркас легко завелся, и мы вышли в море. Погода стояла чудесная. Бирюзовое небо сливалось с таким же бирюзовым морем на горизонте, и баркас скользил по воде легко и быстро.

Потом, через несколько месяцев, я узнал, что ни один житель острова не спасся. Гигантское цунами растерзало остров, смыв с него все. Официально на острове погибли все. О нас ведь никто не знал. Как мы уцелели, я не понимаю до сих пор.

На баркасе не оказалось рации, навигация тоже отсутствовала. Из приборов был только компас. Но и он оказался бесполезен, так как мы с трудом представляли свое местонахождение. Оставалось одно — плыть, куда глаза глядят. Не самая лучшая стратегия, но единственная в нашем положении. Меня грела только одна мысль, что где-то рядом меня ищет моя подводная лодка. Я тысячу раз благодарил себя за то, что купил себе дорогую игрушку, которая теперь является моим единственным спасением в этом окончательно спятившем мире.

8

А в это время моя подлодка выходила в океанское плавание ранним утром из акватории Марселя, где стояла на профилактическом ремонте, и взяла курс на Юго-Восточную Азию. Капитан Альберт Джангарян с трудом представлял, как он организует поиски, но наметил себе первым пунктом Южно-Китайское море. Он связался с Интерполом и узнал места, где чаще всего пропадают суда. После получения информации Джангарян принял решение прочесывать квадрат за квадратом в море и все острова, находящиеся в этом районе. Он включил спутниковую систему, которая определяла мое месторасположение даже по выключенному телефону. Капитан не знал, что мой телефон покоится на морском дне и уже не способен принимать сигнал. Последнее запеленгованное положение телефона было в районе острова Суматра.