Ученица Волхва - Иван Тарасов

Он начинал своё занятие с медленных, плавных движений. Плавно перемещаясь по поляне и вращаясь вокруг своей оси, волхв делал широкие махи посохом. Каждое движение было выверено до миллиметра, а каждое касание земли посохом сопровождалось глухим стуком. Постепенно темп становился все быстрее, а движения резкими и быстрыми, напоминающими танец.

Посох мелькал в воздухе, оставляя за собой следы в виде серебристых искр. Старик атаковал невидимого противника, блокировал удары, уклонялся и контраатаковал. Его лицо выражало глубокую сосредоточенность, взгляд устремлён вперёд, будто он действительно видел своего соперника. Пот струился по его телу, но он продолжал двигаться, не останавливаясь ни на секунду.

Каждое движение старика наполнено мощью и грацией одновременно. Его ловкость и координацию были удивительны, несмотря на свои годы, а дыхание ровно и глубоко, как у опытного бойца, привыкшего контролировать каждую свою эмоцию и движение.

Проходит несколько минут, и Еремей завершил тренировку. Он медленно опустил посох, перевел дыхание и улыбнулся. В его глазах читалось удовлетворение от проделанной работы и гордость за свои достижения.

Арина стояла на краю лесной поляны, прячась за густыми ветвями молодого дуба. Её юное сердце билось быстро, когда она наблюдала за своим учителем. Она знала, что ей не следует так открыто смотреть на него, но не могла удержаться. Волшебство момента захватило её целиком.

Её учитель был старше неё на много десятилетий, но в этом возрасте разница казалась ей незначительной. Для Арины Еремей был олицетворением силы, мудрости и мужественности. Его длинные седые волосы и борода придавали ему облик древнего героя из старых сказаний, а его тренировки с посохом вызывали восхищение и трепет.

Когда Еремей завершил свою тренировку, Арина не смогла сдержать своих эмоций. Её ноги сами понесли её через поляну прямо к учителю. Она кинулась к нему, обвила руками его шею и крепко прижалась к его груди. Её щеки пылали, а голос дрожал от волнения, когда она произнесла:

— Учитель! Вы такой сильный… Я никогда не видела ничего подобного!

Еремей слегка смутился, но его глаза загорелись тёплым светом. Он осторожно обнял ученицу, чувствуя, как её молодое тело дрожит от восторга. В этот момент он понял, что между ними возникло нечто большее, чем просто отношения учителя и ученицы. В его душе проснулась нежность, которую он давно забыл.

Арина подняла голову и посмотрела на Еремея своими большими карими глазами. В них светилась любовь и восхищение. Она хотела сказать что-то ещё, но слова застряли в горле. Вместо этого она просто продолжала держать его, наслаждаясь моментом близости.

Еремей мягко коснулся её лица ладонью, проводя пальцами по её гладкой коже. Еремей начал понимать, что происходит с его ученицей. Она выбрала Макошь, а великая мать богиня женщин, а не девиц. Именно из-за этого так металась в поисках любви Арина и так пыталась найти себе возлюбленного. Просто ее разум от невеликого опыта не мог еще этого понять и осмыслить. Что же на то и нужен учитель, хотя с учительницей девушке было бы проще.

Так они стояли на поляне, окружённые тишиной леса, пока солнце медленно поднималось всё выше, освещая их лица золотистыми лучами.

* * *

Вернувшись к дому Еремея, учитель и ученица обнаружили Тойво недоуменно пытающегося понять куда все запропали.

— Привет тебе чуд. Долгонько ты спишь. Я уже успел размяться. Давай-ка прогуляемся к нашему кузнецу. У него вроде был меч, который не забрал заказчик. Сгинул в сече раньше времени, а меч под твои боевые ухватки. Кольчугу и прочее тоже найдем.

Двуручный меч был и правда неплох и скован мастером. Кольчугу Тойво предпочел бы работы своего народа, но родина осталась далече.

— Пойдем испытаем друг друга, чудин, — усмехнувшись произнес волхв, — у нас есть для ратной потехи круг в лесу.

Поляна за околицей Чернобора дышала предгрозовой тяжестью. Воздух, густой от запаха хвои и мокрой земли, обволакивал каждого, кто осмеливался нарушить тишину. Еремей стоял посреди луга, его посох с рунами, теперь мерцавшими бледно-синим светом, упирался в землю. Белые глаза, словно затянутые инеем, смотрели сквозь Тойво, видя больше, чем просто человека. Чудин, облачённый в кольчугу, сверкавшую, как чешуя змеи, крутил в руках двуручный меч — тяжёлый клинок с волнообразным лезвием, напоминавшим зубы дракона. Его светлые волосы, собранные в косу, колыхались на ветру, словно солома в огне.

— Начнём? — голос Тойво звучал спокойно, но в нём дрожала сталь.

— Не жалей меня, мальчишка, — усмехнулся Еремей, и руны на посохе вспыхнули ярче.

Первым двинулся Тойво. Меч взвизгнул, рассекая воздух дугой. Еремей отшатнулся, посох метнул искру, и клиент отклонился, словно ударившись о невидимый щит. Земля под ногами Тойво вздыбилась — корни вырвались наружу, пытаясь схватить его за лодыжки. Беловолосый гибкий чудин прыгнул в сторону, меч вонзился в землю, и волна силы вырвала кусок дерна, швырнув его в Еремея. Старик взмахнул посохом — ком грязи рассыпался в пыль.

Арина, сидевшая на пне, впилась ногтями в кору. Её сердце билось в такт ударам меча. Еремей, обычно медлительный, двигался теперь с неестественной ловкостью — словно сама тень предугадывала каждый выпад. Тойво, напротив, был яростным, но точным. Его меч выписывал сложные узоры, смешивая силу с грацией.

— Не отвлекайся! — крикнул Еремей, и посох ударил Тойво в грудь. Кольчуга звенела, искрясь, но чудь лишь засмеялся, отлетев на шаг.

— Старики должны учить, а не драться, — парировал он, вновь смыкая дистанцию.

Меч и посох сошлись в ударе, высекая снопы синих искр. Еремей отступил, его дыхание стало тяжелее, но в глазах горел азарт. Он провёл рукой по посоху, и руны вспыхнули багрянцем — огненный вихрь рванул к Тойво. Чудь присел, прикрывшись мечом, и пламя рассеклось, опалив траву вокруг.

Арина не могла оторвать взгляда. Ей нравилось, как Тойво двигался — словно буря, не знающая преград. Но и Еремей… Его новая сила, холодная и пугающая, заставляла её сердце сжиматься. Она ловила себя на мысли, что восхищается ими обоими — мудростью одного и яростью другого.

— Хватит прятаться за магией! — Тойво прыгнул вперёд, меч занесён для удара.

— Хватит бить как медведь! — Еремей ударил посохом в землю.

Из-под ног Тойво вырвался каменный шип, но чудь перекатился, меч чиркнул по посоху, и старик едва удержал оружие. Они замерли, клинок в сантиметре от шеи Еремея, посох — у горла Тойво.

— Ничья, — выдохнул Еремей, и руны погасли.

Тойво опустил меч, ухмыляясь:

— Следующий раз выиграю.

Арина подбежала к ним, всё ещё дрожа. Её глаза метались между мужчинами.

— Вы могли убить друг