Солнце в оковах плюща (СИ) - Вестник Яна

Наши ряды внезапно поредели. Нет ни один раб не вывалился из повозки. Просто днем ко мне обратился Раграс, тот который преступник, и рассказал свою историю. Жил он не то чтоб богато, но на судьбу не жаловался. Как однажды его взрослую дочь захотел забрать себе один богатый господин. Оказалось, так поступают чтобы обзавестись «запасным» наследником. Теперь я поняла почему рабынь мало и пусть мне кто рассказывает, что так решил какой-то артефакт. Ведь дети рабынь автоматически идут в рабскую школу. А свободную, но не слишком богатую женщину легко уговорить на бастарда. В последствии ей даже могут выплатить неплохую сумму и отпустить восвояси. Но дочь Раграса отказалась. У нее даже был жених, который к сожалению, в тот момент находился в отъезде. Тогда, увидев, что просьбы и деньги проблему не решают, богатый господин решил применить силу. Завязалась драка.

− Так вышло что я его убил. Дочь спрятал ждать жениха. Знал, что со мной будет дальше. Хозяйка, я лишь хотел убедится, что у нее все хорошо. Прошу позвольте отправить дочери письмо.

Может я наивная, но чем мне грозит невинная переписка? Человек несколько лет без связи с семьей. Про убийство судить не берусь тем более непредумышленное. Письмо писали от моего имени, иначе никак. Раграс сам отправился в местное подобие почтового отделения. Ему ответили на следующее утро. Мы уже почти собрались в дорогу, когда прибежал раб с письмом для госпожи. Мужчина со слезами разворачивал конверт. Дочь замужем, есть ребенок и на подходе второй. Об отце услышать уже не надеялась. Мне предложили продать раба, где и когда будет угодно. Родной город Раграса был недалеко от нашего пути. Хорошо, что они жили по эту сторону моря. Скорее всего, это и подтолкнуло мужчину к действиям.

Молодая очень беременная женщина, месяц седьмой если не больше, рыдала обнимая отца. Ее муж по всем правилам этикета держался от меня на расстоянии прижав ладонь ко лбу. Этот жест в высшем обществе заменяет более привычное мне целование руки. Похоже он был искренне благодарен. Я со спокойным сердцем отпустила мужчину к семье. Пожизненное рабство, но рядом с самыми дорогими любящими тебя людьми, для него лучшее из возможного.

7. Дом.

Остаток дороги я хандрила, прокручивая в голове разговор с Эритом. Я уверяла себя, что моя строгость к рабам необходима для поддержания порядка. Шутка ли − девять мужчин и у каждого в голове свои тараканы. Освободить никого я не могу, при всем желании. А если стану убеждать в своих благих намерениях из меня веревки вить начнут. Поэтому, слишком мягкой быть нельзя. Но от меня будто все время ждут удара или какой-то каверзы. К подобному отношению я не привыкла.

Остановились мы в ближайшем от замка городе под названием Сивирг. Убедившись, что рабы устроены с комфортом, я отправилась к полученному в подарок жилью. Увиденная картина не порадовала. В прошлом уютный замок долго стоял без должного ухода. Решила ремонт сделать частично, ведь мне пока незачем такие хоромы. Да и жить в империи остаток дней я не намерена. А вот сады-огороды требовали ухода постоянно, для чего придется нанять людей. Сколько всего рабы смогли бы сами сделать, будь у них магия. Как сильно изменилось бы качество их жизни, не говоря уже о том, что они страдают лишенные такой важной части себя. Вернулась в гостиницу уставшая и злая. А там, меня ждало письмо от городового, то есть местного мера. При встрече он был мне искренне рад, а сейчас пригласил на небольшой светский вечер. Были у меня мысли о причине такого внимания к моей персоне, но отказать не могу. Мне нужно оглядеться в городе. Завести знакомства и, может, удастся найти клиентов. Так что, с тоской посмотрев на мягкую кровать, я принялась втискивать себя в ненавистное многослойное платье.

В здании ратуши был красиво оформленный зал. Много золота и стекла, вперемежку с тяжелыми тканями на подобии бархата. Возле входа толпились самые неспокойные гости. А все, кто постарше оккупировали диванчики. Я присматривалась к окружающим не спеша идя по залу. Мужчины привычно держали дистанцию следуя этикету, пока женщина не разрешит касание и то четко по регламенту. Все еще удивляюсь этому ведь рабов касаться можно. К слову о рабах. Среди девушек сильно выделялась одна. Выглядела она лет на двадцать. Светлые локоны, лицо куклы, честно загляделась. Рядом суетился раб. Он привлек внимание даже не внешностью, а тем как держался, как с обожанием смотрел на хозяйку. Ловил жесты. Угадывал приказы прежде чем прозвучали. Он показался мне каким-то живым, что ли?

− Вечера вам. Как же я рада новому лицу в городе. − Ко мне как раз обратилась его хозяйка. − А вы правда артефактор?

Вот и привет, обо мне уже молва идет.

− Так и есть.

− Ох здорово. А я Верлия, будем знакомы. А вы правда жили в столице? А правда вы из Регелана…

Вечер был информативным. После допроса девушка вкратце рассказала обо всех присутствующих. Один мужчина оказался достаточно решительным чтобы подойти. Представился как тов Игрил и сказал, что давно искал артефактора для воссоздания одной фамильной вещицы. Другие не навязывались, но интерес было не скрыть.

− Унеси, − в очередной раз капризный визг Верлии привлек внимание. Она сухим жестким тоном давала короткие и не всегда обдуманные команды рабу.

− Не слишком ли ты привлекаешь внимание?

− Так и задумано. Понимаешь, отец не разрешает мне нового раба, пока у меня есть этот, − дополнил реплику грустный взгляд в сторону сидящего неподалеку полноватого мужчины. На что родитель девушки только невозмутимо пошевелил усами. – Но я привыкла к Деву. Он со мной больше десяти лет. Даже был у меня первым.

− Тогда зачем тебе новый раб, если этот вполне устраивает? − Что не так с этой курицей? Неужели так сложно определится, нравится тебе мужчина или нет?

− Что обо мне подумают, если я и дальше буду появляться с ним на людях? Это же стыдно. У тебя самой вон какой... – Она кивком указала на Жи, который послушно стоял за моей спиной, демонстрируя идеальную муштру.

Я оговорила с ним заранее, если этикет мероприятия позволяет, не падать ниц. Оказалось, все зависит от статуса присутствующих. Чем он выше, тем меньше приветствуется чтобы у ног путалось имущество. В идеале рабов вообще не должно быть видно. Но и без них никак. Поэтому обычно рядом один-двое, а остальные стены подпирают или сидят в специальных нишах.

− Это подарок. Но, у меня есть раб постарше твоего, и я ценю его не за внешность. А говорить о старости твоего раба, мне кажется, рановато.

− То есть, ты не считаешь его старым и уродливым? − В глазах девушки появилось воодушевление. − Думаешь стоит оставить?

Сильно кольнуло такое отношение, словно старую версию телефона обсуждаем. Посмотрела внимательно на мужчину. Взрослое лицо, возможно ему немного больше тридцати. Уже появилось несколько мимических морщин в уголках глаз. Но признаков старения на нем ждать еще лет сто. И смотрит на свою хозяйку с обожанием и безнадегой, как на недостижимую мечту.

− Ты действительно интересуешься моим мнением? – Я пристально вглядывалась в глаза девушки, решая стоит ли разбрасываться советами.

− Да. – Верлия аж смутилась под моим рентгеном, но волнение за маской госпожи было красноречивей слов.

− Тогда слушай. Это твой личный выбор что приемлемо, а что нет в твоей жизни. Или достаточно дорого, чтобы иметь в ней место. Ты не рабыня чтобы за тебя решали.

Сказала и поняла, что действительно так считаю. Очевидно, что к мужчине она привязана, но также по неопытности слишком подвержена влиянию общества. Но если хочешь быть хозяйкой своей жизни, будь ей.

− Спасибо. Я не смотрела на это с такой стороны.

Ее раб бросил мне короткий взгляд, прежде чем его внимание снова было поглощено хозяйкой. Мы с девушкой еще немного поболтали ни о чем прежде чем решили, что пора расходится.

Придя в номер, я поняла насколько устала. Обмылась из ковша, такой вот местный душ, накинула белье и халат. Упала на кровать. Сил не было даже чтобы поискать что поесть. Ко мне постучались. Похоже самый смелый сегодня Отис «щенячьи глазки».