Катриэль - Mesmer Mariarti

Улимор хлопнул себя по коленам и встал.

– А что делать. Долг платежом красен. Ну, я пошел, а вы отдыхайте. Самое страшное уже позади.

Всем четверым, перенесших немало приключений за сегодня, захотелось поверить в эти слова, но они лишь вздохнули.

– А что на страницах той книги, – успел спросить Марк, прежде чем смотритель вышел из номера. – Это же поглотитель фантомов верно?

Как нам известно, Марк был книгочеем, и многое знал, и многое слышал. Однажды, когда он работал в библиотеке при врачевальных палатах магистериума, ему попалась странная толстенная книга. Которую все называли «поглотителем фантомов». Она хранилась в непроницаемом стеклянном шкафу под тремя замками и никогда не использовалась. Поэтому Марку, так и не довелось ее полистать. На позолоченной табличке от времени чернели буквы «Самостоятельный справочник по психотерапии». На самом же деле, такой волшебной книгой мог пользоваться лишь врачеватель, обладающий исключительными привилегиями, один из тех немногих, кому разрешено было использовать магические амулеты. Сейчас, длинноносый служитель гостиницы вызывал у книгочея если не восхищение, то, как минимум уважение.

Улимор быстро спрятал тоненькую книгу во внутренний карман. – Ты прав. Это действительно поглотитель фантомов, но несколько дней, его нельзя открывать. Если не хочешь высвободить то, с чем мы боролись обратно.

– Нет! Нет! – воскликнула Ольга. – Давайте, мы перекусим, этим скудным ужином и ляжем спать. Для меня хватит на сегодня приключений. Да и информации тоже.

– Ольга права, – согласился Нэльс. – Для нас, для всех достаточно приключений. Если не возражаете, мы останемся здесь на ночь? – спросил фонарщик, позабыв о том, что они заплатили за номер.

– Нисколько, – улыбнулся смотритель и показал носом на диван. – Причем не на одну.

Друзья обернулись. Катя засыпала. После выпитого зелья из пыльцы крыльев бабочки ее быстро поклонило в сон. Веки тяжелели, и глаза сами закрывались. Девушка поддалась этому сладкому зову и быстро уснула.

Гостиница пятьдесят пятая широта. Была пристанищем для любого желающего. Безопасность гарантирована каждому. Поэтому спокойный крепкий сон был неотъемлемым составляющим волшебства здешних номеров.

– Доброй ночи, – тихо пожелал смотритель гостиницы, закрывая за собой дверь.

В коридоре его ждал гном. – Ну что, ты усыпил их бдительность?

Длинноносый лекарь покосился на маленького друга.

– Я усыпил лишь их подругу. И то во врачевальных целях. Ей не помешает сейчас хороший и продолжительный сон. Только так она полностью сможет избавиться от фантома.

– Что? – удивился Отли. – Ты не сообщишь о них в магистериум?

– Тс–с, – зашептал Улимор и, оглянувшись, продолжил идти. Два золотых браслета на его запястьях хитро поблескивали. – У меня с магистериумом короткий разговор. Висельница или четвертование. Как ты себе это представляешь?

– А что? – гном подтянул красные панталоны. – Гляди, что я нашел у одного из них в кармане. – Отли обнажил широкие зубы и достал кусочек желтого мела. – Волшебный кстати. Наверняка, невидимая стена это их рук дело. И дело это подсудное . Сдашь их и заслужишь прощение.

Смотритель гостиницы остановился и выхватил кусочек мела из рук гнома.

– Ты забыл, что я натворил? Думаешь, баронесса простит мне это за кусочек волшебного мела?

Отли почесал бороду.

– И то верно. Давай я их сдам? Хоть золотишко, получу.

– О чем тебя папа предупреждал? – Улимор положил волшебный мел себе в карман и пошел дальше.

Гном нахмурил брови.

– Эй, а мел–то мне отдай!

– Какой мел?

– Ах ты, длинноносый плут! Покажи хоть кого поймал. Кто хотел поработить бедняжку.

Улимор вытащил тоненькую книгу и, открыв на нужной странице, показал ее другу.

– Ох, ты! Поредей моя бороденка! – увидев то, что скрыл от Марка служитель гостиницы, воскликнул гном. – Это же?

– Да, – коротко ответил Улимор. 

Глава 4. Забытое письмо

Из книги «Сказание о сотворении мира». Автор Хилари Аурантин.

«Много дней и ночей блуждал по миру старший сын. Возводил руки к небу и склонял голову к земле, пытаясь узнать великую тайну. Но никто из живущих не мог ответить на его вопросы. И понял сын, что неведомы люди. И лишь ангелы хранят великую тайну. Шли годы, зимы сменяли весны и уходили люди. И уходили они далеко, и уходили безвозвратно.

И обратился к ангелам верный сын:

– Вы высоко и знаете многое. Поведайте мне великую тайну.

Но молчало бескрайнее небо, и молчали крылатые ангелы.

Но не отчаялся старший сын.

Много лиг вели его ноги, много бед шли обок. Но продолжал идти верный сын, ибо двигала им любовь. Любовь к роду людскому, ко всему без остатка…

Но упал он обессилив в цветущем поле. И был голоден, и был он болен. И манило к себе звездное небо, и так прекрасна была ночь.

И уснул старший сын крепким сном и не пробудится больше.

И пришел к нему прекрасный ангел и подал ему руку:

— Пойдем, я покажу тебе тайну.

И показал ангел тайну, и заплакал человек. И склонил он голову перед небесным жителем, ибо понял, не в силах людских, что–либо исправить.

Но была сия тайна Великим Знанием. И знание давало небесную силу, неведомую человеку. И назвал он возможности ангела волшебством. И хотел обладать ими. И стал учиться, ибо хранил в сердце не надежду, а желание– все исправить. И не побоялся ангел открыть тайну простому смертному, ибо путь по которому идет человек – был конечен.

Но есть в мире великое правило: «Все, что упущено, имеет силу большую, нежели замеченное».

И не заметил ангел, в каком поле уснул старший сын. Ибо цветы, что скорбили в ночи, в лучах солнца приносили жизнь.

Спасительной влагой упала роса, на губы человека. И открыл он глаза, и улыбнулся бескрайнему небу. И засмеялся старший сын, ибо сила о которой он знает, многое способна исправить. И назвал он сие знание магией. И стал обучать ею других…»

Катерину разбудил непонятно откуда взявшийся солнечный зайчик, который свободно гулял по ее лицу. Добравшись до красных локонов маленький проказник сделал несколько кувырков запутав волосы в непрочный узел. Катя потянулась и открыла глаза. Пожалуй, никогда раньше она не спала так сладко. И никогда сон не приносил ей столько сил. Скорее наоборот, чем дольше она спала, тем меньше сил у нее оставалось. Порой сны, словно черные дыры: затягивают, и затягивают, все глубже и глубже…