Грозовые Земли - Джон Робертс

— Ты весьма необычный юноша, — заметил Молк. — Приятно общаться с молодым человеком, наделенным столь проницательным умом.

Толстуха хозяйка опустила на стол перед ними два плоских широких блюда. На одном оказались какие-то плоды, соленые овощи, печеные яйца и три куска мяса. На второе блюдо сверху была накинута белая тряпица. Убрав ткань, женщина заметила:

— Здесь соленая рыба, Молк. Но если ты не желаешь до времени лишиться общества этих славных пареньков, то лучше, когда будешь есть, отодвинься от них подальше, иначе их может ненароком стошнить.

Молодые люди рассмеялись.

— Постараемся удержаться, — пообещал Данут. — Разумеется, рыба для нас табу, и нам неприятен ее запах, но ведь я охотно верю, что кому-то могут показаться отвратительными кровь и молоко наших кагг, хотя, признаться, в это я верю с трудом. Разве можно сравнить жизненные соки животных с какой-то падалью? — С этими словами он взял небольшой кусок мяса и, сунув его в рот, сосредоточенно принялся за еду.

— Однако, мясо он падалью не считает, — заметил Гейл.

— Меня всегда удивляло то, как много значения люди придают чистой и нечистой пище, — промолвил Молк, укладывая поверх лепешки куски рыбы и мяса. — Подобное разделение существует почти у всех племен, однако моряки вроде меня со временем становятся куда менее притязательными в пище.

— Взгляните! — воскликнул Данут. — Там морской кот!

Из воды неподалеку от берега торчала плоская скала, на которую сейчас с трудом карабкалось существо, похожее на огромного слизняка. Бесформенная серая туша подтягивалась на ластообразных передних лапах с перепонками и длинными костистыми пальцами.

Вскоре на скале устроилось уже не меньше дюжины котов, лениво вертевших островерхими гладкими головами на жирных шеях.

— Я вижу, эти твари приводят вас в восхищение, — заметила хозяйка. — Но для нас это настоящее бедствие. Они невероятно прожорливы и успевают сожрать почти всю рыбу, когда наши мужчины ставят сети. И даже пойманный улов они порой ухитряются сожрать. Но и этого мало, они путают и рвут сети. Когда мужчины вытаскивают невод, то вытягивают на борт и этих мерзких зверюг. Еще повезет, если те всего лишь отхватят моряку пару пальцев, но других они перетягивают за борт вместе с сетями, и бедняги рыбаки и идут на дно.

Молк, указывая на стаю, обосновавшуюся на скале.

— Но если они настолько вам досаждают, то почему бы вашим мужчинам не собраться и не заколоть их копьями? Они ведь такие неповоротливые К тому же наверняка из них можно что-нибудь сделать. Вы неплохо заработали бы на этом!

Женщина засмеялась, и на ее пышной груди затряслось костяное ожерелье.

— Что за глупости ты несешь, Молк? Если кто осмелится убить морского кота на священной скале, то его ждет ужасная судьба, а мы, рыбаки, тогда не сможем больше поймать ни единой рыбы… Взгляните-ка, какой большой бык!

Этим диковинным словом Гейл привык именовать одно из созвездий, и никогда не встречал подобных животных в действительности, так что сейчас приготовился увидеть какую-то двурогую тварь. Однако, сперва из воды показалась роскошная золотистая грива. Извиваясь всем телом, животное вперевалку добралось до гребня скалы, а там застыло и издало столь ужасающий рев, будто желало бросить вызов всему миру.

— Как он великолепен! — воскликнул Данут. — Я и не думал, что бывают подобные твари…

Толстуха ласково потрепала юношу по макушке.

— Тебе должно быть совестно! Ты восхищаешься тварью, которая приносит массу бед тем людям, у кого ты в гостях! Того и гляди, тебе по душе придутся пираты, что приплывают сюда на своих длинных кораблях, грабят нас и похищают молодых женщин.

Дануту было любопытно, смогли бы пиратские корабли взять на борт столь дородную женщину, но он не решился задать такой вопрос, а вместо этого бросил весьма красноречивый взгляд на хозяйку таверны.

— Мы, шессины, всегда восхищаемся необычными существами, и не имеет значения, что именно в них такого необычного, будь то кости, перья или шерсть. А уж если речь зайдет о женщинах…

Засмеявшись, хозяйка таверны потянула юношу со скамьи.

— Вы, двое, можете и дальше вести свои заумные беседы, — промолвила она. — А нам найдется о чем потолковать на заднем дворе. Еды и вина вам хватит, так что не скучайте.

С этими словами толстуха потащила за собой глупо ухмыляющегося Данута.

— Если меня не будет слишком долго, спеши на выручку — выкрикнул юноша названному брату.

— Данут предпочитает понятные развлечения: хорошую еду, выпивку, женщин, — заметил Гейл. — Серьезные разговоры его не привлекают.

— Такое времяпрепровождение вообще мало кому по нраву, — отозвался Молк. — В большинстве своем мои собратья моряки скорее похожи на твоего брата, чем на тебя, но лично мне беседовать с тобой гораздо интереснее. Я немало странствовал по миру, и давно понял, что в большинстве своем люди — рабы своей похоти и страстей, а голова им почти без надобности… Кстати сказать, у моряков также есть свои духи и божества, и их немало.

— А к каким богам и духам вы обращаетесь со своими молитвами? — заинтересовался Гейл.

— Богов моря и ветра мы молим о хорошей погоде, попутном ветре и о защите от морских тварей, — пояснил мореход. — Есть также боги помельче, для насущных дел — к примеру, для успешной торговли или защиты от пиратов. А по пустякам мы стараемся задобрить злобных духов с помощью заклинаний, пения, амулетов и небольших жертвоприношений. Если духи, которые сопровождают корабль, разозлятся, то они могут наслать болезнь или какую-нибудь поломку. Еще они любят портить еду и заставляют скисать вино.

Тут Гейл припомнил, что Молк называл корабль большим животным.

— Стало быть, у корабля есть собственный дух? — поинтересовался молодой воин. — Должно быть, он смотрит глазами, нарисованными на носу.

— Разумеется, у каждого судна есть свой дух. Именно его изображает фигура, установленная на носу корабля. А обитает дух в киле судна. Видел то утолщение, где крепится мачта? — Гейл кивнул. — Именно там и живут эти духи. Кстати, корабельные духи всегда женского пола.

— А пользуетесь ли вы колдовством? — спросил Гейл.

Молк сдвинул брови.

— В цивилизованных краях волшбой занимаются лишь те люди, которые в этом что-то смыслят… Чаще всего, колдуны или жрецы. А что, пастухи часто пользуются магией?

Гейл не сводил взора с перекатывающихся бирюзовых волн.

— Нет, это я полагал, что моряки пользуются магией воды и ветра. Что касается шессинов, то нам колдовство почти не ведомо, и то немногое, что мы знаем, относится лишь к заботе о стадах. В горах охотникам помогает охотничья магия и чары огня, тогда как землепашцы знают колдовство земли.