Ночь мира Нелла - Александра Изварина

Принц покосился на Мечислава. Та-ак… Значит, вампирюка еще и не такое в ложную память Рилири заложил? Ну и скотина… Эх, зря он только один раз длиннозубого по носу ударил…

Рилири оскорблено отвернулась от них и отошла в сторону. Через несколько минут до чуткого слуха черноволосого парня донеслись всхлипы.

"Идиот! — мелькнула быстрая мысль. — Довел ученицу до слез! Чем думал, когда такое говорил? Она свои поступков, совершенные во время пребывания в Цитадели, до сих пор себе не простила!

Ладно, у нее могут быть какие-то тайны. Она же еще практически ребенок! А я — взрослый, умный человек… и такое ляпнул! У-у, дубина!"

Он тихо подошел к ней и положил ей руку на плечо — и ощутил, как она еле заметно вздрогнула. Обижается все еще на него… Да так дураку и надо! Он уже наговорил ей достаточно для того, чтобы ненавидеть его всю жизнь.

— Прости, — тихо прошептал он. — Просто мы, как и обычные люди… мы боимся неизведанного. Вот и твоей странной новой магии мы испугались.

Рилири неожиданно повернулась к нему — и он поразился странной полумгле сине-фиолетовых глаз, в уголках которых таилась жгучая обида.

— Вы хотели узнать правду? — зло спросила она. — Ну что же, замечательно. Вы ее узнаете.

Глава № 16

Рассказ и путь

— Тогда, когда Каору спас меня в горах, — начала свой рассказ девушка, — ой… хотя нет. Не тогда, а еще раньше. Вас не удивило, как недоученная волшебница, еще не получившая полного посвящения, смогла справиться с Безликим второго порядка?

— Удивило, — кивнула Лала. — Я пыталась все подробности вытянуть, но не смогла. У тебя с того момента все мысли… это как слушать заглушаемую дождем тихую музыку: отдельные ноты слышно, а в целом ничего не понятно.

— Именно тогда я и узнала, что у Безликих нет души, — продолжила Рилири, накручивая локон на палец. — Тогда я и услышала имя того Безликого… и запомнила его. Я не сразу поняла, чем это для меня обернется, поэтому так и поступила.

— Вот как! — воскликнул Мечислав, чуть ли не подпрыгнув и округлив глаза. — Он теперь стал тенью твоего сознания и родится заново сможет только после твоей смерти. А ну-ка, сколько Безликих ты запомнила?

— Тринадцать, — сообщила девушка, пожевав губами. — Если не считать неимеющими душ Каэля, Лайлайлу и Рекки.

— Итого, считая еще и твоего Безликого, семнадцать, — подвел итоги вампир. — Следовательно, каждый из них может в любой момент попытаться перехватить контроль над твоим телом.

— Нет, — покачала головой волшебница. — Тот, кого я первым запомнила, стал стражем. У нас с ним договор.

— Какой ты с ним договор заключила? — поднял бровь Каору, внутренне содрогаясь.

— Он защищает меня и становиться моим оружием, а я разрешаю ему пока что побыть тут, — разъяснила самая безответственная девушка Неллы. — Ему любопытно, что же будет дальше.

— Его зовут Нексаром? — неожиданно спросил черноволосый маг, поднимая на нее глаза.

Темный! Откуда он знает?

"Дай я поговорю с ним, — раздался в ее сознании голос "стража". — Он Тринадцатый, и сможет отличить правду от лжи."

А он уверен? А то что-то страшно, когда отдаешь свое тело под чей-либо контроль…

Ладно! Была ни была!

— Да, меня зовут Нексаром, — услышали маги сильно изменившийся голос Рилири…

Нет, не Рилири.

Безликого.

Принц глубоко вздохнул. М-да, вот это им подкинула подарочек Рилири. И чем она думала, а? Не понятно, что у этого Безликого на уме!

— Попрошу не думать так громко, — хмыкнул Нексар. В ответ на мысль-вскрик Лалы он пожал плечами: — Хорошо, я могу все объяснить. После заключения такого договора вся магическая организация еще больше усложняется. Говоря сейчас словами простонародья, я ее ангел-хранитель.

— Видели мы таких ангелов, — кое-как оправившись от шока, хмыкнул Рьеро.

— А почему тогда оружие светиться? — парировал бывший Безликий. — У меня при жизни было такое же, но черное. А у нее светиться… Может, хочешь попробовать объяснить?

Рыжий паренек только поставил перед собой ладони в защитном жесте. М-да… ну и попутчик у них.

— Все поняли? — вновь сменился голос, и вот перед магами уже сидела улыбающаяся волшебница. Затем ее улыбка сменилась очень виноватым, но в то же время решительным выражением лица, и она сжала руки в кулаки. — Простите меня за необдуманный поступок… но я очень хотела быть полезной Черному Замку!

— Все нормально, — улыбнулся Каору, едва сдерживаясь от того, чтобы приказать выгнать ей этого Нексара. — Я сам бы поступил на твоем месте точно так же.

— Правда?

— Правда.

После того, как она им все рассказала, отношение к ней несколько изменилось. Лала стала относиться к ней со странной осторожностью — но не из страха; Нексар объяснил, что он в разговоре с ними намекнул на свою способность к телепатии… да и объяснилось теперь, почему эльфийка не могла слышать ее мысли.

Мечислав начал относиться к ней с молчаливой опаской — как будто ждал, что она вытащит из рукава еще один козырь: так смотрит сильный человек на возможного конкурента. Рьеро же постоянно подначивал, словно пытаясь выявить еще какие-нибудь ее фокусы.

Каору же… это отдельная история. В его взгляде появилось столько уважения, что девушка не поверила себе поначалу — он это или не он. Но он стал так сильно и трепетно заботиться о ней… Он что, считает, что ей тут тяжелее всех из-за того, что она запомнила всех тех Безликих?

К сожалению, это было правдой — ведь она наврала им, что Нексар является ее стражем. Все те, кого она запомнила… так легко не рождаться потом, заново, с другой личностью и без памяти, а сейчас, с громадной силой! И поэтому, стоило ей только чуток расслабиться, все они начинали набрасываться на нее, и Нексар был не в силах их остановить. Ведь для того, чтобы он остановил их, требовалось, чтобы он стал ее второй личностью — а этого уже она не хотела. Ошейник от Безликих пока еще сдерживал их. Но — только пока.

Поэтому у нее просто не хватало сил отказываться от заботы старого друга — и он всегда был рядом с ней. Он помогал ей и на привале, всегда подавал кружку с горящим чаем, укладывал спать, а когда она уставала идти, всегда давал ей свою руку или даже нес на руках.

Правда вот, он не прекращал ее обучать. Нет, не магии — тут он сдержал свое слово; он обучал ее сражаться оружием Нексара. Но и этого ей хватало, честное слово.

Однажды, на привале, когда все уже легли спать, волшебнице почему-то не спалось. В один прекрасный момент ей надоело считать Безликих, и она открыла глаза.