СВАТЫ - Дебби МАКОМБЕР

К следующему понедельнику Дори забеспокоилась. Ей пришлось приложить немало усилий, чтобы со­средоточиться на работе, поэтому она задумалась, не начала ли влюбляться в Гевина. Но не может же это случиться так быстро! Отклик ее тела на его прикос­новения был приятным сюрпризом. Но прошли годы с того момента, как мужчина держал ее в своих руках подобным образом, поэтому Дори более или менее ожидала подобной реакции. Эмоциональный же от­клик поразил ее до глубины души. Она беспокоилась о нем. Думала только о нем. У них были проблемы, серьезные проблемы. Но Гевин не видел их. Если они будут реагировать разумно, тогда первый шаг должна будет сделать она.

Мысли Дори все еще путались, когда она оста­новилась у футбольного поля, чтобы забрать Денни. Она въехала на парковку и пошла через газон к по­лю. Мальчишки дурачились и играли. Она остано­вилась у боковой линии игрового поля и заулыба­лась, когда увидела Денни, пробивающего путь че­рез защитников.

— Вы ведь мама Денни?

Дори обратила свое внимание на худого, долго­вязого мужчину, стоящего рядом с ней. Она узнала его — это был отец Джона Шеффера. Джон и Денни недавно стали лучшими друзьями и проводили ве­чера друг у друга дома два или три раза после того, как начался учебный год. Как она поняла, родители Джона жили раздельно.

— Да, а вы отец Джона?

— Верно. — Он скрестил руки и кивнул в сторону мальчишек, которые бегали туда-сюда по полю. — Денни хороший игрок.

— Спасибо, ваш Джон тоже.

— Да. Я очень горжусь им.

Разговор не клеился, и Дори чувствовала легкое неудобство.

— Надеюсь, вы не подумаете, что я слишком на­хален, но вы не подавали объявления в газету?

— Ну, на самом деле это сделал Денни. — Дори чувствовала, как краска заливает ее лицо.

— Я, честно говоря, думал, что это возможно. — Он засмеялся и протянул руку. — Меня зовут Том, между прочим.

Дори немного смущенно пожала ему руку.

— Дори, — представилась она.

— Я прочитал объявление и подумывал позвонить. Я надеялся, что мы сойдемся с Полой, но, как оказа­лось, этого не происходит. И я был так одинок, что думал связаться с вами.

— Как вы узнали, что это мой номер?

— Я не знал, — быстро объяснил он. — Я записал его на бумажке и положил рядом с телефоном. Джон проводил прошлые выходные со мной и увидел его, а потом спросил, откуда у меня номер Денни.

— О! — Ее лицо вновь залила краска. — Я сме­нила номер с тех пор.

— Кажется, Джон упоминал о чем-то таком. Зна­чит, Денни подал объявление?

— Он все сделал сам. И впервые в своей жизни я пожалела, что я мать. — Ее голос невольно повы­сился при воспоминании о том ужасе.

— И вы получили много звонков?

Он говорил так серьезно, что Дори заставила себя не улыбаться.

— Вы даже представить себе не можете, сколько человек позвонили мне в тот же вечер.

— Так я и думал.

Они вновь оба замолчали.

— Вы развелись с мужем?

Дори показалось, что у Тома четкий взгляд на жизнь и грубоватые манеры. Вопрос, казалось, по­явился из ниоткуда.

— Нет, я вдова.

— Эй, послушайте, мне жаль. Я не хотел навязы­ваться. Это не мое дело.

— Не волнуйтесь, — мягко сказала ему Дори. Том казался не таким, как большинство мужчин, которых она знала. Он, очевидно, был трудягой, от­крытым и немного грубоватым человеком. Дори была уверена, что он до сих пор влюблен в свою жену, и она надеялась, что они сойдутся вновь.

— Джон и Денни хорошие друзья?

— Они определенно часто видятся.

— Вы можете допустить более близкое общение? — спросил он, даже не подняв глаз от поля.

— Что вы имеете в виду?

— Могу я пригласить вас и Денни на обед с Джо­ном и со мной?

Он выглядел неуклюже, как подросток, пригла­шающий девочку на свидание в первый раз. Дори сначала хотела было вежливо отказать. Она ни в коем случае не желала заменить мать Джона. С другой стороны, Дори необходимо было разобраться в сво­их чувствах к Гевину и встретиться с кем-нибудь еще. Это должно было помочь.

— Да, с удовольствием. Спасибо.

— Вам большое спасибо. — Улыбка, которой он одарил ее, была такой яркой, что могла поспорить с уличными огнями.

Глава 6

— Мам, — говорил Денни, следуя за ней в ванную и неистово размахивая рукой перед лицом, пока она ловко наносила лак для волос.

— Что? — раздраженно спросила Дори.

Она спорила с сыном с той минуты, как он узнал, что она собирается пойти на встречу с Томом Шеффером.

— Мистер Паркер может позвонить.

— Я знаю, но, скорее всего, этого не произойдет.

Последний раз Дори видела Гевина в понедельник на ленче. Если он ожидал, что она будет сидеть и ждать его звонка, тогда он очень удивится. Но рас­серженный взгляд Денни и его демонстративно скре­щенные на груди руки заставили ее засомневаться.

— Если он позвонит, скажи, что я ушла и пере­звоню, когда вернусь.

— Но я думал, ты и мистер Паркер хорошие дру­зья... действительно хорошие друзья. Ты даже цело­валась с ним!

— Так и есть, — ответила она, делая вид, что ей все равно.

Она подобрала выпавшие пряди и повернулась, чтобы посмотреть на себя в зеркало. С раздражен­ным вздохом она втянула живот и начала раздумы­вать, как долго сможет обойтись без дыхания.

— Мам, — вновь запротестовал Денни. — Мне это не нравится, и я не думаю, что это понравится мистеру Паркеру.

— Ему будет все равно, — сказала она уверенно.

Денни считал, что если она собирается пойти от­дохнуть вечером, то это обязательно должно быть «жаркое свидание». Но это не так. Том пригласил ее после их ужина с мальчиками, и Дори приняла его приглашение, потому что понимала, ему нужен лишь человек, который выслушает его и посочув­ствует. Он был одинок и все еще любил свою жену, но Денни не понял бы этого, поэтому она и не пы­талась объяснить.

— Если вы такие хорошие друзья с мистером Пар­кером, как ты можешь использовать духи для папы Джона?

— Милый, мамы иногда делают это и без особых причин.

— Но ты ведешь себя так, будто этот вечер осо­бенный. Ты идешь куда-то с мистером Шеффером.

Дори положила руки на плечи сына и вниматель­но посмотрела на него. Он явно был недоволен, а в его голубых глазах мелькало напряжение.

— Тебе не нравится мистер Шеффер?

— Думаю, он нормальный.

— Но мне казалось, ты хорошо провел время, ког­да мы ездили к ним на ужин в понедельник.

— Это другое. С вами были мы с Джоном.

Дори знала, что Денни ужасно не нравится, что девушка из старших классов придет посидеть с ним. Он был в таком неудобном возрасте — слишком мал, чтобы оставлять его совсем одного, особенно на вечер, но достаточно вырос, чтобы отказываться от няни, особенно когда она была одной из его со­седей.

— Я рано приду домой, возможно, даже до того, как ты ляжешь спать, — пообещала Дори, взъеро­шивая его волосы.

— Но почему ты идешь туда, мам? — Денни не­терпеливо убрал ее руку. — Вот этого я не понимаю.

Дори не знала, как она может объяснить то, что и сама не совсем осознает. Она беспокоилась, что ее чувства к Гевину могут стать слишком сильны­ми. Том был страховкой. С ним не было страха, что она влюбится или ей причинят боль. Ведь каждый раз, когда она видела Гевина, ее чувства станови­лись все более запутанными. Она беспокоилась за него и Мелиссу. Что касается Гевина, в ту же ми­нуту, как он узнает, что она влюбилась в него, их отношениям придет конец. Он ясно дал ей понять, что не хочет никаких настоящих отношений. У него не было планов на повторную женитьбу, и, если она проявит какую-нибудь эмоциональную привязан­ность, он не замедлит отклонить ее так же, как и все остальные. О, она, возможно, может держаться за него какое-то время, как пыталась Лейни. Но Гевин не из тех, кого можно легко обмануть, да Дори и сама не была дурочкой.

Послышался дверной звонок, и в дом со стопкой книг вошла шестнадцатилетняя девочка, которая жила через улицу от них.

— Здравствуйте, миссис Робертсон.

— Привет, Джоди.

Краем глаза Дори заметила, что Денни сидит пе­ред телевизором. Его равнодушие не обмануло ее. Сын не был счастлив, что она встречается с Томом Шеффером, о чем сообщал ей неоднократно. Дори проигнорировала его и продолжала давать инструк­ции девушке:

— Телефонный номер ресторана на кухне. Я буду не поздно, в девять тридцать, максимум в десять.

Вновь ожил дверной звонок, и на этот раз отреа­гировал Денни. Он открыл дверь для Тома, который признательно улыбнулся, когда увидел Дори.

— Веди себя хорошо, — прошептала Дори и по­целовала сына в щеку.

Он вытер место, в которое она поцеловала, и про­верил ладонь — нет ли следов губной помады.

— Хорошо, — согласился он с легкой грустной улыбкой, рассчитанной на то, что на сердце мате­ри станет тяжело. — Но я не лягу, пока ты не при­дешь.

Он кинул на нее жалостливый взгляд потерянно­го щенка, его глаза кричали о несправедливости — ведь его оставляют на ненадежное попечение шест­надцатилетней девчонки. Ударение, конечно, дела­лось на слове «девчонка».