Жена для генерала (СИ) - Джейкобс Хэйли

— Спасибо, — поблагодарила жена генерала, не обрывая зрительного контакта с принцессой.

Мэй не стала рассматривать предметы, которые ей отдала Брунис в тот же момент, как они оказались в ее руках. Вместо этого она убрала их в сторону и, протянув руку, коснулась ладони Брунис. Обе девушки молчали. У каждой было то, что она хотела, но почему-то не могла произнести. Но каким-то образом и Брунис, и Мэй поняли, что лежало на сердце друг у друга.

«»»

Мэйрилин смотрела на простой клочок бумаги перед собой. Кроме непонятного символа больше ничего написано не было. Он представлял собой круг, которые перекрещивали наложенные по диагонали квадраты. Что он мог означать девушка не знала.

С кулоном Брунис было проще. Стоило только извлечь из него черную жидкость, как Мэй сразу поняла, с чем имеет дело. Характерный запах концентрированного бензина и черную маслянистую консистенцию человек из современного мира ни с чем не спутает. Нефть.

Но как она оказалась в руках принца Хорваша? Да и вообще, как обитатели этого мира узнали об этом веществе? Мэйрилин не поверила глазам, когда растерла кровь земли между пальцами. Маслянистая жидкость блестела на проникающих в комнату солнечных лучах радужными отсветами.

Это странно. Насколько было известно девушке, в этом мире добыча подобного энергоресурса не ведется. Никто даже не догадывается о свойствах черного золота, если вообще знает о ее существовании…

Знакомое чувство кольнуло сердце. Это не первая странность, несколько месяцев назад, в Шаринварде, та старая книга с аукциона, которую она предала огню… Древние труды магистра Шастро с описаниями как изготовить оружие, взрывчатку, наркотики… Сейчас появились сомнения, что эта книга вообще была подлинной, а не ловкой уловкой, чьей-то хитроумной наживкой.

Мэй думала, что после того, как она избавиться от проклятой вещицы, все вернется на круги своя и подобное больше ей не встретиться. Она думала, что единственная попаданка, даже если и были другие, то это все происходило в прошлом. Но теперь девушка уже не была в этом так уверена. Интуиция подсказывала ей, что в этот мире есть еще один иноземец.

В гостиной собрались все, кроме Брунис, которой по-прежнему требовался покой и лечебный сон.

На кофейном столике одиноко лежал лист бумаги, на который Мэй перерисовала символ с вырванного из записной книжки Хорваша символ.

— Не видел ничего подобного, — сказал Аррон, рассматривая рисунок.

Эйвис покачала головой. Если Мэйрилин не в курсе, то она тем более не знает, что может обозначать этот знак.

Уэсли нахмурился. Он уже видел что-то похожее. Очень давно, когда был ребенком. Вспоминать не хотелось, но виконт понимал, как нуждаются в помощи его друзья. Он знал, где искать ответы. Туда он не возвращался уже много лет. Дом, где хранились его самые страшные, самые потаенные воспоминания. Там, куда ему придется вернутся.

— Я уже видел этот символ. Даже не символ, это эмблема или печать. Очертания похожие… — разрезал тишину голос Уэсли.

Эйвис вскинула голову. Ей показалось, что она услышала скорбь в словах мужчины. После того, что произошло в доме премьер-министра, он словно закрылся. Это было странной переменой. Если раньше виконт постоянно ошивался вокруг Эйвис, преследуя каждый ее шаг, то сейчас его нигде нельзя было найти. Было ясно, что он избегает общества и не собирается говорить о том, что сказал Хорваш о его родителях.

Аррон сделал попытку встретиться взглядом с другом, но Уэсли очевидно избегал зрительного контакта. Он уже все для себя решил. Генерал угрюмо смотрел на виконта.

— Ну и? Что дальше? Сказал «А», говори «Б», долго нам ждать, пока ты тут с мыслями соберёшься? — не выдержал напряжения Даналь. Доктор не мог упустить возможности поддеть своего заклятого друга.

Уэсли двигался так быстро, что никто не ожидал. В два шага он преодолел расстояние между ним и Даном, хватая брюнета за ворот рубашки, и прерывисто выдыхая сквозь сжатые зубы. Но наносить удар Уэсли не собирался. Он вообще выглядел так, словно его сознание находится не здесь, а где-то в другом месте. Глаза потухли, и видел перед собой он не Даналя.

— Полегче, Уэс…Уэсли, — позвал виконта Аррон, отодвигая Мэйрилин подальше себе за спину и спеша привести друга в чувства.

Эйвис смотрела широко распахнутыми глазами, прижав руку ко рту, словно она видела его впервые.

— Ты как, в порядке? — генерал хлопнул блондина по плечу.

Уэсли опустил ворот белой рубахи Дана, выглядел он так, что не мог взять в толк, что только что произошло. Будто был одержим каким-то демоном, навевающим неприятные воспоминания.

— Да, да… в порядке, — пробормотал виконт. Но было ясно, что в порядке он не был.

Мэйрилин казалось, что все, что произошло за то время, с тех пор как она вернулась с Савьером в Фитару — столицу империи Шаринвард — имеет какое-то скрытое значение. История с еще одним таинственным попаданцем, секреты прошлого Уэсли, кажется, будто секреты всплывают на поверхность один за другим.

Возможно ли сохранить в тайне ее происхождение и принадлежность не к этому миру? Пока что ни одна душа не знает, что эта Мэйрилин не та, которая изначально была здесь. Раньше Мэй не приходилось сомневаться, что ее тайна раскроется. Если она молчит, то как бы ее не подозревали, никаких доказательств получить не получится. Странности в характере и поведении можно списать на что-то другое. Нормальному человеку навряд ли придет в голову, что в теле девушки душа из другого мира.

Но теперь уверенности в сохранности этой тайны у жены генерала не было.

Как отреагируют остальные, если она сама им расскажет? Сочтут сумасшедшей? Подумают, что она шутит? Отвернуться от нее? Сдадут властям или храму, уверовав, что она одержима злым духом? А что скажет Ар и семейство Тилер? Она не их дочь. Будут ли они любить ее после этого? Будет ли он любить ее, узнав, что она не была с ним до конца честна?

Секрет Уэсли в сравнении с тайной Мэй кажется не таким серьезным, но даже так виконт не спешит поделиться им. Нет. Эту тайну никто не должен знать. Придется найти этого кукловода, раз он так ищет ее сам, оставляя намеки, которые может понять только она.

Найти и убедиться в том, что он не заговорит. Преимущество на его стороне, похоже, что он в курсе, кто на самом деле скрывается за маской Мэйрилин Тилер. И этот кто-то знал ее в прошлой жизни. Это сужает круг подозреваемых, но четкого ответа не дает. Она не знает, чья душа попала в этот мир, и в каком теле очутилась.

«»»

Уэсли стоял у ворот дома, в котором родился и прожил десять лет своей жизни. За территорией бывшего поместья рода Агавин ухаживали. В клумбе возле входа в дом распустились белые розы, которые когда-то посадили по приказу его матушки.

Виконт посмотрел наверх, непроизвольно ища окно своей спальни. Казалось, что время здесь остановилось, не имея власти над хранившимися в стенах дома воспоминаниями. Мужчина сжал и разжал кулаки, и вошел через открытую створку ворот на территорию поместья.

Сегодня он пришел за одной вещью. Если бы не этот символ, ноги бы Уэсли здесь не было. Злость и обида на родителей даже спустя столько лет не прошла. Он любил их, скучал по ним, и в то же время ненавидел обоих за их слабость, за совершенные ошибки и принятые неверные решения.

Что двигало отцом, когда он направил кинжал в сердце матери, а потом и в свое, когда понял, что натворил? Была ли это ревность из-за измены виконтессы или эти чувства копились в нем долгое время, собираясь по крупице пока однажды не привели к взрыву?

Они оба были эгоистами. Что мать, что отец. Погрязли в мучении друг друга, наплевав на своего ребенка, которого оставили жить сиротой с этой бесконечной болью в сердце и недоверием к людям.

Уэсли взялся за ручку двери и вошел внутрь. Из-за проникающего сквозь окна солнечного света было не темно, но как-то сразу чувствовалось, что в этом доме никто уже давно не живет, хотя в вазе на столике при входе стояли свежесрезанные цветы. Старая прислуга продолжала следить за состоянием поместья, оставшегося без хозяина.