Орден Кракена #5 - Дмитрий Ангор

просто еноты, а моя личная гвардия. Так что пусть ваши люди готовятся к встрече с врагами из замка, — объясняю ему и делаю отмашку рукой.

После моего жеста еноты стройными рядами начали двигаться к стенам замка. Граф, недоумевая, похлопал капитана по плечу, призывая его собирать воинов к оружию.

Еноты, подобравшись к стене в темноте, начали взбираться на неё. Это займёт время, так что у союзников есть возможность подготовиться.

— Что они будут делать внутри? — спрашивает вновь меня граф. — Просто отвлекать внимание?

— Гораздо больше… Моя пушистая гвардия начнёт устранять дозорных и всех, у кого есть оружие. А потом откроют нам врата. Главное — не упустите момент, иначе вашим людям достанется мало противников.

— Просто поразительно, — сказал Эйден, быстро моргая. — Как вы смогли обучить этих зверьков быть воинами?

— Это требовало немало времени и усилий. К тому же это одна из моих способностей по приручению, — поясняю ему. — Нет смысла скрывать это от вас: рано или поздно все равно увидите на что я способен.

— Теперь понимаю, почему вас так ценят здесь, — изрек граф. — Флавий действительно не глуп и умеет видеть полезных людей.

— Да, и было бы странно, если бы я не участвовал в защите региона, живя здесь, — добавляю, наблюдая за енотами.

Они же к этому времени уже почти добрались до середины стены и вскоре начнётся самое интересное.

Спустя пять часов

В кувырке перепрыгиваю через голову мага во дворе замка. И приземлившись, мгновенно отрубаю ее своим мечом. Однако удовлетворения не испытываю: битва затянулась, и каждый удар требует изрядных усилий. Врагов осталось немного, но они сражаются яростно. Граф Вестер оказался хорошо вооружен и не жалел магов для битвы.

Думая об этом, продолжаю движение. Уворачиваясь от стрел, свистящих над головой, подскакиваю к капитану гвардии Вестера. Между нами завязывается схватка: он, обагренный кровью моих союзников, злобно скалится и парирует удары мечом. Пинаю его в живот и рассекаю щеку лезвием. Он от этого нападения, сразу огрызается в мою сторону:

— Пес позорный, поплатишься за это! — и вынимает артефакт.

Он активирует его, выпуская в меня поток разъедающего света. Черт! Падаю на землю, уклоняясь от атаки, и ползу вперед. Но один из врагов сзади хватает меня за ногу.

— Отпусти, тварь! — резко дергаю ногой и ударяю его в челюсть.

Освободившись, продолжаю движение. И через пару метров вскакиваю на ноги, сталкиваясь взглядом с капитаном.

— Любишь играть артефактами? — холодно произношу я. — А как насчет этого?

Выпускаю щупальце и вонзаю его в лицо противника. Проткнув его насквозь, швыряю тело прямо в графа Вестера. Тот, несущийся с секирой в руках и в доспехах, шатается от такого столкновения и падает на спину. Его гвардейцы пытаются прикрыть Вестера, стреляя из луков. Но я наступаю на них, уклоняясь и отражая стрелы щупальцами.

Достаю на ходу из хранилища копье со взрывным зельем, прицеливаюсь и метко бросаю его Вестеру в шею.

— Бумс! — зелье взрывается, и голова графа отлетает прочь.

Взрыв ранит его гвардейцев, которые ползут по земле и стонут от боли. Однако мои союзные воины быстро настигают их и добивают.

Переключаю внимание на группу магов, которые серьезно сопротивляются моим енотам. И вытащив склянку с туманным зельем, швыряю ее к магам под ноги. Они теряют быстро ориентацию в тумане. А вот, мои пушистые воины, с кинжалами мчатся в туман со всех сторон.

— Хрясь! Хрясь! — слышу я звуки ударов кинжалами.

Наблюдая за падением магов одного за другим, вытираю пот со лба и вскидываю арбалет. Навожу его на башню справа от нас, где замечаю скрытого стрелка. Выжидая момент, нажимаю на спусковой крючок. Болт стремительно летит и попадает прямо в глаз противнику.

— Аай-ааа! — визжит стрелок, исчезая из окна башни.

Сразу мысленно прошу Рико добить его. А сам спешу на помощь графу Эйдену, который один бьется против трех врагов. Начинаю на бегу ослаблять защиту одного из них. Он так зациклен на Эйдене, что не замечает опасности. Быстро просаживая защиту, запускаю ему болт в ухо.

Подскочив поближе, пинаю по ноге сзади второго противника. Он отклоняется назад, а Эйден не упускает шанса: он вскрывает ему горло лезвием. А оставшийся в живых враг, пытается отступить, но я мысленно отдаю приказ енотам. Пять зверьков мгновенно налетают на него сзади с кинжалами.

— Ня-ня! — визжат еноты, нанося ему удары двумя лапками и не оставляя на нем живого места.

Смотря на это, Эйден, отдышавшись, обращается ко мне:

— Спасибо, барон Кракен. То, что я увидел сегодня от ваших енотов, превосходит все ожидания. С такими бойцами как они, мы точно не пропадем.

— Ага, — говорю ему, мрачно осматривая окружение.

— В чем дело? — спрашивает граф. — Замок мы уже почти взяли. Смотрите, мои люди заканчивают с последними противниками, — он кивает в указанную сторону.

— По моим подсчётам, тридцать девять моих енотов ранены, — отвечаю, копаясь в хранилище кольца.

— Ух, и у меня тоже есть раненые, — вздыхает Эйден. — И даже погибшие, черт возьми! Всё оказалось не так ужасно, как предполагал мой капитан в начале, и я не потерял половину воинов, но победа действительно далась нам слишком тяжело. Эти маги устроили против нас настоящий ад.

— Ладно, я поеду домой, граф, — произношу резко, протягивая ему руку. — Поздравляю вас с завоеванием замка. С оставшимися вы уже сами разберётесь. У меня просто оказалось не достаточно лечебных зелий с собой, мне нужно срочно уехать. Так что, до встречи, увидимся позже.

— Да, барон, до встречи и ещё раз спасибо, — он пожимает мне руку.

Я тут же бегу к своим енотам, слушая в голове голос Кракена. Он перечисляет мне все возможные ранения пушистиков. Чёрт, эти еноты ещё не полностью стали частью стаи. И мне не удастся их вылечить при помощи Кракена. Нужно больше лечебных зелий, и, по всей видимости, это обойдётся мне в тысячу золотых, если переводить в монеты. Но это ничего: главное — спасти моих волосатиков.

Думая об этом, спешно начинаю поднимать раненых щупальцами и тащить их к повозке. По пути даю указания остальным оттащить раненых товарищей в повозку.

Проделывая это быстро, зубами открываю одно из зелий и выливаю его на кровоточащую лапу одного из пушистиков. Тот жмурится от боли и