Агония любви (СИ) - Виви Тейт

в тот момент. Мне так хотелось вырвать любовь к Эрике из сердца, из мыслей, из головы. Я так хотел, чтобы машина, стирающая память, существовала на самом деле. Но ее нет, и меня уже несколько лет печалит этот факт.

Ханна Мур, девушка из богатой семьи, для которых не существует внушительных чеков. Судя по их трехэтажному особняку, который выделяется из всех в этом районе — я слышал правду об этой семье. Ее отцу подвластно все. Да за ней пол универа парней бегает, в надежде, что она выберет себе в пары кого-либо и обеспечит тихое, светлое, а самое главное — дорогое будущее. Каждый надеется, что именно он достоин и именно он подходит, невольно соревнуясь между собой, в то время, когда главный приз в эту секунду дрожит от моих поцелуев. Мне, конечно, приятно, что выбор пал на меня, но до этой ночи, я никак не проявлял к ней никаких чувств. Теперь ее личный фан-клуб объявит мне войну.

Оказавшись в спальне, я действовал быстро. Просто содрал платье с девушки и снял свою футболку поло одним движением. Меня даже не удивило, что под платьем не было ничего. Ханна явно готовилась к нашей ночи. Тем лучше, мне меньше телодвижений.

Ханна сама находит мои губы снова, когда я стою, не в состоянии отодрать своих глаз от ее шикарного тела. Этот поцелуй такой нежный, трепетный, еле уловимый. Я отдаюсь волне возбуждения. Даже не хочу думать о последствиях. Гоню мысли прочь. Мне нужна эта ночь, чтобы чувствовать себя живым, нужным, любимым.

Понимаю, что потом я пожалею о случившемся. Мы оба пожалеем. Но в это мгновение, нескрываемый адреналин берет вверх. Алкоголь тем более не уступает.

Как только мы избавляемся от одежды, я падаю на кровать, ухватив за талию мою маленькую мисс Мур. Звучит красиво. Теперь всегда буду так ее называть. Мы оба падаем на кровать, отдавшись желанию и страсти. Но меня в эту ночь одолевает еще одно чувство, которое никак не связано с девушкой и сексом.

Я хочу насладиться местью! Да, мною сейчас движет не самое благородное чувство, но я ничего не могу с собой поделать. Я пьян и одержим в одном флаконе. Это яд, когда эти два чувства соединяются и я не готов отступать. Даже, если это принесет боль девушке, которая дрожит и извивается от моих прикосновений, и тут дело не в холоде, а во мне.

Медленно опускаю на мягкие подушки и накрываю ее собой, впиваясь своим пахом прямо в ее промежность. Меня забавит этот момент, что я чувствую жар даже через ткань своих трусов. Она хоть остывала с того вечера, когда явилась ко мне почти год назад?

Гоню от себя ядовитый негатив, которым покрыт мой мозг и заставляю его отключиться. Все идет медленно и непринужденно, мы будто два любовника, для которых эта не первая ночь. Я покрываю поцелуями нежное, изысканное и идеальное тело Ханны. При детальном обследовании, я могу делать такие выводы. Всасываю в себя ее маленькие соски, мысленно сравниваю их с горошинками. Между делом снимаю трусы и сразу начинаю входить в нее без особой прелюдии, забыв о защите. Сегодня не до нее. Мы оба сгораем от желания, и разжигать огонь страсти не уместно в данном случае.

— Ты девственница? — останавливает меня преграда на пути, почти у цели. Я не рискую пробить ее сам, без особого приглашения. Такого я не ожидал, и не готов к такой ответственности.

— Да, — вжимаясь в подушки шепчет Ханна еле дыша. — Не уходи, — останавливает меня, хватая за руку, как только ощущает, что я отстраняюсь. По щеке ползет медленно, предательская слеза, как маленькая хрустальная капелька и я сдаюсь под мольбой девушки.

Нужно было сразу уходить, и после этой ночи я буду чувствовать себя полным ничтожеством, но я остался.

Я вхожу в нее плавно, ощущая напряжение ее тела в самый пиковый момент и, немного замерев, даю сделать глубокий вздох. Я не вправе давить, когда мне доверили самое сокровенное. Далее рывком надавливаю на заветную преграду и останавливаюсь. Растягивать такое — так себе удовольствие. Понимаю, что сейчас ей больно, но это приятная боль, хотя я и наслышан об обратном, но все же надеюсь, что именно сейчас она мысленно не проклинает меня последними фразами. Я целую маленькую мисс Мур, заглушаю эти страдания. Целую новую слезу, которая вырывается наружу из глаз, ловлю ее губами, не дав раствориться в подушке.

Это чертовски приятно — быть первым. Жаль, что я не могу ничего хорошего сказать про себя. Не та обстановка, не те ощущения, не та девушка. Возможно, с другой, я пребывал бы в совершенно противоположных эмоциях. Но сейчас это технически и механически. Какой же я подонок, но по-другому не могу. Не умею. Можете осуждать меня, но даже мести не получилось, потому что от этого я не получил удовольствия, какое планировал. В какой-то момент мой мозг забыл об этом ощущении, полностью погрузившись в эти объятия и в эту ночь, в которой есть только двое.

После я просто откинулся на спину и лежал — молча. Я не мог подобрать слов, и был чертовски благодарен Ханне, которая, завернувшись в плед, лежащий у изголовья, молча вышла в ванную комнату. Я лежал, кажется, целую вечность. Хотел уйти, но одурманенная голова провалилась в сон.

Проснувшись на утро, голова гудела так, будто я спал на железной дороге, где всю ночь ездили бесконечные поезда, стуча по вискам моей расшатанной нервной системы. Это похмелье. Ненавижу это чувство. Еще одна причина почему, обычно я не употребляю спиртного.

Сев на задницу, я стал оценивать ситуацию. Спальня, я без трусов, голова раскалывается, состояние — говно. А самое главное маленькая мисс Мур лежит рядом и обволакивает меня своими маленькими изящными ручонками.

Понятно, я влип по полной!

Глава 13. Пойманный с поличным

Энтони

Спускаюсь в гостиную, в надежде, что удастся улизнуть незаметно ото всех. Надеюсь, гости уже разбрелись, кто по домам, кто по углам коттеджа на ночлег.

Рассвет. Краем глаза смотрю на огненно-красное солнце, которое только начинает радовать.

В суматохе, нахожу бутылку минералки, то, что нужно для моего состояния. Вместо тысячи слов и таблеток.

— Доброе утро, молодой человек, — за моей спиной раздается суровый и властный голос мужчины средних лет.

— Доброе утро, — конечно я оборачиваюсь. Любопытство берет вверх.

— Я так понимаю вы вышли из спальни Ханны?

С похмелья я явно вижу хуже, поэтому