Последняя тайна Консорциума. Том 3 - Михаил Винников

минут назад, — Вольфрам не открывая глаз махнул рукой в сторону пульта, и на экране появилась фотокопия.

— Задержка связи меньше минуты, — задумалась Юми. — Все станции рассылку получают, и обязаны незамедлительно принимать меры. В теории. Но эта станция чисто корпоративная. Интересно, где сейчас Виктор, и как он собирается выкручиваться.

— Он на борту, — ответил Вольфрам.

— Он сейчас в кабинете у Шульца, — проворчала Юми. — Выкладывает карты на стол и предлагает сдаться. Как-нибудь красиво, пафосно.

— Почему ты так решила? — Вольфрам открыл глаза, переложил нижние руки на пульт и застучал пальцами по сенсорной панели.

— Все дураки любят показуху, — фыркнула девушка. — Без исключений.

— Я не спорю. Но что скажет человек, которому вот так лихо и пафосно выбивают почву из-под ног? И, вишенкой на торте, добавляют сверху полицейский ордер на арест? Думаю, у Виктора есть план.

— У Виктора ни один план еще нормально не сработал.

— Надейся на лучшее, готовься к худшему. Висим, смотрим в телескоп… кстати говоря, там что-то происходит.

Одна из яхт, действительно, отцепилась от кольца «Элизиума» и резко дала по газам. Даже слишком резко.

— Ого! — удивилась Юми. — Вот это манёвр…

— «Экстренный взлёт»?

— «Прощай лицензия». Думаю, наш клиент. Виктор облажался.

— Для того и нужен запасной план, — Вольфрам открыл глаза и потёр переносицу. — Только не забудь самое главное.

— Да, мы с ним поссорились.

— Почему?

— Потому что слишком мало платил за риск.

— И всё?

— Втравил непонятно во что, использовал втёмную, ни черта не объяснял… — постепенно заводилась Юми.

— Не удовлетворял, — подсказал Вольфрам.

— Да не то чтобы, — девушка слега покраснела. — Но вспоминать про меня мог бы и почаще!

— То есть он всё равно гад, подлец и скотина?

— Да! — Юми вдёрнула носик и сложила руки на груди.

— Готова? Включаю трансляцию.

Юми глубоко вздохнула, села прямо, положила руки на подлокотники кресла и постаралась сделать злобное и решительное выражение лица. Получилось плохо. В жизни она всегда была хорошей и правильной девушкой, прямолинейной и открытой… Ну если не вспоминать о порнографических рисунках, которыми зарабатывала на жизнь. Да и там она считалась очень скромной, в отличие от… некоторых коллег-художников. Так что угрожать человеку ей раньше не приходилось. Но всё когда-нибудь случается в первый раз.

— Шульц! — грозно сказала она в камеру. — «Кицунэ» на связи. Бежать некуда, ты попался! На тебя ордер. Ты явно его видел, но пульну узким лучом, для наглядности. Награда такая, что просто ах! И я её заберу прямо сейчас!

Девушку прижало к креслу — «Кицунэ» включила двигатели и пошла на перехват.

— Корабли службы охраны! — продолжала Юми. — Оба-двое, я вас вижу! Будете мешать — попадете под огонь. А потом капитаны присядут за укрывательство опасного преступника.

Это её уже Виктор научил. «Гражданский арест» — штука тонкая. Особенно между сверхдержавами. Союз, к примеру, «охоту за головами» вообще не признаёт, и наград не платит. Максимум — грамоту в красивой рамке. В Империи всё сложно. У них там ничего просто так не работает, особенно для иностранцев. Но тут и Юми, и Шульц — граждане Федерации, корабли зарегистрированы там же, и всё происходит в системе, входящей в Федерацию, где и выдан ордер. И где, до кучи, постоянно проживает подозреваемый. Тут даже самый хитрый адвокат не подкопается.

Оставалась последняя деталь. Юми грозно взглянула в камеру и продолжила:

— Виктор, зараза! Я знаю, что ты меня слышишь! Мы могли бы договориться… если бы платил вовремя. А теперь — помаши денежкам ручкой… — девушка улыбнулась в камеру. — Ну что ж, Шульц, готовься.

Она выключила связь и повернулась к Вольфраму.

— Всё прошло отлично, — сказал четырёхрукий. — Копию ордера я ему выслал. Курс абсолютно предсказуем — прямой разгон на подъём орбиты, хочет побыстрее прыгнуть. На перехват успеваем с хорошим запасом.

— Как я?.. — чуть засмущалась Юми.

— Как главная героиня космооперы. Дерзкая, решительная и прекрасная.

— Ой да не льсти ты мне, — фыркнула девушка. — Что у нас с этим корытом?

— Двойственное ощущение, — ответил Вольфрам. — Посмотри запись отстыковки.

— Манёвр «прощай лицензия»? Сейчас глянем…

Юми включила запись. Картинка была очень мелкой — дальность приличная даже для телескопа. Но более менее удалось разобрать, как яхта слетает с причальных захватов, неуклюже разворачивается и газует прочь, рискуя опалить выхлопом борт станции.

— Нуууу… — задумчиво протянула девушка. — Даже не знаю что ты хочешь мне показать. Лицензия у Шульца, помнится, есть. Но он мог летать с наёмным пилотом. И эти яхты очень хорошо автоматизированы. Так что вряд ли у него большой налёт за управлением — сидел цедил шампанское в компании своей секретутки, да раз в час кнопку нажимал.

— Один раз её видела, и уже не любишь, — хмыкнул Вольфрам.

— А тут, видно, рулил сам, — съехала с темы Юми. — И навыка нет, и скорее всего даже на симуляторе такой взлёт не отрабатывал. К тому же, газанул в противоположную сторону, и потом спохватился. Видишь?

Она перемотала видео вперед.

— Вижу два рывка.

— Сначала отвернул от станции как смог, — объяснила Юми. — Потом включил автопилот, «разгон на подъём орбиты». Автопилот убавил тягу и начал облетать станцию как положено по процедурам безопасности. Пилота это не устроило, он снова взял управление и сам провел корабль мимо кольца.

— И лишился лицензии еще раз?

— Пожалуй да. Хотя его и после первого манёвра ничего не спасёт. Затем вернул управление автопилоту, и теперь летит ровно по ниточке, как мы видим сейчас.

Девушка махнула рукой в сторону радара.

— И что это может значить? — хитро улыбнулся Вольфрам.

— Думаю, разговор с Виктором у них не заладился, — предположила Юми. — Возможно, всё пошло по-плохому, с мордобоем и стрельбой.

— Но Виктор на станции и всё еще опасен, — продолжил Вольфрам. — Корпоративная охрана бы спокойно отпустила яхту под благовидным предлогом. А федеральной полиции сюда лететь минимум час.

— Паникует и драпает, — подытожила Юми. — Может даже ту дуру с собой взять не успел…

— Увидим. Вывожу нас на прямую, точно перед яхтой. Сейчас ускорение вырастет.

Юми действительно вдавило в кресло, но не до потери