Взаимосвязи (СИ) - Башкарев Евгений

Когда слезы перестали катиться градом по щекам, Маша вспомнила про кактус и пошла в свою комнату. Перед дверью она еще раз подумала об Андрее и едва сдержала слезы.

Георгиевская лента лежала на полу, а цветок, не выдержавший ее веса, наклонился так низко, как он еще никогда не висел. Второй цветок оказался сильнее и еще держался, хотя завядший бутон уже мало походил на прежний.

— Это ты во всем виноват, глупый цветок! — закричала она и оторвала обвисший бутон вместе со стеблем.

Кактус ухнул, словно боль отозвалась в нем. Колючки стали жесткими, как гвозди.

— Ты во всем виноват!

Она села на кровать и опять горько заплакала. Минут через десять истерика прекратилась. Маша приняла две таблетки валерьянки и уснула. Не надолго: ее разбудил короткий сигнал смс-сообщения. Маша потянулась к телефону.

— Костя, — прошептала она и улыбнулась. Слезы высохли и стянули кожу.

«Привет, как настроение?»

Знакомые вопросы и знакомые ответы. Но Маша не хотела рассказывать что-либо Косте в переписке. Она захотела с ним встретиться.

Костя сидел в своей комнате и читал роман Кена Кизи «Над кукушкиным гнездом». Это была его вторая попытка понять книгу. С первого раза многочисленные описания ввергли его в тоску. Он посчитал книгу бессюжетной, но в ней было нечто такое, что он встречал довольно редко. Главный герой — Макмерфи. Очень сильная личность. Если бы Косте перенять хотя бы часть его харизмы, то… Он вновь подумал о Маше. Книга Кизи на долгое время лишала его возможности думать о девушке. Маша всплывала, как утопленный буек, стоило Косте отвлечься от чтения, поэтому он предпочитал читать до самой ночи. Читать, пока глаза не закроются, как створки погибающей ракушки, а сюжет не разольется в голове теплым, смягчающим ревность отваром.

Костя перевернул очередную страницу, когда зазвонил телефон.

— Привет. — Он не удивился, что это она.

— Привет, дружище, — сказала Маша.

Косте показалось, что трубка телефона пахнет Машиными духами.

— Чем занимаешься? — спросила она.

— Читаю, — произнес Костя и отложил книжку.

— Хочешь прогуляться?

— Хочу, — не раздумывая, ответил он. — Где тебя ждать?

— Я сама к тебе приду и позвоню.

В тот вечер они до темноты просидели вдвоем, и домой Маша вернулась с приятным душевным опустошением. Она выговорилась. От боли после разрыва с Андреем (на этот раз окончательного) не осталось и следа, и она с безумной легкостью, с настроением летней бабочки, способной делать все, что пожелает, приняла душ и завалилась на кровать. Она по-прежнему пахла духами, и этот запах напоминал ей о солнце. После короткого поцелуя в щеку Костя тоже приобретал запах солнца, но пах им недолго. Он не пользовался духами, и его вещи всегда пахли стиральным порошком или хозяйственным мылом. Но после касания Маши кое-что менялось.

Сегодня она рассказала ему все, что только могла. Она плакала и говорила, а он прижимался к ней, клал руку ей на плечо и утешал. И так в течение всего вечера Маша не замолкала, пока не почувствовала себя настолько истощенной и обессиленной, что уронила голову ему на грудь. Его одежда и тогда пахла стиральным порошком, и в тот момент девушка осознала одну вещь: чистота и элементарный уход за собой — вот запах настоящего парня. Нет никакой надменности и лжи. Все просто до мелочей. Девушка тает, когда открывает душу человеку, в котором уверена. А Костя был для нее неким саркофагом, отбирающим и силы и эмоции одновременно. Она отдала ему все, в чем не нуждалась, и была уверена, что Костя ее поймет. Так и вышло.

Костя впитал все в себя. Не нагружая в ответ ничем лишним, он вобрал всю грязь, и она была счастлива.

Они уснули в одно и то же время, но в разных кроватях. Костя проспал до утра, а Маша — до звонка, разбудившего ее в полночь. Звонил Андрей, и она долго думала, поднимать трубку или нет. Не решилась. В конце концов, все было кончено сегодня утром, и если до Андрея это доходит только спустя время, то это его проблемы.

— Все кончено! — сказала она и сбросила звонок.

Через пять минут она прочла его первое смс со словами «Прости меня, я не могу без тебя. Я очень сожалею, что так получилось». Маша не ответила, и пришло второе сообщение: «Возьми трубку. Нам нужно поговорить. Ты мне нужна сейчас».

«Если хочешь сохранить нашу дружбу, удали мой номер. Между нами все кончено!» Она добавила еще ряд восклицательных знаков и отослала сообщение. В начале первого он ответил: «Мне сейчас очень плохо». Смски прекратились, и Маша снова уснула.

Утром, проснувшись, она поздоровалась с кактусом. Кактус промолчал, и Маша улыбнулась, потрепав оставшийся бутон. Он снова расцвел и поднялся вверх, повернувшись в сторону солнца. На месте второго была дыра, откуда, вероятно, всю ночь выходила черная жидкость.

— Прости. Наверно, тебе было больно, — посочувствовала девушка.

Зазвонил телефон.

После того, как Маша положила трубку, ноги ее подкосились, и она села, там, где стояла. От испуга ее пальцы впились в нижнюю губу, кожа покрылась мурашками. Тело, точно колокол, сотрясалось от нахлынувшего озноба.

Маша не плакала и не думала об обиде. Она вспоминала вчерашнюю ночь и чувствовала, что заблудилась в ней. Наверняка многие сочтут виновной ее. Ее непредсказуемую любовь и желание быть рядом с такими крутыми парнями, как Андрей. Андрей пользовался большим авторитетом в академии, хотя не был особенно популярным. Он не был музыкантом или спортсменом, учился хуже Маши, но за счет своей уверенности казался человеком очень высокого уровня.

И вдруг его уровень упал. В одного мгновение серой ночи, когда Андрей пытался дозвониться до любимой девушки, он понял, что она оставила его навсегда. Его жизнь, похожая на круговорот вещей, нуждающихся в усмирении, попросилась наверх, и он не стал ей препятствовать. Маша разлюбила его.

Маша сидела и смотрела в потолок. Белые тона разбредались перед ней. В какой-то момент она увидела, как Андрей улыбнулся ей своей веселой улыбкой, и все потухло. Он ушел от нее навсегда, а любовь стала еще сильнее и еще запутаннее. И Маша не знала, что делать. Ей все казалось ненастоящим.

Андрей разбился в автокатастрофе в ту ночь, когда она выдернула бутон. Через несколько дней после этого случая второй бутон завял сам. Костя здоровался с ней, как и раньше, но ни одна их встреча не перешла в более тесное общение. Летом того же года кактус сделал еще одну трещину в горшке, и по утрам Маша тратила время, чтобы собрать землю с подоконника. Ей это надоело. И перед тем, как уехать со съемной квартиры, она выбросила кактус на помойку.

Сейчас ей тридцать восемь, и мужчины в ее жизни меняются гораздо чаще, чем она того хочет. Она мучается от бессонницы и выглядит старше своих лет. По ночам, когда не может заснуть, Маша вспоминает свою прошлую жизнь и жалеет обо всем, что делала, пока была молода и свободна. Ведь тогда ей казалось, что она способна перевернуть мир. А в результате мир перевернул ее.

Подарок мачехи

Элеонора поднялась на порожки двухэтажного здания и постучалась в дверь. Был ранний час субботы, и школа несколько стихла после начала первого урока. Тишину нарушил раздирающий скрип двери. Из проема выглянула старуха.

— Чем могу помочь? — обратилась она.

— Меня зовут Элеонора Витальевна, — ответила женщина. — Я пришла устраиваться на работу.

— Странно, — на лице старухи отразилось удивление. — Меня о вас не предупреждали. Пройдите, пожалуйста, в холл и подождите пару минут. Я сделаю звонок.

Элеонора прошла в темное помещение. Здесь было тепло, и она расстегнула верхние пуговицы пальто.

«Столько лет прошло, как я закончила школу», — подумала она, оглядывая косые своды.

Здесь поработали хорошие руки. Здание превратилось в произведение искусства.

Она села на маленький диванчик и откинулась на спинку. Был бы у нее дома такой простор, она бы поставила по бокам дивана светильники. Она не любила мрак. От темноты ее трясло. Но здесь было великолепно. Несмотря на то, что весь интерьер холла составляли шесть небольших настенных картин, увенчанных искусственными растениями, и тот самый коричневый диванчик, на котором она восседала, ей здесь очень нравилось.