Sex и ничего личного - Алайя @Linuxikk Рейс

территории колледжа, за исключением собственной комнаты и санитарной части».

– Не колледж, а режимное учреждение, – проворчала Надин.

– А у себя на родине ты в какой гимназии училась?

– В Третьей.

Мэри состроила непонимающую гримасу.

– Мне это ни о чем не говорит.

– У меня была просто школа – не гимназия. Обыкновенная школа для всех детей из одного района, – она плюхнулась на свою кровать.

– Ты училась в городской школе? – глаза Мэри стали больше её пухлых щёк. – Это так интересно!

– Да, и как видишь, выучилась довольно неплохо!

Мисс Перкинс пожала плечами: её не интересовали чужие успехи, она сама едва успевала выполнять задания, иногда подсматривая в тетрадь соседки.

– Надин, ты ходила к Генри? – ни с того ни с сего спросила Мэри.

– Ты что?! – точь-в-точь как Алисия, прошипела Миховски.

– Я была у Тьер. Я прохожу тренинг, и мне по заданию надо взять у кого-то деньги взаймы.

– «Лайфспринг»? – с чего-то решила Мэри. – Будь осторожней. Сейчас много шарлатанов, продающих книги и предлагающих странные «психоактивные» программы. Я сама хотела пойти, но родители меня отговорили. Потом я почитала форумы и ужаснулась: так называемые «прорывы» ломают жизнь, коверкают психику… – голос Мэри прервался, она почти расплакалась.

– Дорогая, – Надин перелезла к ней на кровать. – Ну что ты…

– Мой парень… – Мэри шмыгнула носом, – пошёл на «Продвинутую программу», а потом покончил собой, потому что не смог выполнить какое-то задание…

– Ужас, – Надин погладила Мэри по голове.

– Завязывай с этим, – такой серьёзной свою соседку Надин не видела ни разу. – Лучше обратись к обыкновенному психоаналитику.

– Я подумаю, – не могла же Надин сказать, что наврала про тренинг.

– Так что прости, не смогу помочь. Всё связанное с этой темой для меня табу. Обратись к своему Генри. Он вроде отзывчивый. Только сними этот жуткий халат!

– Что в нём жуткого? – по понятиям Миховски «жуткий» – это зелёный ситец в желтый цветочек, купленный за сто рублей на развале.

– Он напоминает синтетический… – прошептала Мэри.

– Я не взяла с собой другой…

Надин улыбнулась, взглянула на часы – четверть первого, – и переоделась. Мэри права, надо сходить к Гейлу, сообщение так и висело непрочитанным.

На улице и в коридорах стояла гробовая тишина. Лишь издалека доносилось глухое уханье сов, которые вот уже много веков вили гнёзда в высоких соснах прилегающего парка. Охрана колледжа приглушила свет фонарей, и теперь старинные корпуса напоминали зловещие особняки из фильмов ужасов.

Смотритель мужского корпуса Грайверс дремал, откинувшись на стуле и положив наги на стол, и Надин тихо прошмыгнула мимо, оставшись незамеченной. Быстро добравшись до пятнадцатой комнаты, она постучалась.

Дверь открыл Марк Коллинз, он, на удивление, не корпел над учеником, а играл в гейм-бой. Столь поздний визит немного удивил добродушного Коллинза, но спрашивать ничего он не стал, просто предупредил:

– Барни уже спит, а Генри в душе.

– Кто там, Марк? – донёсся приглушенный голос Генри.

– К тебе пришла Надин!

Не прошло и двух минут, как Генри распахнул дверь, наспех вытирая голову полотенцем.

– Надин, ты что в такой час разгуливаешь по колледжу?

– Генри, ты не ответил на сообщение, а у меня вопрос, который не терпит отлагательств.

– Дорогая, – он отвел её в сторону, – я был в душе.

– У меня немного странная просьба: мне нужно семьдесят фунтов. Только я не знаю, когда смогу их вернуть.

Лицо Генри осталось невозмутимым, хотя он очень удивился неожиданному визиту и ещё более неожиданной просьбе.

– Прости, у меня нет наличных. Все деньги на банковской карте, и снять их просто так я не могу.

Мои родители всегда проверяют, на что пошли те или иные средства.

– Твои родители контролируют твои расходы? – изумилась Надин.

– А что в этом такого? Это их деньги… Я сам ещё ничего не заработал, кроме гайморита.

У Надин возникло ощущение, что она попала в сумасшедший дом: в обществе отпрысков миллионеров нельзя занять несчастные фунты!

– Я приехал сюда учиться, а не кутить в местных пабах, наличность мне не нужна. Если мне понадобится купить цветы или билеты в театр, я запишу их на счёт отца… – продолжил Генри. – А что у тебя случилось?

– Ничего. Это просто тренинг… Саморазвитие. Хочу соответствовать.

Саморазвитие – полезная штука, поддерживаю; сказала бы раньше, и я бы что-нибудь придумал, – лицо Генри растянулось в простодушной улыбке. Надин почувствовала, что он её не обманывает.

– Мэри только что сказала обратное…

– Сколько людей – столько мнений. Ещё раз прости за отказ.

– Всё хорошо, – заверила его Миховски.

Он поцеловал её в лоб.

– Давай я тебя провожу, всё же ночь на дворе, а тебе идти через два корпуса.

– Не надо, а то подумают, что мы были вместе, – в стиле Алисии отвертелась Надин.

– Как знаешь… – он недоуменно пожал плечами.

Не успела Надин снова оказаться на улице, как за спиной послышались быстрые шаги и грозное покашливание. Она вздрогнула и замерла, как нашкодившая первоклашка.

– Потрудитесь объяснить, какого лешего вы шатаетесь в поздний час по территории колледжа?

Голос хлестал не хуже розог, которые, слава Богу, отменили много лет назад.

– Возвращаюсь в свой корпус, – честно ответила Надин.

– В полночь? – в глазах профессора плескалось презрение, будто он случайно наступил в слизь. – Мисс Миховски, вы должны были ещё в десять быть в своей комнате!

– У меня возникли трудности, и я…

– Мисс Миховски, – он перешёл на грозное шипение, – вы появились на свет с помощью кесарева сечения? – левая бровь характерно приподнялась.

– Почему?

– У вас напрочь отсутствует инстинкт самосохранения. Вам мало двух грязных историй? Желаете снова побыть центром внимания? Могу организовать…

Надин захотелось провалиться в тартарары. Она вжала голову в плечи и закусила губу.

– Вашу карточку… – он протянул руку.

– Она в комнате, профессор. Пожалуйста, не ставьте минус, – затараторила Надин. – У меня были причины…

– Знаю я эти причины – буйство гормонов. Ведёте себя, как кошка в марте.

– Вы не правы, профессор. Мне нужны были деньги. И никто не дал!

Профессор хмыкнул и грозно посмотрел на студентку – фраза прозвучала чересчур двусмысленно, но переспрашивать и уточнять он посчитал излишним.

– Марш за мной!

«Опять выговор, опять запись в личное дело, опять разборки с Маффи», – тяжело вздохнув, Надин поспешила за Сайвером. Этих «опять» становилось и вправду многовато.

– Вперёд! Что вы стоите, как бедная родственница, – рявкнул он, открывая перед ней дверь кабинета. – Вам нужно особое приглашение? Могу отправить смс.

Надин переступила порог. В помещении было темно; споткнувшись, она выругалась.

– Вы не на вокзале, мисс, – тут же одёрнул Маерс. Перевод ему не потребовался.

Кабинет выглядел словно после генеральной уборки. Миховски всегда поражалась, как профессору удаётся поддерживать такой