Вне системы (СИ) - Аянский Егор

Один раз он повстречал военных. Несколько их автомобилей, проехали по параллельной дороге вдали, и не обратили на него внимания. Масштаб происшествия наводил на самые грустные размышления. Сколько таких как он? Сколько людей смогло удержаться и не принять заманчивую капсулу, обещавшую избавление от всех недугов, и при этом спастись?

— Дерьмо! — выругался он вслух.

Мужчина решил передохнуть и определиться с дальнейшим направлением движения. Территория вокруг отлично просматривалось, и, убедившись, что поблизости нет ни одной твари, он извлек из кармана пачку сигарет и закурил, приводя мысли в порядок. На самом деле, Кевин понимал, что находится в намного лучшем положении, чем большинство выживших. Одиночка по жизни, он относительно рано похоронил своих родителей, а что касается семьи — так ее и не завел, поэтому беспокоиться ему было не о ком. Человек женатый на своей работе — это определение подходило к нему очень точно. Но работы больше нет, а он все еще жив; и значит нужно хорошенько подумать, как продлить это состояние организма, желательно надолго. Определенно, ходить с рассредоточенным взглядом и жрать других людей он в ближайшее время не планировал.

Вдали послышался нарастающий шум, и Кевин обернулся. Военный грузовик.

Пожалуй, сейчас примкнуть к армии будет самым оптимальным решением. Возможно, у них есть убежище и еда. А то и информация… Мужчина последний раз глубоко втянул горький дым и щелчком отправил недокуренную сигарету на обочину. На всякий случай перезарядил оба дробовика и повесил их за спину дулом вниз так, чтобы в любой момент успеть применить по назначению.

— Стой! Стой! — он выскочил на дорогу и замахал руками. Машина притормозила и из ее кузова выскочила тройка бравых парней с автоматами.

— Оружие на землю! — заорал самый высокий из них. — Быстро!

— Спокойно, спокойно сержант. — он выставил руки вперед, — ФБР, агент Кевин Уильямс.

Следователь помахал правой рукой, показывая, что в ней ничего нет, а затем двумя пальцами потянулся к нагрудному карману и вытащил свой значок. Один из парней протянул руку, и Кевин бросил жетон в его ладони.

— Извини, дружище, но уродов вокруг хватает! Ты, вроде, нормальный. — высокий парень махнул рукой и вся троица опустила стволы.

— А есть другие ненормальные, кроме тех тварей? — удивился следователь.

— Есть, поверь. Там сейчас, — он кивнул головой в сторону города, — Такое в некоторых районах творится. Повылазила криминальная шушера. Стреляют во всех подряд. Люди бегут за город, прячутся на фермах, некоторые соглашаются примкнуть к нам.

— Кто-нибудь из вас в курсе, что вообще произошло?

— А сам-то как думаешь? — один из молчащих до этого парней сплюнул сквозь зубы и, прищурив глаза, уставился на него.

— Сальватор? — не очень уверенно произнес Кевин.

— Он самый. — ответил главный, — Ты поедешь с нами на базу или как? Человек, умеющий держать оружие, нам очень пригодится.

— Куда? Что за база?

— Неподалеку от Ирвиндейла, в карьерах.

— Ирвиндейла? — удивился следователь. — Когда там успела появиться военная база?

— Ну, это не совсем база. — скривился сержант. — Кое-что другое. В общем, сам увидишь. Решай быстро: да, нет? Мне еще куча работы предстоит сегодня.

— Да. — твердым голосом ответил Кевин и направился к грузовику.

Макс Рассел развалился в большом джакузи и блаженно постанывал от удовольствия. Вытянутые ноги лежали на дальнем бортике и в данную минуту его пятки намыливала губкой абсолютно голая блондинка, что несколько часов назад накормила его отличным обедом.

— Ты классная, хоть и дура. — произнес он довольно, — А то, что молчаливая, так это даже хорошо. Уж сколько я знавал женщин — все они постоянно щебечут, как курицы.

Конечно, единственной женщиной, которую «знавал» Макс была его мать, и то в качестве родителя. А все эти фразочки являлись ничем иным, как наследием художественных фильмов, которые парень регулярно смотрел на смартфоне, живя в канализации. Другого источника воспитания у парня, увы, не было.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

По большому счету, он начал понимать и формировать более-менее правильную модель окружающего мира уже после тринадцати лет, когда технобионт вправил его мозги и создал относительно нормальную модель мышления. Однако, все эти годы, он вкладывал юноше и другие поведенческие структуры, главной из которых было держаться от людей подальше, дабы сохранить свою жизнь. Теперь, когда тело Макса претерпело серьезные изменения, рефлексы, ловкость и сила вышли за пределы, доступные обычному человеку, инопланетный киберорганизм все меньше и меньше принимал участие в его решениях и желаниях, предоставляя почти полную свободу, если это не противоречило чрезвычайному протоколу.

— Будешь конфетку? — Макс протянул ей пачку разноцветных шариков. Их, просто невероятный запас, он нашел на одной из верхних полок на кухне. По всей видимости, раньше в этом доме было много детей, что подтверждали три комнаты на втором этаже с разбросанными по полу игрушками.

— Урхрх…

— Да, знаю я. Тебе, наверное, тоже свежей человечины надо? Ну извини, подруга, чего нет, того нет. Могу тебя попозже выгулять, а то ты, кажется, похудела. Найдешь пару недобитых трупов, так и быть, разрешу угоститься.

Макс снова уставился на ее безупречное тело, ощущая, как приливает кровь к детородному органу. Что-то непонятное внутри останавливало его от того, чтобы овладеть этой женщиной, и это была далеко не нравственность, поскольку парнишка ею абсолютно не отягощался, ввиду отсутствия в своем окружении тех, кто ему мог это навязать воспитанием. Блондинка ему действительно нравилась, несмотря на это урчание и глуповатое поведение. Но едва он думал о сексе с ней, как внутри появлялось чувство необъяснимого отвращения.

Парню было невдомек, что материнский киберорганизм, сидящий в его голове, усиленно работает над тем, чтобы не допустить соития с находящейся рядом Омегой. Условия чрезвычайного протокола запрещают половую связь с низшими видами, так определил Создатель.

Внезапно Макс открыл глаза, пораженный идеей, которая наконец-то не вызвала отвращения.

— Слышь, подруга? Опусти-ка руки в воду. Ищи, ищи… Молодец! — юноша страстно выдохнул, когда изящные пальцы нежно обхватили его напряженную плоть, — А теперь води ручкой вверх-вниз. Быстрее, еще быстрее… Вот так! Умница…

Он часто задышал, а спустя минуту хрипло выдохнул. Дочерние Альфа-бионты, содержащиеся в его семени, попали в чужеродную среду, в виде мыльной воды, и тут же погибли, уничтожив всю информацию о своем носителе. Ведь единственное место, где они могли существовать, согласно замыслу, заложенным их Создателем, было ни что иное, как тело оберегаемой особи и создаваемая им среда.

Закончив с водными процедурами, Макс отправился на исследование шкафов и кладовок. Его старые вещи порядком поизносились, и срочно требовалось раздобыть себе обновку. Найденная им мужская одежда оказалась немного великовата в области талии, а потому он принялся усердно потрошить недра мебели в соседних комнатах, где и обнаружил великолепный смокинг, который ему оказался почти впору. В этом же шкафу нашлась старомодная шляпа-котелок из прошлого века и пара лакированных ботинок. Через десять минут, парень уже красовался перед зеркалом, поправляя уголок красного платка, торчавшего из переднего кармана пиджака. Подумав немного, он сунул за подкладку рогатку и прихватил свой тесак, разместив самодельные ножны на поясе.

— Настоящий крестный отец! — довольно произнес он, последний раз оглядев себя.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Свою фотомодель-блондинку он вымыл лично и тоже подыскал для нее одежду — дорогое вечернее платье белого цвета. Так что, примерно через полчаса, из дома вышла красивая пара: молодой симпатичный джентльмен и его очаровательная, но абсолютно неулыбчивая спутница с пустым взглядом.

— Ну что, дорогая, прогуляемся до ближайшего ресторана?

— Урххаа…