Опустошение (ЛП) - Отем Грей

— Оно того стоит, — прошептал он мне в шею с улыбкой на губах.

Я что, правда, собираюсь сделать это?

— Это последняя песня и ты возвращаешься к работе. Не хочу, чтобы у тебя были неприятности.

Он посмотрел на меня, и его взгляд напомнил мне взгляд щенка, которого пнули по ребрам. Твою ж мать!

— Ты ведь охранник здесь, — сказала я, пытаясь найти тему для разговора, пока наши тела привыкали к движениям друг друга.

— Да. Преимущества этой работы просто удивительны.

Господи, он высокий и действительно милый, особенно когда улыбается мне вот так. Когда-нибудь он сделает какую-то женщину очень счастливой.

— Преимущества, правда? — приподняла я бровь. — Ты планируешь всегда работать в отеле? Мне кажется, что твоя стихия — это музыка.

— Мне нравится взаимодействовать с людьми, и работа в отеле «Катерина» предоставляет мне такую возможность. Я собирался стать военным, но, к сожалению, мне пришлось уйти из-за травмы. Вернулся в школу, чтобы изучать гостиничный менеджмент, а все остальное уже история. Сейчас я работаю по ночам в клубах и встречаю красивых женщин, — он криво улыбается мне и шевелит бровями.

Я рассмеялась, когда он закружил меня. Его руки сомкнулись на моей талии, обхватили мое тело и скользнули вниз по ногам. Я ахнула и обернулась, чтобы посмотреть ему в лицо, но не удержала равновесие и оступилась, а когда выпрямилась, уже была в руках Ремингтона.

— Бонжур, Селена.

— Ремингтон? — мое сердце учащенно забилось, я моргнула несколько раз, чтобы убедиться, что бог, который держит меня, реален.

Я скучала по нему. В какой-то мере. Я снова задумалась, логично ли скучать по кому-то, с кем знаком всего пару дней.

— Что ты здесь делаешь? Где Эрик?

Он притянул меня вплотную к себе, прижимаясь своей щекой к моей. Его руки обнимают меня крепко, как стальные канаты, так, словно он никогда не собирается отпускать меня.

— У тебя с ним свидание?

Боже, его голос убил меня.

— Нет, он направил меня в это место. Как ты узнал, что я буду здесь?

Не то чтобы я имела что-то против.

Он неожиданно развернул меня лицом к себе, его хватка внушала безопасность. Уверенный. Смелый. И когда он притянул меня к своему телу, моя грудь плотно прижалась к его твердой, твердой груди, его руки автоматически легли на мои бедра, словно там им и было место.

— Эндрю сказал, но, думаю, ты уже итак догадалась. Мне нужен номер твоего телефона, чтобы мне не пришлось угрожать задушить его всякий раз, когда мне нужно узнать, где ты. Ты скучала по мне?

Я улыбнулась, уткнувшись лицом в его плечо.

— А ты?

Он вздохнул.

— Да. Я скучал. У меня не получается долго оставаться вдали от тебя.

Он притянул меня еще ближе к себе и, сместив одну руку с моего бедра, скользнул по всей длине руки, нашел мою руку и переплел наши пальцы. Вторая рука также покинула мое бедро и переместилась на нижнюю часть спины, притягивая прямо туда, где я почувствовала огромную выпуклость в его брюках. Я задрожала и прижалась ближе, наслаждаясь ощущением его рук на моем теле гораздо больше, чем, наверное, следовало. Музыка продолжала грохотать вокруг нас. Я тайком вдохнула его мятный одеколон с легкими нотками запаха леса.

Не зная, что делать со своей свободной рукой, я обхватила его за шею, пропуская сквозь пальцы его мягкие, шелковистые волосы на затылке. Чем дольше мы танцевали, тем теснее он прижимал меня к себе, до тех пор, пока между нашими телами не просочился бы даже воздух. Я ощутила, как рука на нижней части моей спины напряглась несколько раз, прежде чем обхватить меня еще крепче.

— Мой Бог, твоя попка. Я хочу играть грязно. Кусать. Лизать. И снова кусать.

Я хихикнула, ощущая себя счастливой, свободной и опьяненной от его присутствия рядом со мной.

— Что случилось с Угрюмым Ремингтоном?

— Угрюмым? — повторил он мои слова, отклонившись, чтобы посмотреть на меня, его губы слегка изогнулись. — Я не угрюмый. Сколько ты выпила?

— Один или два бокала вина. Ах, да, ты просто гуру угрюмости, — сказала я, пожимая плечами. У меня не было привычки много пить, особенно на вечеринках, где было много людей. Я боялась, что кто-то мог подсыпать мне в напиток какой-нибудь из неизвестных наркотиков и изнасиловать. Или я могла потерять контроль над тем, что происходит вокруг меня. Ремингтон притянул меня ближе. Я почувствовала, как его эрекция сильнее вжалась в мой живот, и я без ума от того, что произвожу на него такой эффект. Он что, прямо сейчас еще немного увеличился у него в штанах?

— Расскажи-ка мне, что еще ты собираешься сделать с моей попкой.

Он склонил голову набок и посмотрел на меня, прищурив глаза.

— Я лучше покажу тебе, чем буду все это описывать.

Его глаза не отрывались от моих, рассматривая меня. Поглощая. Обжигая своим дыханием. Я растворилась в его прикосновениях. Потерялась в его взгляде. Среди тысяч кружащихся вокруг тел был он, и только он. Я могла ощущать, как сильно и быстро билось его сердце, в том месте, где моя грудь соприкасалась с его, а, может, это билось мое сердце. Но, черт возьми! Ремингтон Сен-Жермен был очень сильным, сексуальным и обворожительным. Он словно наркотик в моих венах.

— Поужинай со мной, — пробормотал он.

Я не ответила ему сразу же. Я не могла. Мой разум все еще пытался собраться и перегруппироваться. Я бесцельно блуждала взглядом по помещению, заполненному посетителями клуба. Ремингтон словно почувствовал мое нежелание отвечать. Он не давил на меня. Просто держал близко к себе, покачивался вместе со мной, позволяя просто наслаждаться моментом.

— Да, я поужинаю с тобой, — в конце концов выдохнула я ответ; мои глаза неожиданно замерли на мужчине недалеко от нас. Его злой взгляд быстро пробежался по залу, перед тем как вернуться к месту, где стояли Ремингтон и я. Мужчина надел темные солнцезащитные очки, затем развернулся и ушел. Он выглядел очень знакомо.

— Ремингтон, кто тот мужчина, вон там?

Его руки напряглись вокруг меня.

— Какой мужчина?

— Там. Клянусь, я уже видела его несколько раз.

— Может быть, кто-нибудь из охранников клуба.

Я фыркнула. Я ведь почувствовала, как он напрягся, когда задала вопрос. В дополнение ко всему, было еще таинственное письмо и крошечный кусочек бумаги, который я подобрала с пола. Мне нужен был ясный рассудок, чтобы подумать обо всех этих вещах.

Когда песня закончилась, я наклонилась к уху Ремингтона и сказала, что мне нужен перерыв. Каблуки убивали меня, и мне нужно было дать отдохнуть ногам. Я направилась обратно к нашим местам, Ремингтон шел позади, соблюдая уважительную дистанцию, несмотря на то, как мы танцевали. Когда мы сели, он положил мои ноги себе на колени и снял с меня туфли.