You N.P.C. - Станислав Энку

у Лизы, – Он указал на девушку. – Всего девятый уровень, мы тут уже два дня качаемся на големах, а тут вылазит этот, ну, ярый, это, вроде как, элитный голем, покрепче да урона побольше наносит. Я сначала думал, справлюсь, да не тут-то было, он меня очень ловко оглушил и чуть на месте и не прихлопнул.

– Зачем вам такой рисковый кач? Качались бы где-нибудь под городом, или в компании побольше.

– Да, вроде как, мы и так под городом, ну или под посёлком, тут за холмом маленькое поселение эльфийское, понимаешь ли, честно говоря, даже если бы я умер, то было бы не особо страшно, добежать минут пять-семь. – Пожал он плечами. – Но ты всё равно очень помог, так бы дебаф словил, опыта потерял, да и больно было, честно говоря, всё не привыкну никак к полному погружению. А сам ты чего забыл у чёрта на куличках? Я местных всех знаю, раньше не было тебя тут.

– Ну, в общем, да, не было. – Согласился я. – Я в Давионс иду, так получилось, что занесло меня в Деревню тёмных лун, а на моём уровне делать там нечего, сам, наверное, понимаешь.

Рыцарь неопределённо кивнул и, встав, подошёл к остаткам голема.

–Ты погляди-ка, повезло, на пяток золотых потянет, на, держи, за помощь. – Он кинул мне небольшой камешек, я поймал и сфокусировался:

Малый синий ихрит – Редкий самоцвет. Раздавите его, чтобы получить 100 единиц опыта.

– Да я не претендую, я же из чистых побуждений…

– Ничего не знаю. – Замахал руками Тортус. И следом в инвентарь упала пара серебряных монет, лут, в виде золота, делится на всю группу.

Я призадумался, мы ведь в группе, опыт тоже должен делиться на всех, сжимаю камень, он трескается и прочная структура становится жидкой, растекаясь по моей руке.

Получено 33+7 опыта.

Тортус вскинул бровь, я пожал плечами и улыбнулся.

– Так будет честно. Одному мне такого всё равно не одолеть. К тому же, свою часть я возьму сам.

И тоже подойдя к голему, провёл над тем рукой.

Получено 4 жизненных эссенции.

Получено 5+1 опыта.

Ого, а неплохо, не чета волку. Но на призыв собственного голема всё ещё не хватает одной эссенции.

– Так ты чернокнижник? В доспехе? – Удивился рыцарь.

Мы разговорились и в процессе беседы выяснилось, что мы с ним земляки, Тортус абсолютно не разбирался в играх и вообще принципиально никогда не играл, в отличие от его дочери Лисаи, которую, кстати, звали Лизой. Немного посидев и поговорив, я, было, собрался идти дальше, но Тортус пригласил меня к себе домой. Я не стал отказываться, всё таки земляк, да и к тому же друзей в этом мире у меня пока не было, неплохо было бы обзавестись таковыми.

Оказалось у них действительно есть собственный дом, купленный на деньги, залитые из реала. Дом находился в маленькой деревушке, населённой каким-то подвидом эльфов, практикующих магию иллюзий и шпионаж.

Это был шикарный трёхэтажный дом, можно даже сказать – особняк, выполненный в средневековом стиле. К моему удивлению, в нём было электричество, не такое, конечно, как в реале, но вполне себе настоящее, питалось от энергетического кристалла, вставленного в генератор гномьей работы и давало, по всему дому и прилегающей территории, освещение.

Внутри нас уже ждал хорошо накрытый стол, в том числе и с немалым количеством алкоголя. Истосковавшийся по родине и реалу Тортус, на той стороне бывший Толей, был очень рад этой встрече и явно не хотел отпускать меня трезвым.

Но, как показала практика, упиться до хоть сколько-нибудь серьезного опьянения в игре невозможно.

– А не страшно вам тут жить? Запрессуют ПКшеры или ещё какая напасть, а до ближайшего города километры расстояния.

– Это частная территория, приватизированная, так сказать, этот клочок земли, – Тортус широко обвёл рукой комнату. – Обошёлся мне в пятнадцать штук вечнозелёных. Администрация заранее обо всём позаботилась, эта одна из многих деревень для людей с, так скажем, не пустым карманом. Тут все условия для нормальной жизни, можно даже не вдаваться в игровой процесс. Да мы, собственно, особо и не вдаёмся.

– А давно вы тут уже? Не жалко таких денег на игру-то слить?

– Да мы оцифрованные, что ты, навечно сюда перекочевали, почти с самого релиза.

Я подивился, за семь недель шестнадцатый и девятый уровень, похоже, они действительно не вдавались в игровой процесс.

– И вы вот так просто взяли и оцифровались в игре? – Уже заканчивая предложение, я подумал, что очень вряд ли вот так вот человек, не интересующейся играми, нырнёт с головой в оную и прихватит с собой все пожитки.

– Ох, нет, это было не просто… – Толик залпом осушил очередной стакан и, громко поставив его назад на стол, тяжело вздохнул.

– Понимаешь, Лиза, ей двенадцать было, тогда как раз началась эпидемия АС – вируса, и Лиза оказалась в первой волне заражённых. Тогда ведь как было, лекарство то нашли, но те, кто в первой волне оказались…

Пока искали лекарство, вирус дал серьёзное осложнение. У меня бизнес был собственный, я вывел из оборота деньги, продал свою долю. Вбухал в её лечение, столько, сколько просили, очень много… Этого хватило, чтобы спасти ей жизнь, но её почти полностью парализовало. А у меня ведь больше никого не было. Мама Лизы погибла при родах. Я ещё тогда, с горя, чуть не удушился, еле собрался с силами. А после случая с Лизой меня и самого в больницу уложили с инфарктом. Потом выписался, благо, квартира хорошая да машина ещё оставались у нас, но больше ничего. Начал всё заново, вкалывал, как проклятый, почти через год скопил на экзоскелет для Лизы, тогда это была ещё примитивная модель, но радости нашей предела не было. Первый раз за те годы я был, хоть немного, счастлив.

Но это оказалось только начало, вирус продолжал жить и прогрессировать. Я рвал на себе волосы и, от бессилия, ночи не спал, вкалывал, искал выход, да какой там выход мог быть? Врачи руками разводили, денег уже не сыскать было, да и не помогли бы они. Единственным реальным выходом, на тот момент, была ранняя вакцинация. Считай, что все, кто был в первой волне заражения… того. – Толик остановился, немного перевёл дыхание и снова осушил ещё один стакан.

– Но нам тогда просто невероятно повезло, выход сам нашёл нас, Лиза попала под ту благотворительную акцию, о которой тогда во всех новостях трещали, ей