Мужчины в нашей жизни - Анастасия Соловьева

Засыпая, я чувствовала себя вполне счастливой. Но когда Владик обнял меня во сне, почему-то подумала: любопытно, а как такие вещи проделывает Глеб?

Глава 7

Погода в очередной раз выкинула коленце. Проснувшись утром и взглянув на градусник, я обнаружила, что ртутный столб поднялся чуть выше отметки плюс пять.

Деревья шелестят молодой листвой, птицы заливаются по-весеннему, на голубом небе ни облачка, а температура — как в конце марта! Тем не менее ни дубленку, ни пальто надевать нельзя. Придется идти в плаще, а под него поддеть что-нибудь теплое. Я остановила свой выбор на узкой серой юбке и голубом с высоким воротом свитере. К голубому свитеру как нельзя лучше подойдет мамин бирюзовый комплект — серьги, кольцо, кулон. А последним, но очень эффектным штрихом станут белые сапоги на шпильках. Я купила их давно, в середине зимы, но до сих пор не представлялось случая продемонстрировать миру свое приобретение. Зима выдалась морозной и долгой, весна — дождливой и грязной. В конце апреля резко потеплело. Пришлось сразу доставать туфли, а потом босоножки. Но вот и белые сапоги дождались своего часа.

Выставив сапоги в прихожую и освежив косметикой лицо, я занялась приготовлением завтрака. Омлет, бутерброды, свежий кофе — опровергнем широко известное утверждение о том, что один всегда любит, а другой принимает любовь. В нашей семье все будут любить одинаково! С такими мыслями я постучалась в дверь ванной:

— Владик, быстрее! Завтрак готов.

В отличие от Влада мне нужно было торопиться: «Аромат-Престиж» находится в двух шагах от нашего дома, а мне целый час пилить до адвокатов, да и на работу хотелось вернуться пораньше. Любаша, конечно, промолчит с королевской снисходительностью (недаром за глаза мы называем нашу начальницу Королева-мать), но Катя-то непременно спросит, где я пропадала. Ну и пусть спрашивает, причина у меня уважительная.

Адвоката звали Сергей Юрьевич Капошко. Фамилия смешная и даже глупая. Зато ее владелец прославился умением выигрывать судебные процессы, связанные с недвижимостью, далеко за пределами России. Лешке рекомендовали его в Германии.

Капошко оказался тридцатилетним, черноволосым, румяным и белозубым. Таких молодых людей можно видеть ранним утром бегущими по улице в спортивном костюме. Впрочем, Капошко, скорее всего, по улице не бегает — посещает фитнес-клуб, не экономит на здоровье. Такие, как он, знают, куда деньги вложить!

Я подумала так еще и потому, что адвокат первым делом заговорил о расценках: один расклад — выступление на процессе, совсем другой — ведение дела от начала до конца. И если я хочу, чтоб наши отношения развивались по второму сценарию…

Но я не испугалась. Денег Лешка прислал достаточно, и я прикинула, что даже при размахе Капошко уложусь в имеющуюся у меня сумму. Чтобы окончательно удостовериться в моей платежеспособности, адвокат предложил немедленно внести аванс, после чего перешел непосредственно к квартирному вопросу.

На первый взгляд обстоятельства складывались не в нашу пользу. Он почти дословно повторил мне аргументы Глеба: сделка, совершенная на основании фиктивных документов, недействительна. Однако руки опускать рано. Выход можно найти всегда! Например, доказать, что Мажаров находился в сговоре с женщиной, продавшей квартиру моему брату. В этом случае Глебу придется иметь дело с Уголовным кодексом, а для Лешки квартира будет спасена.

— Нет, знаете, мне не очень нравится такое решение проблемы.

— Почему? Если мы с вами что-то докажем, значит, так оно и есть.

— Вы во всем уверены заранее, точно не зная обстоятельств?

— Я уверен, что квартира должна быть вашей.

— Одну минутку, мне надо с братом переговорить.

В коридоре, битком набитом гудящей публикой, расслышать Лешку было невозможно. Чтобы узнать, что думает мой брат по поводу защиты Капошко, пришлось выйти на лестницу, спуститься на первый этаж и поискать в холле укромный уголок.

Брат считал подход Сергея Юрьевича единственно правильным. Не на улице же ему оставаться! Бабки-то отвалил.

— Ты, Наталь, не тяни. Контракт подписывай сегодня.

— Ладно, — отозвалась я сухо. — Подпишу, и больше ни о чем меня не проси. В суд я не приду, и с адвокатом этим общаться у меня тоже нет ни малейшего желания!

— Я забыл. Тебе не до того — замуж выходишь! — иронизировал Лешка.

— А ты, случайно, не забыл, где находится наша мать?

— Наталь! Ты у нас это… семейный ангел-хранитель, — брат решил наступать с другого фланга, — наш добрый гений… Почему же ты не хочешь появиться в суде хотя бы в качестве свидетеля?

— Все! Иду подписывать контракт, мы поговорим позже! — Я игнорировала Лешкину риторику. — Но учти, это мой последний вклад в твое сомнительное дельце!

— Чем же оно сомнительное?! — Где-то в далеком Ганновере Лешка выходил из себя, а я стояла в вестибюле адвокатской конторы и аккуратно убирала телефон в сумочку.

Весь день я спешила. На запредельной скорости неслась из адвокатской конторы в офис, на работе барабанила по клавиатуре, одновременно отвечая на телефонные звонки, готовила экспертные заключения и беседовала с клиентами.

— Пойдем пообедаем, — предложила Татьяна.

Но мне было не до еды.

К шести часам я пожинала плоды собственного трудового героизма: многодневный завал, возникший по разным обстоятельствам, был более или менее успешно ликвидирован. Напрягалась я не просто так — хотела уйти с работы пораньше, чтоб успеть побеседовать с музыкальным доктором.

— Ну иди, — в ответ на мою просьбу снисходительно протянула Любаша. Ей нравилось казаться мягкой и безотказной (вот уж действительно — кому что несвойственно!). — Дай-ка я еще раз твое заключение посмотрю.

Пока она изучала документ, я лихорадочно поправляла макияж, расчесывала волосы, заметив, кстати, что они достигли максимально допустимой длины и требуют срочного вмешательства мастера.

— Надо доделать, — резюмировала начальница, изучив мое творение. — Ладно, завтра тогда.

Экономя время, я не стала уточнять, что именно придется доделывать, и через несколько минут уже рулила в направлении клиники нервных болезней. На развилке Каширки и Варшавки образовалась небольшая пробка. Привыкнув за день существовать в жестком ритме, я почти физически ощутила простой и, чтобы заполнить его, набрала номер Глеба.

— А я уже заждался, — по обыкновению насмешливо ответил он.

— Ну вот что, у меня для вас плохие новости. Брат настроен судиться. Встречный иск, правда, не станет подавать. Делом занимается адвокат Сергей Юрьевич Капошко. Если позвонит — не удивляйтесь, теперь он доверенное лицо моего брата.