В погоне за… сенсацией (СИ) - Мария Малая

  Единственное куда мне строжайше было запрещено заходить так это технический отсек. Когда на мой вопрос 'А почему?' Шон ответил скептическим взглядом, до меня медленно дошло, что до такой степени мне все же не доверяют.

  Это же подтвердил и капитан Керн, застав нас с Шоном у истребителей во вовремя экскурсии:

  - Надеюсь, что планов угона боевой машины у тебя нет? - капитан Керн появился как черт из табакерки и ехидно поинтересовался у меня, глядя, как я разглядываю панель управления этим летательным аппаратом.

  - Да в мыслях не было!!! - возмутилась я.

  - Поверю на слово - отозвался тот, удаляясь туда откуда пришел . Наверняка приходил проверить, не осталась ли я без присмотра.

  Вот... ведь Фома неверующий. Не буду же я догонять его и объяснять, что не умею водить даже аэрокар. Как то не было необходимости. Да и на Земле предпочитала пользоваться общественными передвижными благами. Все-таки Париж огромный и дорогой город, и содержать свой транспорт было накладно.  

  Не смотря на общее дружелюбное отношение команды, были на крейсере и личности, которым мое присутствие все же радости в жизни не добавляло.

  Первый это капитан Керн. Его можно понять. Сколько раз он получал выговоров от начальства из-за меня? То-то же! Мне даже было жалко его. В первую очередь на его плечи легла ответственность за меня, как за члена экипажа. Поэтому его хмурые взгляды в мою сторону я старалась не замечать. Правда, не всегда это удавалось. Всегда находилось что-то, что представляло меня перед молодым леуром не в лучшем свете.

  Пару раз я, спеша по коридорам, врезалась в беднягу, практически снося его на пару метров. Извинялась, конечно, но шипение в мою сторону и емкие реплики типа 'катастрофа ходячая' имели место быть.

  Не обошелся без последствий и инцидент в тренажерном зале, куда я заглянула совсем случайно. А там капитан разминается. Голый по пояс, потный он двигался как бог. Красиво. Я даже, под впечатлением увиденного, неосознанно приблизилась к, танцующему с невидимым врагом, капитану на очень близкое расстояние. Поняла свою ошибку слишком поздно. Когда в очередном выпаде капитан резко развернулся, и его нога пролетела буквально в нескольких сантиметрах от моего лица. От неожиданности я приземлилась на пятую точку с емким высказыванием 'Ой'. Сначала я прослушала вторую лекцию, повествующую о разнообразии ненормативной лексики вселенной, затем меня все же подняли на ноги.

  И со словами:

  - В жизни у меня не было такой головной боли как ТЫ, Даяна - выдворили из тренажерки.  

  С именем тоже связан неприятный разговор между мной и капитаном Керном.

  Как только он узнал, что команда обращается ко мне истинным именем, пришел на разборки.

  Сел напротив меня в кресло в кают-компании и задумчиво протянул:

  - Вот объясни мне, как у тебя получается водить всех за нос?

  - Никого я не вожу! - мне стало обидно, ведь ни разу не соврала. Недоговаривала это да, но не врала.

  - А зачем ты сказала Лорду Дарреку, что тебя Яна зовут.

  - Неправда. Я сказала Даяна. Я же не виновата, что Лорд услышал что-то не так?

  - ТЫ точно недоразумение - обреченно вздохнул капитан - Ставлю тебя в известность, что Адмирал Зорг отправляет на Землю запрос о твоей личности. Фамилию-то назовешь настоящую?

  - Крофт - не стала и в этот раз обманывать. Но от язвительности не удержалась - записать, как правильно звучит?

  Судя по капитану, в этот момент он хотел просто на пол плюнуть от досады:

  - Вот как с тобой разговаривать?

  Как? Как? Как все остальные. Вот обидно мне было, что с капитаном не получается наладить нормальные отношения. Такое чувство, что аллергия у нас друг на друга.  

  Вторым человеком, или не человеком, был сам Адмирал. Он, в отличие от остальных, не стремился к общению с моей скромной персоной. Даже более того, как только видел меня, старался как можно быстрее покинуть помещение. Я такого отношения не понимала. Вот, что я ему сделала? Даже команда крейсера, которая пострадала больше всех от моих выходок, и то со мной общались. А он?

  А ведь Адмирал и был причиной моего нахождения на борту. Это о нем и его расе я собиралась писать. Это он должен был стать сенсацией. Но как собрать материал о жизни представителя такой загадочной и далекой галактики, если он на контакт идти не хочет? Печалька!

  Пыталась выяснить у ребят.

  - Майлс - обратилась к самому болтливому из команды - а почему Адмирал избегает встречи со мной.

  Мы сидели в кают-компании. Парни в очередной раз играли в какую-то игру, а я наблюдала за ними, не зная чем еще себя занять.

  - Да? - поднял на меня глаза Майлс. В это время он рылся в своем планшете - не обращал внимание.

  В это время в кают-компанию заглянут сам предмет разговора. Обвел все глазами, увидел меня и в очередной раз ретировался.

  - А вообще-то ты права - задумчиво проводив его взглядом, проговорил Майлс - странно, обычно он так себя на борту не ведет.

  - А как обычно? - тут же вцепилась мертвой хваткой в предполагаемый источник информации.

  - Ну, - Майлс отложил свою игрушку - Адмирал все-таки, хоть и ждан, и должность имеет высокую в леорийском Флоте, но достаточно общительный.

  - А какая у него должность?

  - Так он входит в командование военной Коалиции. Один из пяти руководителей. - пояснил Майлс - Это раньше он был просто Куратором в Академии. Вот такой мужик оказался - парень что-то изобразил рукой - А поначалу, мы его немного опасались. Все-таки представитель неизвестной на тот момент расы. А потом он стал руководить практикой курсантов на базе 'Грозного'. Там он с курсантами на равных общался. Да и сейчас не зазнается. Строгий да, но справедливый. Да и рассказывал о своей родине всегда интересно и с юмором.

  Я впитывала рассказ собеседника всеми фибрами своей журналистской души. Наконец-то, хоть какие-то сведения! А то я тут загнусь от информационного голода. Но особо меня не покормили. И вопрос, почему Адмирал избегает меня остался открытым.  

  ***  

  Но от одной встречи со мной Адмиралу отвертеться не удалось.  

  А день этот так хорошо начинался. Не только для экипажа, но и для меня. Мое расписание на этот день ничем не отличалось от всех предыдущих дней официального нахождения любимой меня на борту крейсера. Все те же лица, в коридорах, кают-компании, пищеблоке, даже у истребителей: везде куда меня заносили ноги в течении этого дня.

  События начали развиваться, когда я уже уложила свое уставшее за день тело на койку. Проворочавшись на ней больше часа, мой мозг решил, что спать ему совсем не хочется. Промаявшись, я решила, что насиловать себя все же не стоит. А позже после метаний по ограниченному пространству каюты решила, что мое неутомимое тело и неугомонный мозг следует выгулять.