Дай мне шанс - Элла Уорнер

– Мы не сможем сегодня долго пробыть вместе, Нед. У меня на семь часов назначена примерка свадебного платья в демонстрационном зале Трейси, а до этого я должна успеть покормить Джоанну. Если тебя это не устраивает…

– Нет, я не могу позволить тебе опуститься до пренебрежительного отношения к еде! – Он покачал головой, нахмурил брови и взглянул на часы: – Пять сорок две. Я сумею приготовить нормальный обед к шести тридцати. Во сколько ты обычно кормишь ребенка?

– В шесть.

– И как долго это продолжается?

– Около двадцати минут.

– В таком случае мы успеем пообедать до того, как ты уйдешь. А потом я все уберу. – … Его лицо озарилось вдохновением. – Ты сможешь оставить ребенка со мной, чтобы ничто не отвлекало тебя от работы.

Это предложение, прозвучавшее экспромтом, поразило Дороти. Она вся извелась, думая о том, как он отнесется к предложению присмотреть за ребенком, а он выбивает почву у нее из-под ног, заявляя такое! Разочарование и смущение, очевидно, были написаны у нее на лице. Решив, что она собирается дать отрицательный ответ, Нед поспешил выложить свои доводы.

– Я ответственный человек, Дороти. Ты можешь не опасаясь доверить мне ребенка. Обещаю – если меня что-нибудь обеспокоит, я немедленно приду к тебе. Ты же будешь совсем рядом! Ну как, я тебя убедил? – настойчиво спросил он.

Она была ошеломлена.

– Я… Ну, если ты считаешь…

– Положись на меня! – почти приказал Нед, устремив свои зеленые глаза прямо ей в душу, непоколебимый в своем решении достичь цели, требующий, чтобы она вняла его словам.

Дороти глубоко вздохнула. Она не собиралась отказываться от его предложения или охлаждать пыл, с которым Нед стремился угодить ей. И хотя средоточием его забот по-прежнему была она сама, но имел ли значение мотив, если в результате он готов потратить свое время и на Джоанну?

– Хорошо, – согласилась Дороти. – Если тебя это не затруднит…

Он просиял, словно выиграл в лотерею.

– Всегда рад помочь! – Энергия Неда била через край, когда он протанцевал к холодильнику и широко распахнул дверцу, чтобы проинспектировать содержимое. – Как насчет большого сочного бифштекса?

– Мне, пожалуйста, маленький. Сейчас Дороти вообще не была уверена, что сумеет что-нибудь съесть. Нед не только взял верх, но еще и перевернул все вверх дном.

– Салат? Картофель в мундире?

– Да, – не слушая, согласилась она. Было большим облегчением услышать первый пробный крик Джоанны – что-то нормальное, ожидаемое. И никаких сомнений в том, что следует делать!

– Я должна тебя оставить, Нед, – быстро сказала Дороти, соскальзывая с табурета.

Более громкий плач, означавший: «Эй, вы меня слышите?!» – объяснил Неду, куда она собралась. Стараясь привлечь внимание, он поймал Дороти за руку, когда она устремилась в коридор.

– Дороти, ты, гм… стесняешься кормить грудью? – спросил он как-то неуверенно. – Я имею в виду… Может быть, ты принесешь ребенка сюда, тогда мы сможем не расставаться?

Как настоящая семья!..

Эта мысль радостно зазвенела в голове Дороти, словно шарик, надула надежду и обвязала его серебряной нитью.

Она сверкнула улыбкой.

– Я буду через минуту. Его лицо просветлело.

– Прекрасно!

Нельзя сказать, чтобы она танцевала, идя по коридору, но сердце ее, несомненно, отплясывало. В спальне Дороти, склонившись над кроватью, взяла готовую всерьез расплакаться Джоанну на руки и закружилась вместе с ней.

– Твой папа хочет, чтобы мы были вместе с ним, – весело прошептала она.

Джоанна ответила ей удивленным взглядом и пукнула.

Дороти рассмеялась и понесла ее к пеленальному столику, чтобы поменять подгузник, одновременно гадая, что делать со своей собственной одеждой. Платье нужно было отдавать в чистку. Она вспомнила о роскошном шелковом наряде от Кристиана Диора, который Нед подарил ей ко дню рождения в прошлом году. Но его экстравагантная черно-белая расцветка не сочеталась с ее макияжем. Кроме того, Нед, узнав платье, будет доволен, что она надела именно его. Нет, она останется в черном, немного его почистив.

Как удачно все складывалось! – думала Дороти, приводя платье в порядок. Напряжение, вызванное необходимостью устраивать Неду проверку, исчезло. Когда она вернулась в гостиную, Нед засуетился, устраивая ее и малышку поудобнее в кресле, предлагая принести что-нибудь. Лицо его светилось, когда он увидел Джоанну в действии, – скрыть торжество счастливого отца было невозможно, да Нед и не пытался.

– Этот ребенок, несомненно, знает, чего он хочет! – прокомментировал он, тепло глядя на девочку.

У Дороти внутри все сжалось.

Ее грудь в этот момент была очень чувствительной. Крошечный ротик, теребивший сосок, остро напомнил ей о многих ночах любви с Недом. Вспоминает ли и он об этом сейчас?

Ощущение близости постепенно возрождалось.

– Расскажи мне, как ты жил, Нед, – быстро попросила она. – Что с работой и со всем остальным?

И потекла гладкая беседа.

Нед вообще очень заботился о том, чтобы Дороти было легко с ним. Восемь месяцев разлуки и причину, повлекшую их, следовало забыть, иначе они не сдвинутся с мертвой точки!

Не исчезнет ли добродушие Неда, размышляла тем временем Дороти, после того как пройдет первое упоение вновь обретенной близостью? Джоанна неизбежно будет становиться все требовательнее.

К тому моменту, когда Дороти закончила возиться с Джоанной, поменяв в очередной раз подгузник, Нед уже приготовил еду. Она вынесла в гостиную колыбельку и поставила рядом с плетеным диваном. Джоанна все еще бодрствовала, блаженно лепеча о чем-то своем и Дороти решила не упускать ее пока из виду. Надо надеяться, что все будет в порядке, когда она оставит ее с отцом.

К своему удивлению, Дороти обнаружила, что у нее разыгрался зверский аппетит. Она с удовольствием поглощала пищу, оттаяв в обществе Неда. Он даже упросил ее рассказать о купании Джоанны и хохотал над описанием первого прикосновения к воде, заставившего малышку замереть, и над интерпретациями испуганных выражений на ее лице в исполнении Дороти.

Все было так похоже на то веселье, которое они делили когда-то! Дороти была в прекрасном расположении духа, когда собиралась на назначенную встречу. Последний взгляд на Джоанну… И ее оптимизм весь испарился. Крошечные кулачки были сжаты, а лицо сморщилось. Эти симптомы были уже хорошо известны молодой маме.

– О нет! Только не сейчас, – застонала она.

– Что случилось?

– Джоанна собирается испачкать пеленки. Что мне делать?! – возопила она, в панике глядя на часы. – Я не могу опаздывать. Я вернусь и помою ее, как только отпущу Энн. Если Джоанна заплачет…