Я тебя ненавижу - Екатерина Орлова

с ними всеми «любовь»? – я нарисовал в воздухе кавычки, чтобы точнее донести до сестры свою позицию.

– Так вот почему она работает?

– Она была там последний раз, – прорычал я.

– И кто это решил?

– Я.

– Если вы не пара, ты не имеешь права решать. Но, признав отношения, можешь лишиться всего, потому что путь к Сабире будет закрыт, правда? – Алсу тяжело вздохнула и погладила меня по руке. – Эмиль, отец не простит.

– Да знаю я, – буркнул. – Все будет хорошо, не волнуйся.

– Как я могу не волноваться о младшем брате?

– Ты лучше скажи, как тебе удалось улизнуть из дома?

– Пришлось соврать Касиму, что в клинику вызвали.

– Родители?

– Не слышали, мне кажется. Да и все равно. Я взрослая женщина, у которой в доме скоро закончится ремонт и она свалит оттуда.

Я горько усмехнулся.

– Надо было пожить у меня.

– Я уже сто раз пожалела, что не приняла твое предложение. Ладно, сделаем так. Утром я буду в клинике и выясню, кто дежурит ночью. Договорюсь с врачами, привезешь ее после восьми вечера. Ее осмотрит гинеколог и сделаем МРТ, может быть сотрясение. В общем, все проверим, чтобы исключить тяжелые последствия. Я оставила таблетки на тумбочке, под ними записка. Нужно докупить пару лекарств, этих хватит только на утро. Если вдруг будешь видеть нетипичное поведение или если она будет терять нить разговора, сразу вызывай скорую. Пускай даже и с полицией, но ее жизнь дороже. Или я ошибаюсь?

– Не ошибаешься.

– Тогда я поехала. Но тебе надо следить за ней до утра. Слушать дыхание. Грудная клетка не повреждена, но девочка вся в синяках. Мне кажется, он бил не только по лицу. – Я скривился, практически сам почувствовав боль Полины. – Эмиль, не играй с законом, – тише добавила сестра. Я был уверен, она понимала, что я задумал.

Мы с Алсу обнялись, и она уехала домой, а я заступил на свой ночной пост, отправившись неотлучно наблюдать за Полиной.

Глава 13

Я не заметил, как уснул, а проснулся от тихого стона. Распахнул глаза и столкнулся со взглядом Полины. Ее заплывшие, с опухшими веками глаза походили на крохотные щелочки.

– Доброе утро, – произнес я хрипло. Поля не ответила. – Как себя чувствуешь?

Она с трудом разлепила налитые губы.

– Что я здесь делаю?

– Миша привез тебя сюда. Таська попросила Миху отвезти ее к тебе, а потом они нашли тебя…

– Я помню, – перебила она. – Почему меня привезли сюда?

– В больницу нельзя. Тебя осмотрела моя сестра.

– И это я помню. Эмиль, я все помню. Почему сюда?

Она говорила так, словно ее рот был полон песка или стекла. Голос скрипучий, тяжелый, совсем непохожий на обычный звонкий и нежный.

– Поля, не задавай вопросов. Давай, надо выпить воды и позавтракать, чтобы принять лекарства.

– Я не хочу, – тихо ответила она, повернувшись лицом к потолку. Тут же из ее глаза вытекла слеза, скатившись по виску к уху. Мне очень хотелось стереть ее, но я боялся даже прикасаться. Не понаслышке знал, насколько сильно болит лицо после таких побоев.

– Полина, надо позавтракать, – мягче сказал я. – А потом будем тебя лечить.

– Я хочу домой.

– Как только выздоровеешь, я отвезу тебя. А пока придется побыть здесь.

Я встал и обошел кровать со стороны Полины, взял стакан с трубочкой. Придержал ей голову, пока она покорно пила. Как только я снова уложил ее на постель, Поля завела ту же песню:

– Я домой хочу.

– Поля, я же сказал.

– Никто не спрашивал меня, куда отвезти. Меньше всего я хотела оказаться здесь. Теперь хочу домой. Вызови мне такси.

Она попыталась приподняться, но я мягко надавил ей на плечи и прижал ее к кровати.

– Не дергайся. Поедешь домой, когда с тобой все будет нормально.

– Не смей мне приказывать.

Я ухмыльнулся. Даже со слезами на глазах и такой кучей травм она продолжала корчить из себя боевого хомячка. Внутри меня даже вспыхнула гордость за ее стойкость. Вспыхнула и тут же погасла, потому что смотреть на Полину было больно.

– Тебе надо отпроситься у мамы на несколько дней.

– Я хочу в больницу, – процедила она сквозь зубы.

– Вечером поедем. Моя сестра все устроит.

Полина прикрыла глаза и тяжело вздохнула.

– Я тебя ненавижу, – тихо произнесла она, а потом со стоном повернулась на бок спиной ко мне. – Если бы ты знал, как сильно.

– Я знаю, – выдавил я из себя. В тот момент ее слова резанули почему-то особенно сильно. Ничего нового Полина не сказала, но для меня эта фраза, словно нож, вонзилась куда-то под ребра. – Сейчас принесу завтрак.

– Я ничего не хочу, – всхлипнула она. Я положил руку ей на спину, и Поля вздрогнула, но не оттолкнула меня. – Оставь меня, пожалуйста.

Никогда не думал, что буду сражаться за внимание девушки. Что мне придется упрашивать ее позволить просто побыть рядом, даже не касаясь. Это было совершенно новое чувство, и не могу сказать, что оно мне нравилось. Наверное, годы, когда я без напряга получал все, что хотел, принесли свои результаты – я не научился добиваться внимания девушек. Достаточно было улыбнуться, газануть на холостом ходу своей Пчелкой – и дело сделано, девки сами прыгали на мой член. Только вот с Полиной, похоже, так не получится. И черт с ним, что на моем члене она уже побывала. Это, мне кажется, только еще сильнее разожгло мой интерес.

Погладив ее пару раз по спине, я встал и вышел, чтобы приготовить завтрак. На кухне тихо переговаривались Миха с Таськой.

– Она любит гренки, я тебе говорю, – произнесла Тася.

– Да какие гренки, Тась? У нее губы все в мясо, – спорил с ней Миха.

Я вошел, и они тут же замолкли, молча наблюдая за моими передвижениями. Я достал небольшой сотейник, насыпал туда овсянку,