Красный Дракон Империи - Евгений Владимирович Панов

встретили нас на входе, я уже заметил. – Ты готов заплатить золотом или только советскими деньгами?

– Я заплачу столько, сколько потребуется, но в пределах разумного. Могу рублями, могу золотом.

Эх, как полыхнуло от них алчностью. Похоже, ребятки решили, как это называлось там, развести лоха. Ну-ну, посмотрим, что из этого у вас выйдет.

– Подожди, Чэн Зедонг, – произнёс старик по-китайски, – пока не время спрашивать о деньгах, мы ещё не всё выяснили.

– Дайте мне его на несколько минут, и этот русский ублюдок сам всё расскажет, что вас интересует, и отдаст всё, что у него есть. Он только что приехал, и его здесь никто искать не будет.

М-да, парнишка, похоже, пошёл по беспределу. Придётся наказать, но пока послушаю, что ещё скажут. Самое интересное, что Шэн-ли, так же, как и я, стоит, не выражая никаких эмоций. Абсолютно спокоен.

– Скажи, юноша, – обратился ко мне один из присутствующих, – почему ты назвался Великим Драконом?

– Я так не назывался, уважаемый. Так назвал меня присутствующий здесь Шэн-ли… – Кивок в сторону моего спутника. – Я не видел причин, чтобы разубеждать его в этом.

– И ты можешь доказать, что ты действительно Дракон? – В вопросе так и сквозило сарказмом.

– Мне нет необходимости что-либо кому-то доказывать, – ответил я с лёгким поклоном.

– Да хватит уже болтать! – не выдержал молодой и попытался схватить меня за шиворот, но ухватил лишь пустоту. Новая попытка схватить меня – и снова рука проваливается в никуда. Тогда, рассвирепев, он попытался меня ударить. И опять мимо.

– Что-то тут болотной тухлятиной запахло, – сказал я по-китайски.

Мне нужно было окончательно вывести его из себя, а про болото упомянул потому, что его имя, Зедонг, означает «живущий к востоку у болота». Он мне нужен был в качестве мальчика для битья. Как говорится, добрым словом и пистолетом можно добиться гораздо большего, чем просто добрым словом.

Зедонг окончательно впал в ярость и, выхватив откуда-то здоровенный тесак наподобие мачете, пошёл на меня, размахивая им перед собой. Я на всякий случай слегка ускорился форсажем и, отведя ладонью пару ударов, взял руку с тесаком на болевой. Китаец взвыл, выронив своё оружие, а я развернул его спиной к себе и отвесил смачного пинка пониже спины. Ну если он после этого не потеряет остатки и так не слишком развитого разума, то я уже просто не знаю, что с ним делать.

И мой противник меня не разочаровал. Я не успел увидеть, как у него в руке появился маленький пистолет. Скорее, инстинктивно, чем осознанно, я нанёс ментальный удар, обездвиживая врага. Было видно, как он силится преодолеть оцепенение, сковавшее всё его тело, и нажать на спусковой крючок, но ничего не выходит. Я неторопливо подошёл к нему и забрал из его рук дамский пистолетик.

– Знаешь, а я, пожалуй, дам тебе шанс, – глядя в глаза китайцу, произнёс я, отщёлкнув магазин и высыпав патроны себе на ладонь. – Я дам тебе даже не один, а три шанса. Я разрешаю тебе трижды выстрелить в меня, и если ты после второго выстрела не встанешь передо мной на колени, то после третьего я убью тебя. Вернее, ты сам убьёшь себя. Мараться о тебя – это ниже моего достоинства. Ты сам себе своими же руками разорвёшь горло. Так как, ты готов умереть?

С этими словами я зарядил в магазин три патрона и защёлкнул его на место.

– Я разрешаю тебе кивнуть головой, если ты принимаешь моё условие.

Китаец чуть заметно кивнул. Я вложил обратно ему в руку пистолет и отошёл к противоположной стенке. Если честно, то я не был на все 100 % уверен, что смогу увернуться от пули даже на полном форсаже. Тут 50 на 50. Хотя, скорее, всё же 70 на 30 в мою пользу. Всё же эмоции я считывать могу.

– Ты можешь начинать.

Китаец вышел из оцепенения и посмотрел вначале на лежащий в руке пистолет, потом – на меня, видимо, решая, стоит ли со мной связываться. Решился. Вскинул руку и выстрелил. Я, как в замедленной съёмке, увидел, как затвор пистолета начинает движение назад, как из ствола вылетает пуля с закруглённым концом, сопровождаемая облаком дыма от сгоревшего пороха. Медленно-то она медленно летит, но всё же довольно шустро. Едва успеваю сделать пол-оборота корпусом и пропустить пулю впритирку к груди. Точнёхонько шла, прямо в сердце. Второй выстрел. Пуля летит куда-то чуть выше. Похоже, что в голову. Делаю полшага в сторону.

Китаец опускает взор на пистолет, потом с ужасом смотрит на меня. Ну и? Всё, пистолет медленно падает на пол, и мой противник плавно опускается на колени.

Отключаю форсаж и подхожу ближе к распростёртому ниц побеждённому.

– Ты признал своё поражение?

– Да, мой господин.

– Встань.

Китаец поднялся на ноги, низко склонив голову.

– За то, что ты оскорбил меня, назвав ублюдком, ты в течение месяца не сможешь говорить и произносить какие-либо звуки. Я знаю, кто был мой отец, и в моих жилах течёт кровь русских князей. Это было первое наказание тебе. Теперь второе. За то, что ты осмелился поднять на меня руку, я лишаю тебя возможности шевелить обеими руками сроком, – я сделал вид, что задумался, – скажем, на неделю.

Было видно, как руки китайца безвольно опустились, а глаза наполнились ужасом.

Тем временем я продолжил:

– Ну а за то, что ты усомнился во мне, я приказываю тебе сопровождать моего посланника, служить ему и защищать даже ценой своей жизни, – я кивнул в сторону Шэн-ли, – пока он не достигнет цели своего пути. Понял ли ты меня, Чэн Зедонг?

Он быстро закивал головой.

– Ты можешь идти и готовиться к путешествию. А заодно реши для себя, кому ты готов служить. Всё, иди.

Китаец склонился и, пятясь назад, вышел. Было видно, что руки у него висят, как плети.

– Итак, господа, нас прервали, – обратился я на китайском языке к сидящим, как я понял, старейшинам. – Можете ли вы оказать мне помощь?

Тут с улицы донёсся какой-то шум. Включив восприятие, я увидел Силой приближающуюся к фанзе толпу человек в двадцать. Похоже, спутник Зедонга, сбежавший в самом начале нашей «беседы», привёл подмогу.

– Вынужден извиниться, господа, – улыбнулся я во все свои тридцать два зуба, – нам вновь хотят помешать. Я ненадолго покину вас.

Шутливо прищёлкнув каблуками, я вышел на улицу. Весёлая компания вся была здесь.

– Убейте его, – заорал тот, что привёл всех сюда, – у него есть деньги и девка. Деньги мы заберём, а девкой попользуемся все по очереди!

Ну всё, уроды. Не хотел я