Таймыр. Трилогия - Вадим Денисов

Игорь отчего-то вспомнил, как в одном пешем походе они увидели на окраине леса необычную картину. На довольно большом и лысом холме сидел на задних лапах заяц, который не торопился убегать при приближении туристов. Когда они подошли поближе, то увидели, что заяц очень старый и… мертвый. Неизвестно, сколько он находился в такой позе, но довольно долго, так как успел превратиться в маленькую трогательную мумию. Все, кто увидел эту картину, находились какое-то время в странном оцепенении. Самое поразительное, что местные хищники не тревожили его! Игорь тогда представил, как одинокий старый заяц решил, что ему уже пора. Спокойно выбрал место, с трудом взобрался повыше, сел, посмотрел в последний раз старческими глазами на остающуюся жить землю — и тихо умер.

С тех пор эта сцена не раз всплывала в памяти. Игорь чувствовал, что она чему-то учит его, но точно сформулировать не мог. А этой зимой взял из обширной библиотеки Фариды в кои веки отдельно изданный вечный Екклесиаст. И первое что прочитал, пролистывая на пробу страницы со странными столбцами по-мудрому скупого, но великого текста: «…Суета сует и всяческая суета…»

На спине у восходителя висел маленький горный рюкзак с лейбачком «Баск», плотно пристегнутый к телу мягким толстым поясом на тефлоновой пряжке. Там находилась переносная радиостанция-сканер «Иесу», небольшой моток медной проволоки и четыре маленьких и легких телескопических удочки — будущая антенна. Туда же Игорь кинул и ненавистную ракетницу в матерчатой кобуре. Поднявшись на понравившуюся скалу, он спрятался от ветра за спину небольшого «жандарма» — одинокого фигурного каменного столба, созданного многовековой северной эрозией. Чуть отдышавшись и глянув на часы, увидел, что время контрольной связи наступило. В эти часы Фарида с его Ленкой должны были обязательно сидеть в Форте, возле трансивера, ожидая возможного выхода ребят в эфир.

Антенну направленного действия — «двойной квадрат» — он ставил торопливо, растягивая скрутившуюся проволоку и сдвигая на нужное место тяжелые камни. Тихо матерился и нервничал из-за того, что не удосужился взять с собой несколько готовых растяжек.

Наконец все было готово для работы. Игорь накинул поверх вязаной шапочки наушники, набрал частоту и разборчиво сказал в эфир:

— «Берег», ответь «Группе», прием, — он повторил несколько раз и подумал: «Лишь бы девчата не сбили настройки».

Тишина в эфире. Ничего, поговорим еще…

— «Берег», «Берег»…

Инструкцию на двух листках картона он самолично повесил на гвоздь, прямо перед носом начинающих радисток Кэт, но надежды питал на нее слабые.

Тишина в наушниках раскололась нервным голосом Фариды, которую ребята назначили «старшей по общежитию»:

— «Группа», я — «Берег», слышим тебя на… — Игорь представил, как девчата смотрят на индикатор трансивера, впопыхах пытаясь оценить в баллах качество принимаемого сигнала, — …в общем, нормально слышу.

Пауза, шепот, тычки, щипки…

— Прием!

— Девчата, у нас все идет хорошо, — первым делом Игорь решил их успокоить. — Встали в намеченной точке, все здоровы, лагерь готов. Как у вас дела, прием.

— Все в норме, работаем по хозяйству, ждем вас!

— Хорошо. Завтра в это же время, на этой же частоте. Как поняли?

— Все поняли, прием. Мы все соскучились уже… А у нас тут олень был, хотел озеро переплыть, но передумал.

Игорь захотел попросить Фариду передать микрофон своей Маленькой, но почему-то растерялся — не знал, как можно говорить с любимой в открытом эфире. И вместо этого сказал:

— Вот и хорошо… Прием.

Но зато Ленка знала. Вырвала микрофон у Фариды и быстро и громко прокричала:

— Игорек, миленький, я тебя люблю! Жду не дождусь!

— Солнышко мое, я тоже тебя люблю! Все будет хорошо! — старый радист Игорь Лапин впервые нарушил правила радиообмена, но все-таки спохватился: — Ну все, звездочки, СК. Конец связи, — и улыбнувшись, добавил: — Восемьдесят восемь, — старая жаргонная фишка, общепринятая у радиопрофи, если говоришь с корреспондентом женского пола.

По окончании сеанса Лапин спрятал рацию в футляр, аккуратно снял точно выверенные проволочные квадраты с импровизированных шестов-удочек, но прятать их обратно в рюкзак не стал — чего зря таскать тяжести вверх-вниз по склонам.

Наконец появилась возможность поглазеть на окрестности лагеря. Игорь бинокли не любил. Его гордостью была маленькая подзорная труба, удобно прятавшаяся в нагрудном кармане анорака. Когда они спускались с плато, то шли по возможно более пологому, безопасному склону, и многие боковые панорамы озера, живописные распадки оказались закрыты скалами. Игорь не увидел родную зеленую палатку, спрятанную среди густых зарослей береговых деревьев, она совсем сливалась с растительностью, но «Зодиак» зеленым пятном выделялся среди голубизны залива и Донцов, бессовестно поедающий тушенку на берегу. Все это выглядело так красочно — хоть сейчас на художественную фотографию!

Но когда он посмотрел вдоль берега влево, то замер от неожиданности. В километре от их палатки раскинулся еще один лагерь, который они не увидели на спуске. Одна большая оранжевая палатка стояла на поляне, между двух лиственниц, а еще две, поменьше размером, — у самой воды. На берегу красовался белый пластиковый катер неизвестной Лапину модели с подвесным мотором. Еще два таких же судна стояли поодаль, неснаряженные. Людей поблизости было видно не много. Три человека возились с установкой антенны спутниковой связи, один, по внешнему виду и «бездельному» поведению явно начальник, сидел в раскладном кресле возле катера. Еще двое разводили огонь в самодельном, сваренном из листового металла (это здесь-то, на краю света!) большом мангале, готовя его под шашлыки. Все соседи по берегу были достаточно молодыми и крепкими и, насколько это можно определить через оптику подзорной трубы, неплохо подготовившимися к приезду сюда.

Но отнюдь не размах и оснащенность соседского лагеря неприятно поразили Игоря. Тот из «пришельцев» (Игорь сразу применил к ним такое слово, хотя эти-то «пришли» сюда явно раньше них), который бездельничал возле катера, небрежно вертел в руках автомат Калашникова. Еще два изделия гениального советского инженера стояли аккуратным рядком у толстого лиственничного бревна…

Не успел «Зодиак» коснуться берега, как Сержант быстро метнулся в палатку и вылез из нее уже с обрезом и «разгрузкой».

— По соседству спутниковую антенну ставят. Серьезные люди. Тот Ми-шесть их сюда и забросил, — не дожидаясь вопросов, начал Сержант. — Закурить дай… И мазь.

Крепко затянувшись, продолжил:

— Игорь что-то увидел сверху, драпанул как подстреленный. Значит, увидел что-то плохое по соседству. Сейчас он здесь будет, расскажет. Вот такие дела назревают, Донцов… — Сержант размял уже подкуренную сигарету и опять жадно затянулся.

— Кто это может быть? — волнение Сержанта передалось и Андрею.

— Черт их знает… Мы, вроде, уже все варианты с вертолетом прокрутили — не наука, не добытчики и не «шишки». У тех готовые турбазы есть… — Сержант неопределенно пожал плечами, продолжая подгонять ремни своего сложного жилета-разгрузки. — При любом раскладе нам нужно хорошо подготовиться. Это точно.

Затрещали кусты. Майер сплюнул и недовольно заворчал:

— Ломится, как медведь…

Пока Игорь рассказывал о том, что он увидел с высоты, все молчали. После рассказа Сержант уточнил кое-какие детали, в основном касающиеся диспозиции «чужих», да еще спросил:

— На стволах длинные набалдашники?

— Да вроде, нет.

— Точно, АКМ… А ему эти кусты — до фонаря…

Квест не выдержал. Ну, люди, ну, с автоматами. А они-то здесь причем! Можно подумать, красноярские агрессоры напали… Тоже мне! Раньше, когда они отдыхали на Ламе, никто не нервничал и не паниковал, если рядом оказывалась еще одна компания…

— Сержант, ты будто боевые действия надумал начинать. Мы мирные люди, давай исходить из этого, — Квест отбросил, наконец, в сторону весло, с которым так и стоял все это время. — Пообщаемся…

— Это как?

— Да вежливо пообщаемся! Раз-два и разойдемся по своим делам… Донцов, ну скажи ты ему!

Донцов посмотрел на оратора как-то странно и промолчал.

— Не мороси, Дима… Это не местные рыбаки. Плюс такое оружие. Ты сложи все вместе… Поэтому, если мы себя уже чем-то выдали, то они скоро придут. Посмотреть… — Сержант глянул на Донцова, тот согласно кивнул ему, и он продолжил: — Если появится катер, вы с Игорем тихонько линяете в кустики. Ракетницы не забудьте. И ножи тоже.

— Зачем это — в кусты? — не понял Квест.

— Чтобы не знали, сколько здесь человек находится, — пояснил уже Донцов, бросил сигарету в костер и повернулся к Лапину: — Ты, Игорь, давай-ка, свои мобилки-самоделки раздай, а потом уже кушать будем. И дальше думать. Крепко думать… Может, снимемся быстренько отсюда к чертовой матери, да и все дела…