История одного полка - Александр Филиппов

встаешь мокрый. Обсохнуть негде. Дрова мокрые, буржуйки не горят, тепла никакого. И до самой весны так. А после переселились в эти большие палатки. Отеплители, обелители. Шикарно. Нары деревянные. Ну и жара за 60, конечно, нам всем знакомая. Всем здоровья, шурави".

Воин-интернационалист Сергей Дорофеев:

"В Бамиане ставили по одной печке, после того как из-за накопителя сгорела палатка 4-й ПДР, убирали накопитель, трубу делали из арт. снарядов. Сгорела за считанные минуты. Топили солярой и керосином, которые поступали из бачка по капельнице. Выдавали на палатку по минимуму, поэтому делали запасы. Когда прилетали МИ-6, бойцы сливали керосин с разрешения экипажа, стоит вертушка, а под ней человек десять с бачками. Со стороны как будто корову доят. Спасибо летунам оставляли себе только, чтобы до аэродрома долететь. Понимали, что зимой топливо взять негде будет. Вертолеты по месяцу не прилетали".

Воин-интернационалист Валерий Голобоков:

"Шинданд, арт. полк, такие же палатки. Зимой две буржуйки, топили углем, жара, на печках готовили по ночам жаркое из баранины и кенгурятины! Один раз дневальный заснул и упал лицом прямо на раскаленную печь, с половины лица кожа сразу слезла!"

Воин-интернационалист Олег Елизаров:

"Палатка УСБ-56 унифицированная санитарно-барачная образца 1956 г. В Лашкаргахе все так жили. Ротные, комбат с замами, мой медпункт в саклях афганской еще постройки. Комбату и замам, штабу построили свое сооружение ‒ мешали глину с соломой — саман. В Шахджое все в таких, как переехали. В моей ‒ перевязочная, аптека, стационарчик на 6 коек, мое жилье и санинструктора с санитаром".

Воин-интернационалист Павел Белов:

"Отлично помню: лег спать, меня дневальный разбудил, вода грелась на буржуйке в термосе, я снял все свое вшивое и сжег. Переоделся в дембельское, предварительно помывшись прямо в палатке. Пошел, попрощался с отцами командирами. Потемкин (ротный) взял «УАЗик» (таблетку) и сопроводил до «Арианы», чтобы не раздербанили комендачи. Да, поначалу парк обносили забором из ящиков от «Града», а к декабрю молодые все разобрали обратно на дрова. В ноябре ночью холодно, а в 12 дня доходило до 25 градусов тепла".

Печь буржуйка чугунная ПОВ-57 является незаменимым атрибутом походных условий. Такое обогревательное устройство было разработано советскими учеными в 50-е годы 20-го века. Такой неприхотливый обогреватель позволят обеспечивать комфортную температуру в палатках, казармах и в полевых условиях. Универсальная печка помимо обогрева помещения могла использоваться для разогрева воды, приготовления пищи — достаточно было поставить алюминиевую кружку, чайник, небольшую кастрюлю или банки с консервами на верхнюю часть корпуса

Рядовой Виктор Шабалин:

"В каждом дивизионе была своя полевая кухня, свой начпрод. У нас в первом был сержант Саша Котов, он и выдавал продукты на закладку. У офицеров была отдельная палатка-столовая, но еда была одна для всех. Солдатские столы поначалу были из одной доски, стоящих буквой П, вечером на ужине, когда поднимался ветер, котелки летели вместе с картошкой. Правда картошка ‒ это только название, сухие картофельные хлопья с водой и рыбными консервами. А за завтраком разливали кофе большим черпаком по котелкам на несколько человек, кофе со сгущенкой, котел, облитый сладким кофе, облеплен тысячами мух, они роятся на котелках, на кружках по десятку и более. Туалет был открытым, две параллельных траншеи метра 3 глубиной, обнесены маскировочной сеткой по периметру, куда ходят каждый день тысяча мужиков. От него до кухонь рукой подать, при такой жаре заразы достаточно. Лечить которую нечем. Правда была таблетка номер 17, половина от живота, вторая от головы. При входе в палатку стояла бочка с хлорированной водой, куда мы бросали котелки и ложки после еды. А гепатит мы притащил из рейда на Фарах в августе 1980 года. Когда вернулись и началось. В течение двух недель у нас ВУД-1 заболело 11 человек. Я в том числе. Инфекционных госпиталей не было, все происходило так. Друзья уже в Союзе лечатся, а я еще служу. Шум по полку уже идет, мне тоже совсем поплохело в сентябре. Пошел в санчасть ‒ это несколько средних палаток, выходит прапор, дает зеленую бутылку, поссы, ссу, он смотрит на солнце мочу, говорит желтуха. Сбегал в свою палатку, забрал вещи, сдал автомат. Через час приходит еще с нашего взвода боец. Утром привозят на аэродром Шинданд, там большая палатка с полом, пустая, в углу матрацы, посередине стол с банкой глюкозы в порошке и бак с водой. К вечеру палатка полная, свозят со всех подразделений в округе. Лечат желтыми таблетками. Утро следующего дня, проверяют вшей в трусах, они почти у всех под резинкой, но это формальности. Грузимся в самолет ЯК-40, летим в Кандагар, забираем одного раненого и кучу желтушников, летим в Кабул, самолет забит. Летим в Ташкент, выгружаемся. Мне запомнился влажный воздух и зеленая трава у полосы. Идет женщина, я спрашиваю, что дождь только прошел, оказывается он прошел две недели назад. Мы прилетели из пекла. Нас везут в госпиталь в Чирчик, а там меня встречают мои друзья со взвода, в нижнем белом солдатском белье. Халатов нет, поэтому желтушники ходят в нижнем белье. Госпиталь переполнен, в саду стоят палатки одна к одной, в них двухъярусные кровати. Сдаем одежду на обработку и получаем нижнее белье (кальсоны и рубаху). Тут же я узнаю, что после болезни положен отпуск 45 суток, а у меня в ноябре дембель".

Ст. лейтенант Виктор Трутнев:

"В Батарее Управления гепатитом переболели все офицеры и прапорщики, кроме меня, замполит болел паратифом. Болело много, точное количество переболевших солдат и сержантов не могу сказать".

В Советском Союзе в мае было два больших государственных праздника ‒ это День международной солидарности трудящихся (Первомай) и 9 мая (День Победы в ВОВ). Первомай был учрежден сразу после Великой Октябрьской Социалистической революции 1917 года и два дня (1 и 2 мая) стали нерабочими, выходными днями. День Победы установлен Указом Президиума Верховного Совета СССР от 8 мая 1945 года, но выходным нерабочим днем он стал лишь в 1965 году. Первомай с демонстрациями трудящихся и школьников, шествующих по центральным проспектам и улицам городов с флагами и транспарантами, фанерными голубями и разноцветными воздушными шарами, «канул в лету», превратившись в день шашлыка (выезд компаний друзей за город на природу или дачу). День же Победы и после распада Союза Советских Социалистических Республик остался Праздничным