Котовский - Владимир Шмерплинг

«…Работая на Волге грузчиком, чернорабочим на постройках и в помещичьих имениях, кочегаром на мельнице, помощником машиниста, кучером, разливальщиком и рабочим на пивоваренном заводе, молотобойцем, рабочим кирпичного завода, рабочим на постройке железной дороги — везде я будил ненависть к эксплоататорам, к тем, кто выжимает последние соки из рабочего и бедняка. На одном месте оставаться долго нельзя…» Так менял он профессии и города, всюду подвергаясь риску быть арестованным.

По всей стране была разослана жандармская регистрационная карточка. В ней предлагалось при обнаружении Котовского: «арестовать, обыскать, препроводить в распоряжение начальника команды арестантских работ Амурской ж. д.».

Котовскому удалось достать паспортную книжку на имя орловского мешанина. С этим паспортом он нашел работу в городе Балашове, Саратовской губернии — устроился помощником машиниста на строящейся вальцевой мельнице. Там он проработал пять месяцев.

По воскресным дням помощник машиниста часто посещал иллюзион. 19 августа 1913 года, перед началом сеанса в иллюзионе, к Котовскому подошел молодой солдат, до этого внимательно поглядывавший на него, извинился и попросил его назвать свою фамилию. Котовский назвал фамилию по паспорту, по которому жил тогда. Солдат улыбнулся:

— Я из Кишинева. Я служил приказчиком в магазине Спыкулова и видел вас на суде…

Как только начал демонстрироваться очередной боевик, Котовский поднялся со своего места и ушел.

На следующий день он увидел, что этот же солдат в сопровождении еще двух лиц, идет по направлению к мельнице. Встреча не предвещала ничего доброго. Больше всего на свете Котовский боялся потерять свободу. Он поспешил уйти с территории мельницы. По дороге забежал на квартиру, собрал необходимые вещи и ушел из города.

Несколько дней Котовский шел пешком вдоль железной дороги. Он был опять без документов, они остались у подрядчика. Кругом — незнакомая местность. Здесь легко погубить себя. И как всегда, он возвращался к мыслям о Бессарабии. Его влекла туда непреодолимая сила. На одной из станций он взял билет четвертого класса до Кишинева.

Когда поезд подходил к Днестру, он жадно смотрел в окно вагона. Сильно билось сердце. Котовский вдыхал родной воздух, в котором было раздолье степей и терпкий аромат винограда.

Поезд прошел мост через Днестр, а Котовский все смотрел в окно вагона на мелькающие виноградники, на сады. Не доезжая Кишинева, он спрыгнул с поезда и пошел по проселочной дороге. Легкая пыль вилась за ним.

Вот знакомое село. Беднякам этого села он раздавал когда-то деньги, отобранные у помещиков. Помнят ли его еще здесь?.. По дороге медленно тянулась арба, шли крестьяне в белой домотканной заплатанной одежде. Котовский догнал одного молдаванина, который гнал впереди себя пару волов.

— Куда гонишь волов?

— В Кишинев, на базар, надо за недоимки платить.

— Гони обратно волов домой. Вот тебе деньги, заплатишь за недоимки.

Котовский протянул бедняку несколько ассигнаций. Тот так растерялся, что не знал, брать ему деньги или не брать. Может быть, этот прохожий просто задумал над ним посмеяться…

Взяв деньги и спрятав их за пазуху, молдаванин низко поклонился незнакомцу.

Котовский же пошел дальше, а бедняк долго стоял на дороге и все смотрел ему вслед.

— Прямо как Котовский! — сказал он про себя в раздумье… Котовский прибыл в Кишинев, когда праздновался один из «царских дней». Здания были украшены флагами. Котовский ходил по улицам Кишинева. Он рассматривал новые вывески и витрины магазинов, гулял в городском саду по любимой тенистой липовой аллее, что вела к памятнику Пушкина.

Читал надпись на памятнике:

«Здесь, лирой северной пустыни оглашая, скитался я…»

Так бродил он по городу… Немногое изменилось здесь в его отсутствие. Он хотел как можно скорей войти в курс кишиневской жизни, узнать, где его друзья, кто сейчас губернатор, живы ли Скоповский, Семиградов, Назаров…

Он подошел к кафедральному собору, сверкавшему белизной. В этот вечер в соборе шло богослужение, и там должны были присутствовать все местные власти.

Котовскому вдруг непреодолимо захотелось зайти в собор. Это был один из тех моментов, когда он, вопреки своей обычной рассудительности, шел на риск.

Молебствие было в самом разгаре. Хор пел здравие царствующему дому. Котовский через дымчатое пенсне разглядывал молящихся, узнавал знакомых. Потом он медленно двинулся, вперед, немного постоял на месте, слушая пение, и снова, точно его кто тянул, стал тихонько продвигаться еще ближе к стоявшим впереди. Так он очутился позади полицмейстера Славинского.

Вскоре тот, словно чувствуя, что сзади кто-то стоит и смотрит на него, обернулся и вдруг побледнел. Его наряженная супруга и дочки в белых кружевных платьицах не подозревали, какое чувство испытывает он сейчас, узнав человека в дымчатом пенсне. Полицмейстер оцепенел, он испугался за себя, за жену, за детей и за губернатора.

Котовский усмехнулся, наклонился к уху Славинского и сказал тихо, но внятно:

— Не беспокойтесь, я сейчас уйду.

Он тут же повернулся и медленно вышел из собора. На углу Александровской подозвал первого попавшегося извозчика, вскочил и уехал.

Вечером полицмейстер вызвал к себе кишиневского исправника и приставов.

Котовский в это время гримировался. Он разыскал друзей, которые раздобыли ему гвардейскую форму.

На следующее утро в одном из кишиневских кафе сидел статный гвардеец и небрежно просматривал газету. Это был Котовский. В хронике он прочитал небольшую заметку о том, что «известный своими смелыми нападениями Григорий Котовский, осужденный судом на каторжные работы, бежал и снова появился в Бессарабии».

В кафе «гвардеец» встретил своего друга, по внешности похожего на богатого землевладельца. Приятели направились в парикмахерскую подбрить усы и освежиться одеколоном.

Котовский заметил, что по их стопам следует сыщик. Он безошибочно узнавал этих типов среди толпы.

«Офицер» и «помещик» вошли в парикмахерскую. «Гвардеец» занял кресло, вытянул ноги и громко, на всю парикмахерскую, начал говорить своему спутнику, что вернет ему карточный долг, как только отец пришлет деньги.

Шпик сидел на стуле, листая журнал. Он прислушивался к разговору… «Нет, этот лощеный офицер не похож на Котовского», — решил он и стал прислушиваться к тому, что говорят другие. Какой-то паренек рассказывал парикмахеру, как ему удалось избежать призыва. Сыщик поднялся и предложил пареньку следовать за ним.

«Офицер» поднялся со своего кресла, кивком головы подозвал сыщика и сказал ему несколько слов в защиту паренька: «Стоит ли с ним возиться!»