ЯССТ 8 (СИ) - Панченко Сергей Анатольевич

— Ворот не будет. — Твердо заявила Айрис. — Створки откроются так же, как и в том лагере, когда придет время. Будьте уверены, за нами постоянно наблюдают.

— Томительное ожидание. — Вздохнул глава администрации. — Хотелось бы скорее убраться с глаз, или чем они на нас смотрят, от этих бешеных кактусов. Никогда больше не буду держать дома растения. — Он вытер мокрый лоб и помахал ладонями в лицо. — Вот пекло. Чего они не засохнут на такой жаре?

— Глубокая корневая система. — Со знанием дела заявил Егерь. — Это суккуленты, приспособленные к жизни в сухом жарком климате. Ты видел, какой у них густой сок. Он позволяет запирать влагу в клетке, не давая ей испаряться.

— А, ну, да, ты же у нас по природе спец. — Водяницкий снова вытер мокрый лоб и шею. — А вот моя вода не держится в клетках, выходит с потом. Слушайте, а я ведь еще ни разу не писал, и даже не хочу. Кто-нибудь писал уже? — Спросил он громко.

— А что вы там обсуждаете? — Поинтересовался мужчина из толпы. — Давайте копать под забор, если других вариантов нет.

— А что, голь на выдумки хитра. — Согласился чиновник. — Давайте копать.

— Копалки кто-нибудь взял с собой? — Поинтересовался я у людей.

Оказалось, что бутылочные «розочки» никто не взял, и никакого подходящего инструмента больше не имелось. Возможно, здесь все было устроено, как в игре, надо было зайти в определенное место, чтобы сработал триггер, запускающий скрипт открытия дверей.

— Оставайтесь здесь, а я обойду лагерь. Если найду открытое место, выстрелю в воздух.

— Я с тобой. — Засобиралась Айрис.

Егерь подозрительно посмотрел на нас.

— Можешь идти с нами, ради собственного спокойствия. — Предложил я ему.

— Я тогда тоже с вами пойду. Не могу оставаться один на один с избирателями. Чувствую негатив в мою сторону. — Признался чиновник. — Прикончат по-тихому и растворят в кактусовом соке.

— А так они решат, что мы хотим свалить. — Предположил Егерь. — Хотя куда, непонятно.

— Чтобы они так не думали, не надо давать им повода. — Решил я. — Так, мы идем осматривать периметр. — Выкрикнул я, чтобы все слышали. — За главного остается…, — я осмотрел тех, кто был ко мне ближе. На глаза попался Славка, — остается Вячеслав.

У однокурсника глаза сделались по пять копеек. Он явно не обрадовался внезапному назначению.

— Если мы не обнаружим входа, то просто вернемся, сделав круг. Если обнаружим, то сигналом станет одиночный выстрел. В этом случае идите на звук. Если выстрелов будет больше, то это будет значить, что мы просто решили пострелять по растениям и идти не надо. Понял?

— Да, я…, вроде понял, но, почему я? Я же простой админ.

— Испугался ответственности? Другого шанса научиться этому у тебя в жизни может не случиться. Давай, не дрейфь. — Я постучал его по плечу. — Ты сможешь.

— Ладно. — Нехотя согласился однокурсник.

Мы направились вдоль длинной стороны ограды, обходя растения растущие слишком близко к ней. Шли быстрым шагом, и вскоре Водяницкий взмолился, чтобы мы шли медленнее. Глава, страдающий ожирением, потерял слишком много влаги и ослаб. У него начиналась одышка и головокружение, как только он прибавлял шаг. Пришлось подстроиться под него.

— Вернусь, пойду в спортзал. — Размечтался чиновник. — Давно собирался это сделать. Я же в молодости атлетом был. Бегал, прыгал, на турнике тридцать раз подтягивался.

— Ты же привык жрать в три горла. — Бесцеремонно заявил Егерь.

— Отвыкну, делов-то. — Глава будто не обиделся на реплику.

— Тогда зачем тебе такая должность? Это же взаимосвязано, на пост главы избираются, чтобы жрать и ртом и жопой. Я вот не хочу много жрать, так мне и главой быть не хочется.

— Я о народе думаю.

— Представляю, что ты о нем думаешь, раз боишься остаться один на один.

— Хватит, а? — Не выдержал чиновник. — Раз я сумел добиться этой должности, значит молодец. Это же приз, а я азартен.

— Думаю, в этом месте многие из нас проявят свою настоящую натуру. Посмотрим, кто чего стоит. — Примирительно произнес я. — И главой тут станет только тот, кто по-настоящему заслуживает эту должность. И она не про жрать в три горла, а про умение руководить и брать на себя ответственность.

— А я тут точно баллотироваться не стану. Не хватало еще, чтобы у каждого избирателя при себе ствол был. Не порядок. Право на насилие должна иметь только власть. — Заявил Водяницкий.

Егерь не успел ответить ему. Мы как раз обогнули угол лагеря и увидели, что металлические створки ограды, развернуты в открытое положение. Прежде, чем выстрелить, я заглянул внутрь. Это был не просто лагерь, а настоящее поселение с домами. На территории не росли хищные «алоэ». От закрытой ограды слева падала тень. Водяницкий забежал в нее и блаженно упал на спину прямо на землю.

— Кайф. — Он закрыл глаза.

Я снял с плеча винтовку и выстрелил в воздух. Чиновник от неожиданности подпрыгнул.

— Сдурел? Предупреждать надо. — Заявил он обиженно.

— Предупреждаю. — Усмехнулся я. — Не на курорте, нечего расслабляться.

В десяти шагах от открытого забора находились здания. Хоть они и были сделаны в один цвет с землей и казались издалека произведением первобытного зодчества, на самом деле были выполнены на высоком технологическом уровне. Самое большое их них утопало в земле. К входу вели ступени, уходящие на десять метров вниз. Мы с Айрис начали осмотр с него. Егерь пошел смотреть другие здания, а глава остался лежать под забором без сил.

Дверь работала на электроприводе. Отошла в сторону, как только Айрис коснулась ее. Внутри зажегся свет, и нашим глазам предстало огромное помещение, похожее на казарму из-за рядов кроватей в три яруса. Внутри было прохладно. Воздух казался чистым и свежим. Мы обошли помещение из конца в конец. На другой стороне от входа находились туалеты и ванные комнаты. Я открыл кран. О чудо, из него потекла вода. Прежде, чем пить, я понюхал её, попробовал на кончик языка. Вода, как вода. Осмелившись, присосался к крану, как новообращенный вампир к первой жертве. Айрис тоже напилась воды и даже успела ополоснуться в душе.

Не знаю, для чего нас заманили сюда, но пока меня все устраивало. Я предложил Айрис упасть в кровать и отдохнуть, а сам пошел узнать, какие открытия сделал Егерь. Нашел его, когда он выходил из небольшого здания, держа в руках банку, напоминающую консервы.

— Лагерь поделен поперек сетчатым забором. За ним вроде развалины какие-то, сквозь сетку почти ничего не видно. Я попробовал прикоснуться, но мне кажется она под напряжением. Нам отведено меньше четверти от общей площади лагеря. Но это меня волнует меньше всего. А вот что радует, так это столовка. — Обрадовано произнес он. — Написано не по-нашему. — Егерь показал мне банку с неизвестным на Земле языком. — Надо пробовать, но я думаю, тут все съедобное и приготовлено специально для нас.

— А мы казарму нашли на тысячу мест. Туалеты и душ прилагаются.

— Отлично. Я уже протух на солнце. А вон в том домишке, — Егерь указал на другое здание, — оружейка.

— Да? — Меня это совсем не обрадовало. Раз было оружие, значит, в дальнейшем сценарии имелся момент, когда его требовалось применить. — Какое?

— Пойдем, покажу.

Арсенал тоже находился ниже уровня земли и представлял собой огромный зал уставленный стеллажами с оружием. И это были не только винтовки всевозможных устройств, но и экзоскелеты, в том числе напоминающие шагающих роботов, способные нести на себе чуть ли не артиллерийские системы.

— Я так понимаю, это лагерь подготовки к сражению? — Предположил Егерь.

— Ты прав, похоже нас хотят использовать в качестве боевой силы.

— Против кого? Не хищных же растений? Для них такая мощь избыточна.

— Скоро узнаем. — Ответил я невесело.

Мы вышли из оружейки. В лагере к этому моменту стало шумно. Народ нашел вход и разбредался, с любопытством исследуя все уголки нового лагеря.

— Надо вводить дисциплину. — Вздохнув, произнес Егерь, глядя как некоторые земляки, набрав полные руки банок, куда-то тащат их из столовой.