Требуется помощница. Неприятности гарантированы - Ася Оболенская

Денисовна тоже выглядит так, как будто подобный способ проведения вечера — у них обычное дело. Кто знает, может, Сергей Дмитриевич тут каждый день фальшивых невест на кастинг приводит.

— Ну что, теперь можно и поужинать нормально! Вера, пойдем, сейчас за бокальчиком вина нормально все обсудим, познакомимся! Расскажешь, как этот манипулятор заставил тебя подписаться на такую аферу. — смотря на меня с улыбкой, ласково говорит мама шефа и жестом зовет за собой.

Вместо ответа сижу и глупо моргаю.

— Да расслабься. Все нормально! — теперь голос подает крестная. — Все знают, насколько Сереже нужен этот контракт.

Ну все, приплыли…

Сумасшедшая семейка!

От шока я отхожу. Медленно, но отхожу, а вот ругательства, которых заслуживает шеф из головы вылетать ну совсем не хотят.

Если так пойдет и дальше, то вместо безобидного «Передайте, пожалуйста, соль!» я имею все шансы выдать что-то типа «Ну и засранец вы, Сергей Дмитриевич».

Наверное, именно поэтому я по большей части молчу.

Хотя, в том, что представление, которое, как я полагала, предназначалось для родственниц начальника, на самом деле разыгрывалось для меня, были и плюсы.

Во-первых — этическая сторона вопроса. Все-таки обман матери — это не та вещь, за которую хочется погладить человека по головушке. А во-вторых, я совершенно перестала бояться и лобстеров, и крабов. Наоборот, с радостью бы запустила клешней в своего милого босса.

Даже жаль, что на столе не обнаружилось еды, которой можно было воспользоваться в качестве оружия. Ну не вилкой же в Сергея Дмитриевича кидать.

— Совсем девушку зашугал! — возмущается мама большого босса.

Александру Денисовну совершенно не интересуют комментарии сына, который сообщает, что никого тут не шугал, поэтому я даже не пытаюсь вставить свои пять копеек. За те несколько минут, которые мы провели за столом, я уже успела понять: если эта женщина что-то решила, убедить ее в обратном крайне сложно. Если вообще возможно.

— Вера, ты не смотри на то, что он из себя такого серьезного корчит. Его и стукнуть можно, если слишком сильно выделывается.

Представляю, как беру несколько лилий из стоящей на столе вазе и начинаю лупить Сергея Дмитриевича на глазах у родственниц, а они, не отрываясь от ужина, с интересом за этим наблюдают, и хмыкаю.

— Боюсь, мне слишком нужна работа для подобных экспериментов.

Теперь настает очередь большого босса издать протяжное «Хм-м-м».

Больше к теме расправы над начальником мы не возвращаемся, и, в принципе, если забыть о всей абсурдности ситуации, вечер сложно назвать неудачным. Ну, для всех кроме, пожалуй, Сергея Дмитриевича.

Он без особого энтузиазма воспринял обсуждение собственного детства и юношества, которое как бы было крайне необходимо для того, чтобы я смогла лучше вжиться в роль, но, про характер Александры Денисовны я уже, кажется, говорила, так что возражения не принимались.

Теперь в багаже моих знаний была целая куча информации, за которую я могу поплатиться жизнью. По крайней мере, если Сергей Дмитриевич в ближайшее время решит меня задушить, это вряд ли будет случайностью.

— А еще как-то раз Сережа хотел украсть у нашего соседа собаку, чтобы потом шантажировать. — женщина смеется. — Тогда время не самое лучшее было, да и дядька там действительно мерзкий попался, жизни нам не давал. Вот такой благородный порыв.

— Собака не пострадала? — интересуюсь у Александры Денисовны, но в этот момент ловлю взгляд шефа и теряюсь настолько, что даже не слышу ответ.

Судя по выражению лица, Сергей Дмитриевич уже успел выбрать цвет обивки для моего гроба. Если, конечно, не решил закопать меня в какой-нибудь безымянной лесопосадке.

Интересно, а если я попрошу этих милых женщин проводить меня до дома, чисто ради безопасности, это будет очень странно?

Однако долго наслаждаться теплейшим взглядом начальника не приходится, на помощь приходит крестная, которая просит помочь ей разобраться с новым ноутбуком, который предварительно нужно принести из машины.

Я остаюсь наедине с Александрой Денисовной, и первые пару минут мы молчим. Тишину нарушает родительница босса:

— Я рада, что для этой сомнительной авантюры Сережа выбрал тебя. Ты хорошая девушка, Вера.

От подобной похвалы становится не по себе. Мы знакомы-то пару часов, из которых первый я старалась притворяться той, кем не являюсь.

Не нахожусь с ответом, поэтому просто пожимаю плечами, а женщина продолжает:

— Поверь, ты нужна ему сейчас ничуть не меньше, чем он тебе, поэтому не позволяй этому сорванцу вить из тебя веревки. Иногда он бывает резок, на это есть причины. Просто… не давай ему перегибать палку.

Фраза про нужду звучит уж слишком бредово, поэтому говорю:

— Тут вы ошибаетесь. Он может без проблем найти на мое место какую-нибудь актрису.

— Это маловероятно. — Александра Денисовна улыбается. — Поверь, я знаю, о чем говорю.

И вновь мне остается только пожать плечами.

— Чтобы уговорить тебя вернуться, Сереже пришлось через себя переступить, а это много, о чем говорит. — от осознания того, как много босс рассказывает маме, не могу скрыть удивление. — И не смотри на меня так. Да, мы много общаемся. Кстати, тельняшка смотрелась просто великолепно. А штаны…

Женщина коротко смеется, и я не могу скрыть улыбку.

— Он вам и об этом рассказал?

— О, нет! Думаю, эту тайну он бы предпочел унести с собой в могилу. Однако Сережа должен был забрать меня из аэропорта сразу после визита к тебе.

— Он встречал вас в той одежде?!

— Странно, но почему-то осы решил не выходить из машины.

Смеюсь, представляя, как выглядело воссоединение семьи, а Александра Дмитриевна в это время разливает по бокалам вино.

— Ну, за успех вашей затеи?

— Ага. — только и остается ответить мне. — И вы не против того, что делает ваш сын?

— Даже если я и буду против, вряд ли это что-то изменит, разве что нервы свои потрачу. Если Сережа что-то решил, то переубедить его совершенно невозможно.

Улыбаюсь. Интересно, в кого это?

Глава 6

Вера

Суббота неминуемо приближается. Эх, как бы хотелось, чтобы на этой неделе воскресенье наступило сразу после пятницы. Мечты-мечты…

Я оттягиваю неизбежное по максимуму. Звоню Лиле, главе благотворительного фонда, только в четверг вечером. Начинаю диалог издалека: про природу спрашиваю, про погоду, плавно перевожу тему на кошечек и собачек, а потом быстро вываливаю всю суть вопроса.

На несколько секунд в трубке повисает тишина, а потом после непродолжительного приступа смеха (ясное дело, не моего) я все-таки слышу дежурное «эта ипотека тебя скоро и до преступления доведет».

— Или до дурдома. — на этот раз даже не спорю с подругой, которая изначально не поддерживала мою идею покупки квартиры. — Так