Мечта о любви - Джоан Дарлинг

Эшли с трудом подавила улыбку. Тед, который всегда добивался своего и мог заморочить голову любому клиенту своей ослепительной улыбкой и дружеским рукопожатием, впервые встретил равного себе противника.

– Его слушал кто-то из важных шишек?

– Как они могли его не слушать? – Тед в отчаянии взъерошил коротко подстриженные каштановые волосы. – Конечно, они слушали. Но услышали или нет – вот в чем вопрос!

Повинуясь внезапному порыву, Эшли вдруг встала на защиту Дэна и сообщила:

– Между прочим, его сюда пригласили.

– Уж во всяком случае, в моем списке гостей его не было! – Теда явно поразила эта новость.

– Полагаю, что Бэрд Сирайт надеялся его как-то задобрить. Усыпить бдительность, что ли.

– Нашел с кем цацкаться! Пинка ему под зад – и все дела!

У Эшли на языке вертелся язвительный ответ. Тед сам разворошит осиное гнездо, если пойдет войной на директора местного Центра дикой природы. Ей хотелось объяснить Теду, что заставляет Дэна так носиться с экологией островов. Естественно, это его прямая обязанность – ограничивать размах чересчур ретивых строителей, чтобы они не нанесли вред тол хрупкому равновесию, что позволяет островам сохранять свой первозданный вид. Однако она предпочла промолчать. Тед в еще не успокоился, и ей не хотелось подливать масла в огонь. В конце концов, Тед и Джессамин стали единственной опорой Эшли после катастрофы, разрушившей прежнюю жизнь. И с ее стороны было бы просто свинством становиться на защиту Дэна Кендалла в этом споре.

Однако Тед уже начал о чем-то догадываться и сверлил Эшли раздраженным взглядом.

– То-то он увивался вокруг тебя в последнее время! Наверное, пудрил тебе мозги, чтобы перетянуть на свою сторону? Слава Богу, я вовремя это заметил и успел предупредит чтобы ты не связывалась с этим типом!

Эшли почувствовала себя уязвленной. Откуда Теду знать, что чувствует к ней Дэн Кендалл? Почему он так легко обвиняет его в двуличии? Дэн действительно привязался к Эшли. Достаточно было вспомнить, каким теплом светится его взгляд, когда он смотрит на нее. Он не притворялся, когда кинулся ей на помощь, считая, что Эшли может утонуть. Он по-настоящему испугался, что она может сильно пораниться о листья осоки. Он старался посвящать ей каждую свободную минуту и не боялся открыто выражать свою привязанность. И Эшли не выдержала:

– Ты соображаешь, что Дэн Кендалл – единственный мой друг на всем вашем острове? – выпалила она.

– При желании тебе ничего не стоит обзавестись целой кучей друзей! – заявил Тед со снисходительной улыбкой. – Представь, что подумают обо мне в «Санданс», когда станет известно, что родственница их старшего менеджера по продаже водит шашни с этой продувной бестией? Он нарочно охмуряет тебя, чтобы выведать наши секреты, а потом распускать слухи! Надеюсь, что теперь, когда он показал всем свое гнилое нутро, у тебя, больше не возникнет желания с ним общаться? – Его серые глаза были полны терпеливого сочувствия, как будто он разговаривал с ребенком. – Я знаю, как тебе нелегко, ведь этот город для тебя совсем чужой. Я знаю, что тебе временами бывает одиноко, но мало-помалу это пройдет.

Тронутая его сочувствием, Эшли с трудом удержалась от слез.

– Я вовсе не собиралась продолжать с ним знакомство.

Тед не мог видеть, как женщина плачет, и поспешил обнять ее со словами:

– Эш, детка, не забывай, что мы с Джесс всегда будем о тебе заботиться. Все, о чем мы мечтаем – чтобы ты была счастливой!

Она зажмурилась и кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Несмотря на то, что Тед искренне старался ее утешить, от его слов ей стало только хуже.

Глава 6

Эшли проснулась ярким солнечным утром, снедаемая странным нетерпением, как будто ее ждало какое-то срочное дело. Она уселась и с трудом разлепила припухшие веки, чтобы посмотреть на часы. Четверть одиннадцатого. Всю ночь она маялась от бессонницы, без конца ворочаясь на кровати, – а вот теперь проспала. Уверения Теда в готовности заботиться о ней «всегда» расстроили ее сильнее, чем его стычка с Дэном, и разбудили душевную тревогу. Больше всего на свете Эшли хотела бы вернуться к прежней жизни, то есть снова летать. Ей не хватало постоянной смены мест, череды новых незнакомых лиц и грубоватого товарищества летных экипажей.

У нее и в мыслях не было поселиться здесь навсегда. Она искренне надеялась, что Санибел станет лишь временным прибежищем, где ей удастся зализать раны и избавиться от кошмаров и припадков страха, преследовавших ее и ночью, и днем. Правда, в последнее время Эшли стало намного легче. Ее больше не душила бессильная ярость, просыпавшаяся по поводу и без повода. И вот уже три недели не было ни кошмаров, ни припадков. Она даже начала надеяться, что с этим вообще покончено. Если это так, то у нее больше нет причины сидеть па шее у Джесс и Теда. Мысль о том, что Джессамин и Тед, действуя из самых лучших побуждений, создали ей чересчур тепличные условия, замедлявшие возвращение нормальной жизни, стала для Эшли неприятным открытием. Еще немного – и она окончательно утратила бы волю к сопротивлению, покорно позволив сделать себя частью домашней обстановки и добровольно отказавшись от права на самостоятельную жизнь. Она глубоко вздохнула. Объяснение с Тедом и Джесс наверняка будет болезненным и бурным, однако пришло время возвратиться в большой мир.

Теперь, когда решение было принято, ей не терпелось претворить его в жизнь. Первым делом она объяснится с Джессамин, а потом повидается с Дэном. Она хотела попрощаться ним по-человечески и сказать, что уезжает с острова навсегда.

Эшли приняла душ, надела полупрозрачную газовую блузку цвета спелой земляники и белую полотняную юбку, расчесала волосы так, что они засверкали на солнце живым золотом, и стянула их на затылке шарфом из розового шелка. Чувствуя необычную приподнятость и решимость, как будто готовилась к бою, Эшли слегка подкрасила губы и надушилась своими любимыми духами. Какой-то странный порыв, заставил ее в последнюю минуту сунуть в карман раковину юнонии.

Оказавшись в коридоре, она услышала оживленные голоса и смех Теда и Джессамин, завтракавших на террасе. Обычно в это время Тед уже уезжал на службу. Эшли пришлось вернуться к себе в спальню и подождать. С Джессамин следовало разговаривать наедине. Тед наверняка упрется и не захочет слушать никакие доводы. Она нервно металась из угла в угол в своей спальне, пока наконец не услышала, как под колесами «мерседеса» захрустели ракушки на подъездной аллее. В ту же минуту Эшли оказалась на террасе.

Джессамин все еще сидела за столом. Она приветливо улыбнулась сестре и отложила в сторону утреннюю газету.