Поцелуй рыцаря - Николь Бернем

– Это самое простое, что есть в вашем гардеробе, принцесса? – Ник с некоторым сомнением оглядел модную сиреневую блузку и черные бриджи Изабеллы.

– Думаю, да, – извиняющимся тоном ответила она. – Эти вещи я обычно беру с собой за город, когда собираюсь провести несколько дней на нашей вилле у моря.

– Неужели у вас не сохранилось пары джинсов и студенческой футболки с гарвардских времен? Ну, хотя бы солнечные очки у вас есть?

– Солнечные очки? Вечером? Вы не думаете, что это будет слишком бросаться в глаза?

– Возможно. – Ник еще раз окинул ее критическим взглядом. – Просто вы должны выглядеть так, чтобы любой человек, встретив вас на улице в таком виде, подумал, что увидел не саму принцессу Изабеллу, а только очень похожую на нее женщину.

– Можете не сомневаться, ни один житель Сан-Римини, увидев меня в этих бриджах, не поверит, что я могу так одеваться.

– А обыкновенных очков у вас случайно нет? Если есть, советую надеть. Чем больше на вас будет вещей, в которых вы никогда не фотографировались, тем меньше шансов, что вас узнают.

– У меня действительно есть очки, иногда я в них читаю. Но они совершенно ужасные и мне не идут. – Изабелле совсем не хотелось появляться перед Ником в очках, которые делали ее похожей на школьницу.

– Наденьте их, принцесса. – Слова прозвучали как приказ.

Что же было такого в этом Нике Блэке, что заставляло ее беспрекословно подчиняться ему по первому же слову? До сих пор ни один мужчина, за исключением братьев и отца, не обращался с ней так, как Ник, складывалось впечатление, что общаться с принцессами для него привычное дело.

– Симпатичные очки и очень вам идут, принцесса. Вы напрасно наговаривали на себя. – Он одарил ее одобрительной улыбкой.

Конечно, было чистым безумием соглашаться на этот ужин, но сегодня день ее рождения, единственный день в году, когда она может позволить себе немного расслабиться и не думать о последствиях. Главное, чтобы об этом никто не узнал. Но даже если ее увидят в городе в компании Ника, она всегда может сказать, что консультируется с экспертом по искусству относительно музейных фондов. Вполне пристойное занятие для двадцативосьмилетней принцессы.

– Даже принцессам не стоит так откровенно льстить, Ник. Что бы вы ни говорили, я все равно чувствую себя ужасно в этих очках. – Изабелла убрала пустой футляр в сумочку. – Господи, да в таком виде меня не пустят ни в один приличный ресторан!

– А я и не собираюсь вести вас в «приличный» ресторан, ваше высочество! А вот и последний штрих. – Ник достал из ящика своего рабочего стола яркую бейсболку и протянул Изабелле. – Наденьте это, а я возьму рюкзак. Если у вас имеется рюкзак, советую поменять на него вашу сумочку.

– И где я, по-вашему, могу взять рюкзак? – Изабелла с недоумением рассматривала логотип «Red Sox», отпечатанный на бейсболке. – Должна сказать, что у вас очень странная манера шутить, мистер Блэк.

– Поверьте, принцесса, мне не до шуток. Просто с рюкзаками мы скорее сойдем за студентов. Рюкзаки – прекрасное прикрытие.

– Ну, если вы так думаете. – Изабелла заметила, что Ник переоделся в голубые джинсы и черную футболку с короткими рукавами. – В этой бейсболке я буду выглядеть как американский подросток, – пошутила она, надевая кепку и поправляя волосы. – Такая мода всегда казалась мне ужасной!

– Не стоит так убиваться, принцесса, – со смехом заметил Ник. – В мире нет вещи, которая не была бы вам к лицу. К тому же в этой кепке никто не даст вам больше восемнадцати лет.

– Нам лучше отправиться в путь, мистер Блэк, – проговорила она, чувствуя, как под его пристальным взглядом ее щеки покрываются жарким румянцем, пока вам не пришло в голову внести еще более радикальные коррективы в мой внешний вид.

– Как скажете, принцесса, – бодро ответил он, закидывая за плечи рюкзак. – Вот только одна проблема – как нам отсюда выбраться? Не идти же, в самом деле, в таком виде через главные дворцовые ворота?

– Нет ничего проще. – Ухватив его за руку, Изабелла потянула Ника мимо ящиков и стеллажей к дальней стене подвала. У самой стены она принялась ощупывать кирпичи, пока наконец не отыскала нужный.

– Что это? – Ник подался вперед, стараясь не пропустить ни малейшего движения принцессы.

– То, без чего не может обойтись подвал ни одного уважающего себя дворца, – подземный ход. Он был устроен в самом начале Второй мировой войны по приказу моего деда. Сюда снесли все самое ценное из того, что находилось во дворце.

Изабелла надавила на камень, и часть стены отъехала в сторону, представив изумленному взгляду Ника современную бронированную дверь с цифровым кодом на замке.

– Одиннадцать, двадцать два, тридцать семь, – проговорила Изабелла, набирая нужную комбинацию цифр. – Точная дата коронации моего деда. Когда после смерти деда отец взошел на престол, мой старший брат Антонио был еще подростком, и отцу никак не удавалось заставить его запомнить хотя бы несколько событий из истории королевства. Дата коронации деда, служившая в то время кодом, была единственной датой из истории Сан-Римини, которую брат помнил наизусть. С тех пор кода не меняли.

Они вошли в узкий коридор. Пошарив слева от себя, Изабелла нащупала выключатель, и под потолком загорелось несколько электрических лампочек. Проход был настолько низким, что Нику приходилось наклонять голову всякий раз, когда они оказывались под поддерживающими свод широкими деревянными перекрытиями. По обеим сторонам прохода на расстоянии вытянутой руки друг от друга стояли вместительные лари, предназначавшиеся когда-то для хранения королевских сокровищ, по стенам были развешены пустые полки.

– Раньше на этих полках хранились банки с консервами и портативные приемники, а также одеяла и запасная одежда для тех, кто прятался в подвале от фашистов. Так распорядился мой дед.

– Он был хорошим королем.

Ник помнил короля Альберто и смелость, с которой тот встретил оккупировавших Сан-Римини немцев. В те тяжелые времена весь мир восхищался отвагой маленького непокорного королевства. И теперь, ближе познакомившись с принцессой Изабеллой, Ник начал понимать, от кого она унаследовала свою доброту и силу воли. Доведись ей оказаться на месте деда перед лицом фашистских оккупантов, она бы повела себя так же.

– Именно это всегда говорит мой отец, – согласно кивнула она. – Я должна была раньше рассказать вам о потайном ходе, но до сих пор как-то не возникало подходящего случая. Наверное, потому, что я сама не спускалась сюда целую вечность.

– В этом нет необходимости, принцесса. Вы ведь не обязаны посвящать меня во все тайны вашей семьи. – Ник поправил соскочившую с плеча лямку рюкзака.