Клянусь этой жизнью - Рене Карлино

подошла к столу и понюхала его чашку с кофе. Ощутила приличное количество виски, но, учитывая, что он не сидел на диване в нижнем белье, не пил виски прямо из горла и не ругался с телевизором, — это был просто невероятный прогресс.

Прежде чем уйти, он заглянул ко мне в комнату, где я лежала на кровати, уставившись в потолок и думая о дурацком засосе Джекса.

— Если ты хочешь взять рулет к Фишерам, то я не против. Ты не обязана есть в одиночестве.

— Все нормально. — сказала я. — Мы с Джексом теперь нечасто тусуемся вместе. У него есть девушка.

Это его, казалось, более-менее успокоило. Хотелось бы думать, что он говорил все это, потому что не желал, чтобы его дочурку обидели… но мне столько раз прежде велели «не залететь», что, пожалуй, это и была главная причина его беспокойства.

— Хорошо. Я буду дома к утру, — сказал отец и был таков.

На следующий день я нашла Хантера «Пылесоса» Стивенса, который был широко известен как король прелюбодеяния в нашей школе. Кажется, я была единственной девушкой, которую он еще не осквернил за трибунами на футбольном поле. И знала, что он был легкой добычей, потому что последние несколько месяцев делал мне пошлые намеки, типа: «Привет, Эмерсон. Хочешь пойти подготовиться к тесту по математике? За трибунами?». До этого момента я игнорировала его жалкие попытки, но мы с Хантером и Джексоном вместе ходили на математику, поэтому я воспользовалась возможностью, чтобы отомстить. Я прошла мимо Джекса и облокотилась на парту Хантера.

— Слушай, я ни фигушечки не понимаю в этой математике. Но слышала, ты вроде как профи.

Он поднял на меня взгляд и тут же опустил его на мою грудь.

— Как насчет ланча? — спросила я.

— Хорошо, встретимся за трибунами на футбольном поле.

— Заметано.

Я обратила взгляд к парте позади Хантера, где сидел Джексон. Он развалился на стуле и расставил ноги в позе крутого парня, прикидываясь, будто ему нет до меня никакого дела.

Во время ланча я зашла в уборную и посмотрела на себя в зеркало. Я съела мятную конфетку и накрасила губы блеском, думая о том, что сейчас случится мой первый поцелуй. Все остальные девушки опередили меня в этом вопросе. В туалет вошла Рути Бреннерман и похлопала меня по плечу.

— Итак, ты и Хантер, да? — она закатила глаза. — Все думали, что вы с Джексом вместе.

— Не, мы просто друзья.

— А-а. — Она нанесла помаду и причмокнула губами, глядя в зеркало. — Желаю повеселиться с Хантером.

Я вспомнила, как все называли ее «Зубастая Рути» до того, как она поставила брекеты. Мы все росли.

Мне стало грустно. Вновь взглянув в зеркало, я увидела более юную себя с растрепанными волосами и густыми бровями, а потом мне вспомнилось лицо Джекса, каким оно было в детстве, его милая улыбка и добрые глаза.

Я расплакалась. Мне хотелось, чтобы мой первый поцелуй был с ним, а его — со мной.

Я выбежала из туалета и врезалась в грудь Джекса.

— Уйди с дороги!

— Эм, ты плачешь?

— Не называй меня так! — крикнула я, убежав.

Я нашла Хантера у футбольного поля. Его руки обхватили мою шею прежде, чем я успела вымолвить хоть слово. Он прижался губами к моим, а затем его язык оказался у меня во рту. Это было странно, тепло, слюняво и мерзко, но я все равно ответила на поцелуй.

Хантер был невысокого роста, с коротко стриженными волосами и без каких-либо прекрасных черт лица, но и страшненьким его тоже нельзя было назвать. Просто он не был Джексом.

Все время у меня крутилась мысль: зачем я это делаю? Хантер с энтузиазмом прижимался ко мне. Что было совсем не романтично. Я почувствовала, как он возбуждался. Неудивительно для пятнадцатилетнего мальчишки. Примерно месяц назад мы с Джексом лежали на койке, читая друг другу, когда я заметила, как что-то увеличилось в его штанах. Я рассмеялась, а он смутился и выбежал из сарая, бормоча ругательства в мой адрес. Жаль, что я рассмеялась. Нужно было сделать вид, что я не заметила. Так поступил бы он.

Хантер попытался засунуть свою руку мне под рубашку, облокотившись на сетчатый забор за трибунами. Как раз в этот момент я услышала, как кто — то крикнул.

— Эм?

Разорвав поцелуй, я отстранилась и увидела Джекса, стоявшего на безопасном расстоянии. На нем была черная толстовка с капюшоном, которая скрывала лицо, так что я не смогла прочесть выражение. Руки он спрятал в карманах джинсов. Он выглядел иначе… удрученно. Не было больше крутого Джекса.

— Что случилось, Джексон?

— Ты в порядке? — его голос был низким и робким.

Я оглянулась на Хантера.

— Знаешь что, я…

— Че ему надо? — спросил Хантер.

— Я должна идти, — ответила я.

— Но мы же целуемся! — воскликнул Хантер.

Ха, а он наблюдательный.

— Знаю. Но мне нужно идти, извини.

Хотя мне было вовсе не жаль. Единственное, о чем я жалела — это о поцелуе с ним. Когда я подошла к Джексу, он поднял взгляд от ботинок. Его глаза покраснели от напряжения. Мы молча стояли друг напротив друга.

Уголки его губ поднялись вверх, но это оказалась не дерзкая улыбка, потому что он потупил взгляд. Грустная — вот какая это была улыбка.

— Он тебе нравится?

— Нет. Вовсе нет.

— Что это значит? Ты что, просто пыталась отомстить мне?

— Послушай… я…

— Это было о тебе… то, что я написал. Все до последнего слова были о тебе. — Его нижняя губа задрожала.

— Знаю, — произнесла я дрожащим голосом. И разрыдалась. Не могла сдержаться. — Мне понравилось, каждое из написанных тобой слов — понравилось… Они были так прекрасны…

Он протянул руку и вытер слезы с моей щеки.

— Эм, можем мы, пожалуйста, вернуться к тому, как все было раньше?

— Да… конечно же, да.

Он прижал меня к своей груди.

— Хантер Стивенс? Серьезно? Этот парень такой слизняк.

Я вытерла слезы и рассмеялась ему в толстовку.

— Да ладно, Дезире Бэнкс? Она шлюха, и все знают об этом… а эти сиськи, боже ты мой.

— Для справки, на самом деле я не зациклен на сиськах… Ну, в смысле…

— Я поняла, придурок! Поверить не могу, что твой первый поцелуй был с ней.

Он немного отодвинул меня, чтобы посмотреть мне в глаза.

— Первый поцелуй был не с Дезире.

— Нет?

— Нет. Я поцеловал Кэти Браун в седьмом классе. Мы обжимались в дальнем читальном зале библиотеки. — Он почесал подбородок. — А еще была Честети Уильямс, потом Лизи Питерс, а еще…