Развратные боссы (СИ) - Безликая Янита

Ласкаю тонкую шею подушечками пальцев, медленно спускаясь ниже, расстегиваю пуговицы на блузке. Одна, вторая, третья…

С шумом втягиваю воздух, рассматривая полупрозрачный бюстгальтер, и мне становится физически больно от того, что я до сих пор не в ней.

— De cul (сексуальная).

— Что ты сказал? — закусывает губу.

— Сними его, — приказываю.

Маргоша заводит за спину руки и через доли секунды бюстгальтер вместе с блузкой падают к ногам богини.

— О, да!

Сжимаю в ладонях упругую грудь, пощипываю соски.

— Ах! — вздыхает Марго, закидывая голову вверх.

Целую соблазнительные холмики, посасываю соски и спускаюсь с поцелуями ниже к пупку, обвожу его языком, стягиваю юбку вместе с трусиками по длинным ногам вниз.

— Закинь ножку на плечо, — прошу хрипло.

Маргоша послушно закидывает ногу, открывая вид на киску, истекающую соками. Языком раскрываю половые губы, собирая на кончике языка сок желания малышки.

Такая вкусная, сладкая…

Маргарита

Черт, они реально где-то учились этому?

Постанываю, сжимая волосы блондина, когда его язык со мной творит такое, что мозг плавится.

— Да, — хнычу, двигая бедрами навстречу трахающему меня языку.

— Адриан, пожалуйста, — умоляю, царапая кожу на голове.

— Я больше не могу, — рычит и разворачивает меня к стенке, шлепает по заднице и входит, на всю, мать его, длину.

Вскрикиваю от острого наслаждения и чувства наполненности.

— Двигайся, — приказываю.

Адриан, как назло не спешит двигаться, наоборот очень медленно выходит из меня миллиметр за миллиметром, чтобы потом резко войти так, что пальчики на ногах сжимаются, и вырывается крик. И так раз за разом. Тягучее ожидание и крик от грубого вторжения. Голова кружится, внизу растекается тепло, ноги дрожат.

— Пожалуйста, — хнычу.

— Нет, — продолжает свою пытку француз.

Целует спину и языком проводит по позвоночнику вверх к шее.

— Адриан, — рычу и сама пытаюсь насадиться на член, но железная хватка на бедрах никак не дает мне это сделать.

— Не двигайся, — хрипло произносит.

— Хочу быстро, — чуть ли не плачу от мучительной истомы внизу.

— Рано, — выдает Адриан, медленно двигаясь во мне.

Из глаз начинают литься слезы, внутри просыпается дрожь. Черт, что со мной?

— Боже мой, — вся сжимаюсь, пытаюсь отстраниться от Адриана.

Он хватает меня за волосы, больно сжав их на затылке, начинает грубо брать. Сжимаю губы до крови, пытаясь не взвизгивать так громко.

Плохо, хорошо, плохо… Черт, я не пойму…

Ах, внизу все, словно скручивается в воронку острого удовольствия. Я нахожусь на грани, в голове туман, ноги подкашиваются.

Адриан разворачивает меня к себе лицом и припечатывает к стене, страстно целуя, продолжает вдалбливаться. Разрываю поцелуй, взвизгнув от проникновения пальца Адриана, куда не следует.

— А-а-а-а! — постанываю, и внизу происходит взрыв.

Мне кажется, я теряю сознание, по телу проходит продолжительная судорога, внизу становится так мокро, словно я описалась.

— Нет — нет — нет, — шепчу, когда Адриана с рычанием продолжает вдалбливаться.

— Да, — рычит и кончает.

- ДА!

- Боже мой, — облизываю сухие губы, кто-то тарабанит по двери лифта, но мне сейчас плевать на все.

— Удивительная, — шепчет Адриан, нежно целуя.

— Мне кажется, я влюбилась, — шепчу, тая от нежности.

— Не ты одна, кошечка, не ты одна.

— И сколько так будет? — спросила, покосившись на пах Адриана.

— Часа три точно, — улыбнулся, обнимая меня за плечи.

— Тогда почему мы пошли пешком? — возмутилась.

— Чтобы поговорить, развратная моя, — у Адриана вырвался смешок.

— Я не развратная.

— Хорошо, это я развратный.

Вот с этим не поспоришь.

— О чем поговорить?

— Об Алексе.

— Одно имя, и все настроение испортилось.

— Обидчивая кошечка.

— Зачем ты хочешь говорить о нем, когда между нами зарождаются чувства?

— Кошка, давай честно, ведь тебе он тоже нравится, как и ты ему.

— Ты мне нравишься.

— И он, — улыбнулся Адриан.

— Не хочу спорить, это глупо.

— Вот и не спорь, а послушай. Алекса можно понять, невеста ему такие рога понаставила, что в проем было зайти невозможно, и ситуация с тобой воспринимается слегка болезненно.

— Когда он со мной спал, что-то не помню, чтобы его волновало, что я замужем.

— Детка, ты открыто заявила нам в первую ночь, что твой муж тебе изменил. Мы думали штамп в паспорте это всего лишь временная проблемка, на которую не стоит обращать внимание. И когда ты сегодня утром ввела в заблуждение Алекса, он разозлился думая, что ты спокойно, позажигав с нами, вернешься к мужу.

— Это он тебе сказал?

— Нет, это я предположил после твоего рассказа, и конечно его поведение о многом говорило.

— Так ему изменяла невеста?

— Да, но подробностей от меня не жди, Алекс захочет, расскажет.

— Что ты от меня хочешь? — устало вздохнула.

— Чтобы вы помирились, а в лучшем случае, чтобы ты сама сделала первый шаг.

— Что???

— Заметь, я сказал «в лучшем случае», так что прячь свои коготки, киса.

— Знаешь, я передумала идти к вам.

— Только не говори, что хочешь меня бросить в таком состоянии?

— Милый, у тебя всегда есть правая или левая рука, — мурлыкнула, притягивая Адриана к себе за шею для поцелуя.

— Ты в курсе, что сейчас трусливо сбегаешь? — спросил возле моих губ.

Вместо ответа ласково поцеловала кареглазого.

— Все-таки мое время вышло, — огорченно сказал Адриан, когда мы, прижавшись друг к другу лбами, пытались отдышаться.

— На сегодня, да.

— Трусливая кошка.

— Настырный француз.

— Иди уже, иначе я тебя не отпущу.

— До завтра.

Было сложно расставаться с Адрианом, хотелось провести вместе еще несколько часов, может быть даже пошалить, но мне необходимо подумать и немножко прийти в себя. Иначе сама не замечу, как хитрый блондинчик сведет меня с Сашей, на которого я очень обижена.

— Женщина, мы точно вместе живем? Я вижу тебя в сутки не больше часа, словно ты в гости приходишь, — заявила Инна, стоило мне зайти в квартиру.

— И я по тебе соскучилась, — скинув неудобные туфли, обняла подругу.

— Ты пахнешь так, словно только что занималась сексом, — поморщилась Инна.

— И как ты это определила? — спросила, направившись в душ, освежиться точно не помешает.

— Вот приведешь себя в порядок, и скажу, — крикнула мне вслед.

Приняв бодрящий душ, пошла на запах шоколада, разлетевшегося по всей квартире.

— Горячий шоколад, — застонала, забирая свою кружку и, сделав глоток, обожгла язык.

— Куда ты торопишься, горячий ведь?

— Как у тебя дела? — покусывая язык, села за стол.

Черт! У меня теперь всегда будут всплывать воспоминания, связанные с Сашей на кухне?

— Я беременна, — тихо сказала Инна, отвлекая меня от эротических воспоминаний.

— Ты что?

— Да, тебе не послышалась, я беременна от порноактера! Представляешь, что я буду говорить на вопрос ребенка «Кто мой папа?».

— А ты уверена, что он отец?

— Маргош, я знаю, с кем спала без презерватива.

— А зачем ты спала с ним без защиты? — спрашивает та, которая сама про это совсем позабыла.

Ах вот же… Так какой у меня там день?

— Хотела забеременеть, перестала принимать таблетки. Думала, если я забеременею, он решит на мне жениться, как ответственный мужчина.

— Зайка, это не самый верный способ.

— В любви все средства хороши, по крайней мере, я так думала.

— А сейчас не думаешь?

— Нет, потому что когда чувства невзаимные, это отвратно. Буду растить ребенка одна, и ничего ему не скажу.

— Сейчас твоя позиция не лучше, чем была до этого.

— Я не хочу, чтобы он только из-за ребенка был со мной, теперь не хочу, — из глаз Инны полились слезы.

— Понимаю, но сказать ему ты должна, это и его ребенок.