Солотчинские были - Дмитрий Акимович Коновалов

Иногда над ним даже подшучивали, продолжая вместо него говорить текст письма.

Хоть мать была самоучкой (отец сам помогал ей учиться), он никогда ни в чем не ущемил ее самолюбия. Не только нам, детям, но и товарищам своим всегда говорил, что и ордена, и звания, и академии — все это получено на двоих и пройдено вместе, все пополам. И это правда. Быть женой военного нелегко. А закалку мать, как и отец, получила в Красной Армии. Революция и повенчала отца с матерью. Они расписывались в Смольном. С Ленинградом и его людьми у отца связано было все самое дорогое.

Свои обязанности депутата Ленсовета он выполнял очень старательно. Помню, летом 1946 года мы жили в Разливе. В тот год к шалашу Ленина было большое паломничество не только ленинградцев, но и первых послевоенных туристов из других городов. Собрались к шалашу и мы. А дорога оказалась страшно разбитой, все мостки полуразрушены. Мы не ехали, а почти на себе тащили машину. Я больше всех возмущалась, что местные власти не нашли возможность починить дорогу. Отец в ответ иронизировал: «Ты же будущий журналист, вот и сигнализируй о недостатках, пиши в газету». Я написала. Утром отец взялся сам отвезти письмо в «Ленинградскую правду». Мы все удивились, когда в следующий выходной отец предложил снова поехать к шалашу. «Опять будем машину на себе тащить?» — «Ничего, вам полезно физическим трудом заниматься!» Пришлось ехать. Дорога была отличная: ее уже отремонтировали.

Для отца было свято все, что касалось Ленина. У нас сохранилось собрание сочинений Ленина, каждый том которого пестрит аккуратными отцовскими пометками синим и красным карандашом. Мы все трое — я, брат и сестра — учились по этим книгам; отцовская рука указывала нам, на чем надо сосредоточить внимание. Мне было приятно, когда мои мысли совпадали с отцовскими.

Конечно, отец был штабист, он должен был знать все о битвах. И нечего, пожалуй, удивляться тому, что он, глядя на карту, видел во много раз больше, чем видели мы, люди гражданские. Но меня всегда поражало другое: о каких бы битвах он ни рассказывал, он знал и как люди были одеты, и какое у них имелось оружие, и какая была в день сражения погода, на какой реке остановились, в каком лесу засаду сделали, с какой стороны к крепости подошли.

А как хорошо он знал и умел рассказывать о жизни русских писателей, художников, ученых! Сам того не замечая, он приобщал меня и сестру к литературе и искусству. Я стала журналистом, сестра — актрисой, и только брат дважды остался верен отцу — он военный инженер.

Всю свою жизнь отец отдал армии, прослужив в ней со дня создания до последних дней своей жизни. И умер он генералом при исполнении служебных обязанностей, но в душе он всегда оставался гражданским человеком — путиловским рабочим. И верил твердо, что настанет на земле время, когда военное дело будет лишь видом спорта, а не основной профессией человека.

О Солотче наших дней

 

огда мы говорим о современном поселке Солотча, то в нашем воображении прежде всего возникает сосновый лес и луга, сверкающие воды старицы и заросшие травой озера.

Чем еще интересна Солотча?

В бревенчатое здание поселкового Совета с развевающимся красным флагом на крыше едут и идут люди, чтобы решить свои нужды и трудные вопросы.

Председатель исполкома Николай Иванович Леденев, высокий, энергичный, рассказал:

— Солотча — это прежде всего здравница. В доме отдыха «Солотча» летом отдыхает до 600 трудящихся; туристская база обслуживает до 400 человек. В поселке 12 пионерских лагерей, рассчитанных на 5000 детей, есть детские ясли и два детских сада (один для ребят поселка, другой — Рязани), Дом пионеров и областной санаторий имени В. И. Ленина, больница, гостиница «Загородная». В поселке работают два кафе, 14 магазинов (из них три промтоварных), прокатный пункт комбината бытового обслуживания, баня-прачечная, аптека, почта, радиоузел, Дом культуры, средняя школа.

На территории Солотчи размещаются Солотчинский лесокомбинат и Мещерская зональная опытно-мелиоративная станция (ЗОМС). Солотчинский лесокомбинат — большое хозяйство. Основные его участки — это лесничества, занятые выращиванием и охраной леса. Они разбросаны в радиусе до 60 километров. Лесокомбинат имеет механический лесопункт на железнодорожной станции Ласково, где производится переработка леса на пиломатериалы. Мещерская ЗОМС занимается мелиорацией заболоченных почв, разработкой и внедрением в сельскохозяйственное производство передовых методов труда. Посмотрите эти хозяйства, загляните в детский санаторий, в пионерский лагерь, в больницу. Уверен, хороших людей повстречаете…

Конечно, главная ценность поселка — его люди.

Чем лучше человек, тем больше от него тепла и света. Вот ведь не так уж много прожили в Солотче А. Гайдар, К. Паустовский и Р. Фраерман, а благотворное воздействие их на сердца и мысли солотчан огромно. Один из пионерских лагерей носит имя Аркадия Гайдара. Главная дорожка проходит через полянку, окруженную высокими кустами зелени. Это площадь Аркадия Гайдара. Тут установлен большой портрет улыбающегося друга детей и щит, на котором крупными, видными издали буквами изложена «Клятва Гайдару»:

Помните твердо, помните свято,

Пусть для вас это будет закон:

Он жил как боец, погиб солдатом,

Жизнь проживите, как прожил он.

Мы клянемся, что будем всегда

Верными делу Гайдара…

И т. д.

Старшая вожатая Раиса Сергеевна Косичкина сама волнуется, когда рассказывает о торжественной клятве пионеров. Она знакомит всякого желающего с пионерской комнатой, где несколько разных альбомов: «Наши тимуровские дела», «Жизнь А. Гайдара», затейливые изделия кружка «Умелые руки». С гордостью показывают пионеры рукописный рассказ Р. И. Фраермана «Яблонька Гайдара», подаренный автором группе пионеров, посетивших его в доме И. П. Пожалостина летом 1961 года.

В детском санатории имени В. И. Ленина можно познакомиться с врачами и преподавателями, с их большой врачебной, воспитательной и научной работой. А шумные ребятишки пригласят вас в свой кукольный театр…

За домами поселка, рукой подать — больница. Она словно спряталась в лесу, укрытая высокими соснами, да и корпуса ее сложены из толстых сосновых бревен. И в воздухе разлит аромат сосен.

Я преклоняюсь перед каждодневным подвигом врачей, которые возвращают людям здоровье. В кабинете главного врача я листаю книги отзывов и предложений, их три, и в них сплошь слова благодарности людям в белых халатах. Больные с большой теплотой отзываются о терапевте Вере Николаевне Фельдцер,