Принцесса и ковбой - Кортни Пакард

Но факты есть факты, и ничего с этим не поделаешь. Надо дождаться Ральфа и сообщить ему новость. Он, наверное, разозлится, узнав, что пропустил все интересное. Почему это ковбоям всегда хочется быть впереди? Мужчинам свойственно думать, что они самые умные и сильные, а женщины годятся лишь для готовки обедов и рождения детей.

Долли торжествующе улыбнулась: так-то, мистер Вильямс, теперь вы убедитесь, что и слабый пол способен на кое-что большее! Допивая кофе, она продолжала наблюдать за Хуаном. Тот, к огромному удивлению официанта, заказал еще бутылку текилы, мясо по-бургундски и крабовый салат. Долли подумала, что после такого количества алкоголя он не сможет встать на ноги и уснет прямо здесь, за столиком. Но Хуан спокойно и методично ел, глядя в тарелку и не обращая внимания на окружающих. Периодически он наливал в бокал текилу и, задержав дыхание, быстро выпивал, заедая круто посоленной долькой лимона.

— Ну, все отлично устроилось.

Долли вздрогнула от неожиданности и оглянулась. Ральф стоял у нее за плечом, с недоумением поглядывая на продолжающего мерно жевать Хуана.

— Что это за чудо?

— Это тот самый мексиканец, которого мы ждали, — безразличным тоном сказала Долли. — Он только что договорился с Эдгаром Гамильтоном о встрече.

Ральф недоверчиво покачал головой.

— Как вам удается оказываться в нужном месте в нужное время? — немного раздраженно спросил он. — Пока я изображаю Супермена и спасителя несчастных женщин, вы делаете всю работу.

— Ничего, на вас тоже хватит, — с довольной улыбкой ответила Долли. — Какие у нас планы?

— Откуда я знаю? Чем обычно занимаются миллионеры на отдыхе?

— Развлекаются. — Она, оставив на столике деньги за завтрак, встала и направилась к выходу, бросив через плечо. — Именно этим мы и займемся.

Ральф потоптался на месте, но все-таки последовал за Долли. Ее стройная фигурка, отметил он про себя, привлекала взгляды мужчин. И даже Хуан соизволил оторваться от тарелки, правда, всего на мгновение. По всему было видно, что гастрономические удовольствия он предпочитает визуальным.

— Куда вы?

— Сейчас мы пройдемся по магазинам, потом пообедаем в отеле…

— А как же работа? — с недовольным видом спросил Ральф. — Кто будет наблюдать за Гамильтоном?

Долли взяла его под руку и, подлаживаясь под широкий шаг, весело ответила:

— Похоже, до воскресенья нам больше нечего делать. А если мы засядем в холле, как два пенька, то это покажется подозрительным. Поэтому не спорьте со мной и перестаньте хмуриться.

Ральф промолчал. А что он мог сказать? В конце концов, Долли права, нельзя же постоянно находиться в отеле. С другой стороны, за время их отсутствия может произойти что-то важное. Но солнечный день и легкий ветерок манили на улицу. И очень приятно было идти рядом с Долли, такой красивой и пребывающей в хорошем настроении, приятно было болтать о пустяках и забыть хотя бы на несколько часов о проблемах.

Вообще-то Ральф совершенно не умел отдыхать: сколько он себя помнил, всегда находились неотложные дела, требующие его участия. В детстве он помогал матери по дому, занимался с младшими братьями. В юности, еще учась в школе, после уроков седлал коня и объезжал ранчо. Это были самые счастливые дни в его жизни. Синее бездонное небо с парящими в высоте птицами, перестук копыт, сухой жар слепящего солнца…

А потом, после окончания колледжа, работа в полиции. Он встречался, конечно, с приятелями, ходил на вечеринки и знакомился с милыми женщинами. Но все это казалось не настоящим: словно не живешь, а листаешь альбом с цветными фотографиями. Возможно, именно поэтому Ральф так мечтал вернуться в Форхорс, там бы ему нашлось достойное дело.

Воспитанный на примере матери, которая ни минуты не могла посидеть спокойно и считала, что каждый человек рожден для того, чтобы трудиться, Ральф не представлял, как можно целыми днями ничем не заниматься и получать от этого удовольствие. Некоторые его знакомые твердили, что отдали бы все, лишь бы разбогатеть, но ничего для этого не делали. Почему-то многие уверены, что миллионеры с утра до ночи загорают в шезлонгах, пьют коктейли и развлекаются, швыряя на ветер тысячи долларов.

Но стоило познакомиться с ними поближе, чтобы понять — это совсем не так. Вот, к примеру, Эдгар Гамильтон: он даже на отдыхе погружен в какие-то расчеты, изучает документы, строит планы на будущее. Ральф невесело усмехнулся: пример был не самый лучший, если учесть, что через два дня им с Долли придется арестовать этого симпатичного человека.

6

— В жизни не пила столько шампанского! — воскликнула Долли. — Шеф на год урежет нам зарплату, чтобы покрыть расходы.

Ральф с восхищением смотрел на нее: от выпитого вина на щеках появился нежный румянец, глаза блестели, шелковистые волосы рассыпались по обнаженным плечам. Они славно провели этот день, как настоящая супружеская пара, которая тратит деньги не считая. Ральф даже не скучал в магазинах, где Долли подолгу примеряла платья, и приветствовал аплодисментами ее появление из-за ширмы. Ему нравилось все: и узкая длинная юбка с косым разрезом, и коротенький сарафан из хлопка, украшенный яркими аппликациями, и строгий брючный костюм.

Потом, отправив покупки с рассыльным в отель, они бродили по улицам, заходили в открытые кафе, чтобы выпить прохладного вина, гуляли в парке. Долли уговорила Ральфа покататься на каруселях, и они взмывали в небо, держась за руки, как влюбленные подростки.

И вот теперь этот роскошный ужин в маленьком ресторанчике на берегу океана, и гитарист, наигрывающий какую-то печальную мелодию, и звезды, загорающиеся в темноте, как крохотные фонарики. В этой романтичной обстановке и сама Долли словно бы изменилась, стала мягче и беззащитней, и перестала наконец отпускать язвительные замечания по любому поводу. В ее взгляде Ральфу чудилась затаенная нежность, и он, замирая, думал, что, может быть, сегодня ночью…

— У меня кружится голова. — Долли прижала к щекам ладони и на мгновение закрыла глаза. — Но это такое приятное ощущение.

Она чувствовала себя легкой, как мотылек, словно пузырьки газа из шампанского наполнили, покалывая, тело и сделали его почти невесомым. Если встать и подпрыгнуть, то можно даже взлететь, подняться над столиками, над удивленными запрокинутыми лицами и еще выше, к золотистой луне, выглядывающей из-за облаков.

— Наверное, нам пора возвращаться в отель, — сказал Ральф, не в силах ни на мгновение оторвать взгляд от улыбающейся Долли.

— Да, пожалуй, — ответила она вдруг погрустневшим голосом. — Праздник закончился…