Возвращение колымского мамонта - Виталий Галияскарович Гадиятов

обед в кафе. Когда-то они вместе работали над проектом создания северного заповедника на площади приморской тундры, а когда его открыли, их дороги разошлись. Кирилл, будучи орнитологом, отработал несколько лет в заповеднике, защитил диссертацию. Изучая белого журавля, он не раз вслед за ним отправлялся в Китай и в другие страны Юго-Восточной Азии. А Кусов по служебной лестнице поднялся выше: стал доктором наук, профессором; уже давно возглавлял лабораторию ископаемой фауны, которую в своё время сам и организовал.

В своей родной деревне Белов давно не появлялся, не поддерживал он и связь с главой администрации, которого хорошо знал ещё по школе, где тот был комсомольским вожаком. За обедом Кирилл рассказал о своих семейных проблемах, поделился впечатлениями об общих знакомых и своих земляках. Из этого разговора Кусов понял, что никто из них о мамонте тоже ничего не слышал.

Единственным человеком в городе, кто был информирован о находке мамонта в вечной мерзлоте Приколымья, был корреспондент отдела новостей республиканской газеты Олег Савилов. Кусов вышел на него по совету своего бывшего сотрудника, давно работавшего в одной властной структуре. Корреспондент уже успел даже подготовить статью об этом важном открытии. Статья была набрана и должна была выйти в завтрашнем номере газеты. Узнав такую ошеломляющую новость, Кусов предпринял все, на что был способен, и только благодаря его слёзным уговорам главный редактор газеты публикацию статьи снял, отложив на неопределенное время. На прощание он сказал, что в случае изменения обстановки статья выйдет без предупреждения. Что это значит и когда это может случиться, на радостях Кусов не спросил и теперь корил себя за допущенную оплошность.

Как корреспондент докопался до этого материала, Кусову узнать не удалось. А недовольный Савилов только отшутился:

– Этим и отличается классный журналист от рядового. Он знает, где и как достать горячий материал. Свои каналы информации я никому не продаю, а вам и тем более не скажу. Могу только сообщить по секрету, чтобы получить хороший результат, надо много работать.

Кусов «прошёлся» по возможным источникам информации и, в конце концов, пришёл к заключению, что Савилову сообщил кто-то из этой же деревни.

«Весь мир – это одно целое, а Колыма – другая планета, – запали ему в душу слова, сказанные орнитологом Кириллом.

– Там все знают друг о друге лучше, чем о себе. Никаких секретов для них не существует».

В этих словах была определённая доля правды, и об этом Кусов сам хорошо знал. В маленьких населённых пунктах обычно все контактируют друг с другом, поэтому сохранить информацию практически невозможно.

– В первую очередь, я думаю, корреспондент узнал от самого главы администрации, – вечером при встрече говорил он директору института, – а потом позвонил в деревню. Так сказать, поинтересовался откликами рядовых жителей на это важное событие ну и заодно проверил достоверность информации. В приличной газете – это главное правило. Впрочем, такая мера предосторожности никому не помешает. Я проверил, – продолжал Кусов, – из редакции был звонок в деревню, звонили с телефона Савилова. А вот кто звонил, этого, к сожалению, я сказать не могу.

– Ну ты даешь, Алексей Иванович, – не выдержал Мазур, пришедший в директорский кабинет вместе с завлабом. – Вот это работа! А я-то думаю, как ты так легко собираешь свой научный материал. У тебя, оказывается, есть все замашки настоящего сыщика. Не зря говорят: «Талант многогранен».

Польщенный такой реакцией подчиненного, Кусов скромно улыбнулся. Не каждый день доводилось ему слышать комплименты в свой адрес.

Директор быстро отреагировал на их разговор; такие моменты Удалов любил обыгрывать и часто использовал в воспитательных целях.

– Вот-вот, господа учёные-палеонтологи, об этом я как раз тоже хотел вам сказать. Алексей Иванович действительно отработал очень оперативно и с научным подходом. Он проанализировал проблему по всем статьям, так и должен работать настоящий научный сотрудник. Николай Васильевич, вот вам наглядный урок, преподнесенный вашим руководителем. Учитесь!

Приспустив на нос очки, он окинул их строгим взглядом. Мазур, как школьник, опустил глаза.

– Ну ладно, мы собрались не для этого, – переменив тон, продолжал директор. – Пока ещё рано раздавать комплименты друг другу. Работать надо, господа палеонтологи, будут результаты, будем вас хвалить.

В его словах прозвучали строгие нотки, можно было подумать, что он отчитывает на лекции нерадивых студентов, а не беседует с солидными учёными.

– Главное достижение по нашей проблеме, которого мы добились на данный час, – решили вопрос с деньгами на командировку. Завтра они поступят на наш счёт, а послезавтра мы получим их в банке. К сожалению, в нашей системе быстрей пока никак не выходит. Хотя теперь всё равно можно не спешить: ближайший самолёт на Колыму летит завтра, а следующий будет через три дня. К тому времени, я думаю, вы как раз успеете. Деньги получаем на вашу командировку, оплату раскопок и транспортировку мамонта до города. Потом, Алексей Иванович, вам придётся написать отчёт о проделанной работе и, как обычно, смею вам напомнить, надо будет приложить докладные и финансовые документы. Объяснительную записку в министерство я напишу сам, но это потом. Кстати, если контролёры из казначейства установят, что деньги с экологической темы использованы не по назначению, мне грозит штраф в размере двухмесячной зарплаты. Вот на такое финансовое нарушение мне пришлось пойти ради этой работы.

Кусов про себя даже прослезился, подсчитав размер директорской зарплаты за два месяца.

«Вот будет дел, если он пролетит. Сам Николаевич, может, побурчит да успокоится, а вот его жена нам этого не простит. Кстати, в последнее время она и так на меня почему-то косится. Хорошо, хоть работаем в разных лабораториях и на разных этажах».

– Второе, – продолжал директор, – в командировку на Колыму полетите вдвоём. Вас в Алазеевске встретят и дадут провожатого, с которым вы доберётесь до захоронения мамонта. На этот счёт у меня есть договоренность с главой администрации Слепцовым. Третье, – директор поднял руку вверх, отогнув по порядку сразу три пальца, – у меня есть кой-какие соображения по размещению этого мамонта на международных выставках. В будущем году открываются выставки в Мюнхене и в Париже.

– Еще будет специализированная выставка в Японии, – не выдержав, вставил Мазур. – Я видел проспект в Зоологическом музее.

– Подождите, подождите, господин Мазур, не всё сразу. Мамонта ещё нужно откопать и привезти сюда, а уже потом будем говорить о разных выставках. Это я вам для затравки сказал, а вы сразу же по выставкам рванули. Алексей Иванович, напишите рапорт о командировке на Колыму и сформулируйте текст официального письма в администрацию посёлка. Там должна найти отражение фраза об изучении мамонта в стенах нашего института. Ещё