Лекарство от старости - Олег Зарицкие

Крутов прочитал информацию по обоим, и его лицо удивлённо вытянулось.

- Как это оба мертвы? — он удивлённо смотрел на Максимова. — Коваленко ничего не попутал?

- Нет, это те самые, — заверил Максимов. — Три раза сам проверял. Это как с киевским «Фокстротом», помните? Хозяева уже пять лет как мертвы, а фирма до сих пор успешно работает.

- На хрена мне твой фокстрот, — выругался Крутов.

- Николай Янович, спокойно, — Максимов поднял вверх руку. — Докладываю.

Гражданин Куприянов Антон Всеволодович 1978 года рождения. 36 лет. Кличка «Академик». Бывший студент медицинской академии, получил три года по 139-й за неоказание помощи больному. Отбывал в Бучанской ИК № 85 вместе с гражданином Караевым Самиром Эльдаровичем 1966 года рождения, 48 лет. Кличка Калуга. Трижды судим. Последний раз в том же 2004 получил три года по 263-й. Освободились оба в 2007 году.

- Ты понял, — Крутов посмотрел в свой листок, потом на Максимова. — Академик сидел за неоказание помощи больному. Значит это он всё придумал, а Калуга осуществлял материальную и силовую поддержку. И год начала эпизодов в Киеве совпадает с их выходом.

- Да я тоже обратил внимание, — кивнул Максимов. — Так вот, в 2008 году труп гражданина Куприянова Антона Всеволодовича 1978 года рождения, был найден в Киеве на сьёмной квартире с диагнозом «передоз». А гражданин Караев Самир Эльдарович, 1966 года рождения умер три недели назад — 25 мая в городе Одессе от сердечного приступа после прогулки на яхте. Похоронен в Киеве.

- Да, я вспомнил, — задумался Крутов. — Точно, вор в законе Калуга. Его ещё хоронили как народного артиста и по всем каналам в новостях похороны показывали. Но тогда как Академик два года назад проводил обучение этого Руденко?

- Сам не знаю. Чертовщина прям, — признался Максимов. — Нужно ещё раз допрашивать Руденко и показать ему фотографию Куприянова — Академика.

- Согласен, — Крутов закурил. — Давай его срочно в допросную. Максимов позвонил дежурному и сказал, чтобы привели Руденко.

- Срочно сделай запрос по фирме, на которую отправляли деньги.

- Уже дал команду. Жду результат.

- Ладно, пошли в допросную, — сказал Крутов и они вышли из кабинета. Руденко был уже там.

- Этот человек вас обучал? — не здороваясь, сразу спросил Крутов у Руденко, показывая ему фотографию молодого и наголо бритого Куприянова — Академика.

- Нет, — уверенно ответил тот. — Академик был постарше, с такой профессорской бородкой, — он показал на себе форму бородки Академика. — И волосы у него были длинные. Торчали в разные стороны. Там ещё на стене был портрет этого, — задумался Руденко. — Ну, этот, учёный известный, который язык показывал. А, вот вспомнил — Энштейн. Так вот Академик на него очень похож, только помоложе и с бородкой. Мы ещё с пацанами прикалывались, что может они братья.

- Фоторобот составить сможешь? — спросил его Максимов.

- Да можно, — согласился Руденко.

- Думаю, что это парик и борода фальшивая, — задумчиво сказал Крутов. — Но фоторобот всё равно сделать нужно. — Крутов повернулся к Руденко — Сколько вас работает в Киеве?

- Не знаю, — покачал головой Руденко.

- Кто ходил к пациентам в онко-центрах?

- Тоже не знаю. Я работал только по заказам.

- Ладно, веди его к художнику, — сказал Крутов Максимову. Максимов нажал кнопку на столе. Зашёл омоновец.

- Отведи этого к художнику, — сказал он омоновцу. — Пусть фоторобот делают. Я сейчас тоже подойду.

Омоновец отстегнул наручник и вывел Руденко.

- Да, хитёр этот Академик, — размышлял Крутов. — И смерть свою сымитировал и перед этими ряженым ходил. Да и диспетчеров зашифровал конкретно.

У Максимова зазвонил телефон.

- Слушаю, — сказал он. — Так. Так. Понял. Спасибо Максим.

- Что там, — вопросительно смотрел на него Крутов.

- Мой Самойлов звонил, — грустно сказал Максимов. — Сказал, что фирма однодневка. Их меняли каждые три месяца. Учредители — лица утерявшие паспорт. Деньги они проводили как выручку от массажных услуг. Типа филиалы по всей стране.

- Это понятно. Стандартная схема, — не удивился Крутов. — Пусть твой Самойлов срочно едет в банк и выбивает с них платежи.

- Какие платежи? — не понял Максимов.

- Фирма, имеющая офис, пользуется электричеством, интернетом, водой, телефоном, — начал перечислять Крутов.

- Понял, Николай Янович. Уже звоню ему, — он набрал номер и дал команду своему подчинённому проверить все исходящие платежи.

- Хотя диспетчера уже искать бесполезно, — грустно размышлял Крутов. — Они наверняка уже поняли, что потеряли двоих. К вечеру поймут, что и третьего, поэтому, скорее всего уже сменили помещение.

Они вместе с Максимовым вышли из допросной.

Максимов пошёл смотреть фоторобот, а Крутов пошёл к себе.

«Нужно срочно ехать в Одессу», — думал он. — «Академик явно жил в Одессе,

раз там обучал этих парней. Значит там должны его знать».

Он набрал номер Максимова.

- Срочно закажи мне билет в Одессу на ближайший рейс. Ты остаёшься в Киеве на связи.

Крутов вызвал машину и поехал домой перекусить перед дорогой и собрать вещи.

Знаменитый британский дирижёр Эдвард Доунс и его супруга Джейн покончили с собой в одной из швейцарских клиник, оказывающей услугу по достойному уходу из жизни — эвтаназии. Доунсу было 85 лет, а его жене 74 года. Супруги прожили вместе 54 года.

По словам их детей Доунсы решили уйти из жизни вдвоём и прекратить бороться с болезнями, потому, что недавно дирижёр почти полностью ослеп и потерял слух, а его жене, некоторое время назад диагностировали рак. Законы Великобритании запрещают эвтаназию, но обычно власти не преследуют родственников, которые отвозят своих близких в страны, где есть клиники, помогающие быстро и безболезненно уйти из жизни. Эвтаназия разрешена в швейцарском кантоне Цюрих с 1941 года и около 2000 человек ежегодно добровольно уходят здесь из жизни. Основное количество приезжает из Германии и Великобритании. На ноябрь 2008 года около 100 британских граждан воспользовалось услугами швейцарской организации «Dignitas» в Цюрихе, а 690 были зарегистрированы как будущие клиенты. В кантоне Вауд в Швейцарии разрешено проводить эвтаназию в домах престарелых с медицинским уходом. За это проголосовали 61 % жителей этого региона. Согласно закона, пациент, принимающий решение о добровольном уходе из жизни, должен страдать тяжёлым или смертельным заболеванием. Больной также должен быть дееспособен, а врачам необходимо проинформировать его о возможностях паллиативной терапии. В Швейцарии эвтаназия может совершаться врачами, а также любыми лицами, которые не должны быть заинтересованы в смерти пациента.