Любимая для Жестокого - Лия Рой

– Ничего… просто купил тебе любимых булочек…

– Рома… – холодно протянула я. – С каких пор то, что я люблю, снова стало для тебя что-то значить?

– Зачем ты сейчас начинаешь этот разговор? – тут же взвился Коршун.

– За тем, что дома тебя ждет Дана, которую ты, не стесняясь, трахаешь на весь дом! Это в то время, как я живу в какой-то конуре, в которую ты меня запихнул, едва ли не под чердаком! За тем, что каждый день ты вытираешь об меня ноги, угрожаешь тем, что заберешь нашего ребенка! За тем, что когда хочешь гладишь и целуешь, а когда хочешь – бьешь и прогоняешь!

– Нашего? – Роман повернул ключ зажигания и заглушил мотор. Кажется, он услышал только это.

– Да, нашего…

– Откуда такая уверенность? – В его голосе послышались стальные нотки.

– Сроки… он не может быть от Ростислава. Разница составляет две недели.

– То есть ты уверена, что это… это моя дочь?

– Да…

Не знаю, почему решилась сказать это только сейчас. Я всегда знала, что ребенок не от младшего Коршуна, но говорить об этом не было смысла. Роман не верил ни одному моему слову. А сейчас…

– Почему сразу не сказала? – Он повернулся ко мне, посмотрел очень внимательно.

– А что бы это изменило? Ты забыл, как меня привели в твой дом? Твоя команда спецназа не особо со мной церемонилась. Ты выдал таких ужасов, что мне до сих пор не по себе… Ты бы ни за что не поверил моим словам тогда. Не знаю, почему веришь сейчас.

– Я… – Он сглотнул, отвернулся. Кажется, Коршун и сам не мог ответить на этот вопрос. Ничего больше не сказал, только включил двигатель и медленно выехал с парковки.

Глава 27

Не знаю, что на меня нашло. Что-то нашло и это было фактом.

Еще вчера, когда я увидел Лану в том красивом платье. Она показалась мне феей из другого мира, звездой, сошедшей с неба. Никак она не могла быть просто человеком. Просто женщиной.

Это Дана была обычной представительницей женского пола, а Элана неземным цветком, воздушным созданием, сказочной принцессой…

У нее было влияние на меня, она могла мной вертеть даже после того, что произошло. Колдунья! Самая настоящая ведьма, иначе никак не объяснить того, что я верным псом потащился за ней в торговый центр, скупать ненужное шмотье!

А потом едва не прибил тех размалеванных девиц – консультантов из магазина. Лучше бы работали вместо того, чтобы строить глазки почти женатым мужикам! Шлюхи.

Не мог я видеть Лану плачущей. В особенности, сейчас, когда время уже прошло и злость улеглась.

Это полгода назад, когда только увидел запись, на которой моя любимая женщина трахалась с родным братом, я хотел и вполне себе мог ее убить.

А сейчас зверь во мне уже притаился. Ушел куда-то глубоко, спрятался за ненадобностью.

Чем дольше Элана находилась со мной, тем сильнее я оттаивал, готовый позабыть обо всем на свете. Простить ей измену, попытаться ее оправдать… хоть как-нибудь, черт возьми! Потому что я больше не мог находиться рядом с ней и не иметь возможности ее касаться, целовать, трахать, в конце концов! И тут даже Дана уже не могла помочь…

Я отвез ее в парк, где Елисеева тут же пришла в себя после душного и набитого людьми торгового центра. Щеки снова порозовели, взгляд стал мягче и спокойнее. Затем в любимый итальянский ресторан. Правда к концу вечера неблагодарная маленькая нахлебница напала на меня с разборками.

Нет, а чего она хотела, чего ожидала, ложась под моего брата?! Что я буду хранить ей верность?

А то, что бил… тут, конечно, гордиться было нечем. Но я не знал, что на тот момент она уже была беременна, более того, не контролировал себя в то мгновение…

Стоило мне увидеть, как младший брат имеет мою девочку, мою невесту, единственную и неповторимую принцессу, как в голове что-то помутилось. Что-то внутри оборвалось, барьеры оказались разрушены и весь яд вылился наружу, едва при этом не убив Элану.

Я не знал, можно ли верить Елисеевой, но говорила она уж очень уверенно. И как-то обреченно.

Если девочка действительно была от меня, то… что бы это изменило? Я вроде как собирался поиздеваться над Эланой и выбросить ее на улицу… так ведь? Забрать ребенка себе, вне зависимости от пола, и растить под себя…

Конечно про то, что я отдам ребенка, я блефовал. Никогда. Моя кровь и плоть, как я смог бы такое допустить? Но Лана об этом не знала, и я чувствовал, что просто обязан ее помучить…

В тот момент.

А сейчас… сейчас я даже не знал, что думать, как вести себя с ней.

Лану хотелось одновременно терзать и защищать. Я хотел, чтобы она плакала и вместе с этим я не мог смотреть на ее слезы, а улыбка этой женщины согревала меня даже в самый лютый мороз.

Проклятье. Вот говорю же, она околдовала меня! И брата, наверное, тоже, хотя его это и не оправдывало!

Я не знал, сколько еще выдержу в таком темпе. Вроде бы, собирался наказать Лану, притащив ее домой, поселив под боком и замутив при ней с давней и ненавистной соперницей, а вышло все наоборот.

Мучился я и не знал, как выпутываться из ее тонко сплетенных ведьмовских сетей.

Глава 28

По приезду домой Кудрявцева закатила мне настоящую истерику. Буквально долбанный допрос устроила. Выспрашивала, куда, с кем и за чем ездил. Почему домой так поздно вернулся, почему на звонки ее не отвечал.

А я не понял, с какого хера вдруг должен стал отчитываться этой шлюхе?

Итогом стало то, что я влепил ей звонкую пощечину и велел собирать манатки. И, так как с первого раза Дана не поняла, пришлось дать вторую