Ты и только ты (СИ) - Хисамова Лилия

Мы возвращаемся наверх и направляемся в ту же комнату. Я уже понимаю, что это не спальня хозяина дома, а место, куда он приводит своих временных любовниц.

– Можно мне помыться? – задаю вопрос и сжимаюсь от неловкости.

Никак не могу отделаться от ощущения, что нахожусь здесь в плену. Душное помещение давит на меня. Я скучаю по свежему воздуху. А под струями горячей воды смогу выкроить немного времени, чтобы побыть в одиночестве и привести мысли в порядок. Кто знает, может в голову забредут и новые идеи для побега.

Раф молча кивает, и я, не сдерживая довольной улыбки, открываю дверь ванной комнаты, чтобы поскорее скрыться.

Только вот моей улыбке не суждено жить долго. Сделав шаг внутрь, я чувствую тепло его тела позади себя. Раф становится моей тенью. Идёт за мной шаг в шаг.

Меня наполняет негодование, и я поворачиваюсь, чтобы с возмущением взглянуть на мужчину.

– Что ты делаешь?

Раф игнорирует мой вопрос и, закрыв дверь, тут же стягивает с себя джинсы.

– Раф…– спотыкаюсь на полуслове от увиденного.

За долю секунды боксёр меняется в лице. Напряжение исчезает, и он становится похож на маленького ребёнка, который ждёт, что ему за хорошее поведение дадут конфетку.

– Здесь? – скорее удивляюсь, чем спрашиваю. Потому что и так понятно, что Раф уже вошёл в роль сабмиссива.

Власть действительно опьяняет.

Иначе как объяснить, почему я испытала такой яркий оргазм, почувствовав маленькую победу над монстром, когда он брал меня без моего согласия?

Неужели я стала зависимой, и сейчас, когда мне выпал шанс, я жажду таких же острых ощущений?

– На колени, – решаю проверить меру своей дозволенности.

Без колебаний мощное мужское тело опускается вниз. Прямо к моим ногам.

– Целуй.

Губы Рафа нежно поочерёдно касаются моих ступней.

Это безумно странное чувство, когда человек, которого ты боишься до смерти, вот так с лёгкостью сдаёт позиции и признаёт твою власть над собой.

Ощущение триумфа затмевает разум. Стоит попробовать его на вкус всего один раз, как тело тут же требует добавки. В десятикратных размерах. Поэтому я и “вгрызаюсь” в выпавшую мне возможность.

Открываю стеклянную дверцу в душевую кабину и через плечо бросаю.

– Зайди внутрь.

Раф кажется мне роботом, пульт управления которым вложили в мои руки. Он чётко, словно механическая машина, исполняет любую мою команду.

– Включи холодную воду.

Сам ведь просил наказания.

Чем не шанс проверить его шкуру на прочность?

И следить я буду внимательно, чтобы не халтурил.

– Крути до конца до упора.

И здесь не сопротивляется.

Ледяной фонтан обрушивается на мужское тело. Раф прикрывает глаза, но не дёргается и не отстраняется, а, наоборот, расслабляясь, подаётся к источнику потока, как будто зверь попал в среду своего обитания.

Я иронично хмыкаю.

Нет, это не наказание.

Наверняка, боксёр часто принимает контрастный душ и привык к холодной температуре.

– Выключи.

Раф закрывает кран и поднимает правую руку. Пальцами зачёсывает мокрые пряди назад. Я, как заворожённая, любуюсь им. Крупные капельки воды соблазняюще стекают по идеальному рельефу мощной груди. И у меня вдруг возникает абсолютно безумное желание слизать их.

Мысленно обругав себя, встряхиваю головой, пытаясь сохранить трезвый ум, и вновь даю указ.

– А теперь горячий душ.

Раф застывает, как будто раздумывая над моей очередной прихотью, но этот миг длится не больше секунды. Его рука опускается на барашек смесителя и прокручивает тот до самого конца.

Как в замедленной съёмке вода начинает покрывать его голову, потом плечи, грудь. Я вдыхаю тёплый пар, которым наполняется кабина.

По реакции Рафа вижу, что ему становится всё труднее переносить высокую температуру. Кожа краснеет, он чуть отступает назад, но держится до конца, принимая на себя весь жар.

Глядя на такую отчаянную самозабвенность, я понимаю, что мне становится его жаль.

Да, я знаю, что мужчина передо мной – настоящий изверг, насильник, извращенец, чудовище, и он заслуживает наказания. Но у меня слишком мягкая натура. Не могу я видеть, как другие люди страдают. Мне легче забрать их боль на себя.

– Выключай, – произношу чуть громче, чем ожидала.

Но мой приказ виснет в воздухе. Раф направляет на меня любопытный взгляд и стоит неподвижно, словно совсем не собирается избавлять себя от пытки.

– Я сказала, выключай! – перехожу на крик.

Раф делает вид, что ему всё равно. Лениво протягивает руку к крану и еле-еле закручивает его обратно.

Как только вода останавливается, ведомая каким-то странным порывом, я захожу внутрь кабины. Почувствовав под ногами кипяток, морщусь от неприятных ощущений.

Как же Рафаэль смог это выдержать?

Человек ли он вообще?

Неужели никакая физическая боль ему не страшна?

– Хочешь, чтобы я тебя трахнул? – сверлит меня взглядом.

Мотаю головой. Размечтался!

– Но ты можешь меня помыть. Футболка, которую ты мне дал, провоняла твоим запахом. Смой его с меня.

Мне хочется ударить его посильнее. Показать своё превосходство. Если не силой, то хотя бы словами. Уколы по самолюбию пока единственное мало-мальски действенное оружие против бесстрашного боксёра.

– Раздень меня.

Сильные руки одним движением подхватывают края футболки, стягивая её через голову и отбрасывая куда-то в сторону. От осознания, что мы оба остались обнажёнными, у меня перехватывает дыхание. Густой воздух между нами переполняется яркими искрами.

Я чётко слышу, как бьётся его сердце. Так же сильно, как и моё собственное.

Я больше не боюсь его прикосновений. Не отворачиваюсь и не вырываюсь, как сделала бы раньше. Наша близость стала мне приятной. Осмелев, я медленно касаюсь мужской груди. Его кожа, удивительно упругая на ощупь, пылает как огонь. Я провожу по плечам и двигаюсь ниже, чувствуя, как мышцы под моими пальцами напрягаются.

– Помой меня.

Раф включает тёплую воду, берёт с подвесной полки мочалку и наносит на неё немного геля с ароматом свежей мяты. Я поворачиваюсь к нему спиной и собираю волосы пучком наверх. Нежные скользящие поглаживания мягкой губки по спине заставляют меня прикрыть глаза от удовольствия. Пальцы мужчины умело дозируют силу и надавливают на нужные точки, массируя мои напряжённые мышцы.

Эти руки могут быть нежными, но кому, как не мне, знать, что они также могут быть безжалостными и причинять немалые страдания.

Рафаэль наклоняется к моему уху и шепчет, чуть ли не моля.

– Я хочу тебя трахнуть.

Прижимается к моей спине и начинает тереться членом между моих ягодиц.

– Нет, – стараюсь звучать жёстко, но за своими словами уже не чувствую былой уверенности.

Делаю шаг в сторону, чтобы развернуться к нему. Взгляд, как намагниченный, тут же опускается к мужскому паху. Я тяжело сглатываю, обнаружив, как сильно Раф возбуждён.

Каждый раз, когда я вижу его член, он кажется мне ещё огромнее, чем был раньше.

Этот мужчина очень крупный. Всё в нём крупное…даже слишком…и я точно не готова принять его в себя.

– Твоим наказанием будет самоудовлетворение.

Раф скалится, и я тут же жалею о своих словах.

Ощущение, что я стою на краю пропасти. С одной стороны от меня бескрайняя бездна, а с другой – готовый атаковать лютый зверь. Глядя в пылающие глаза этого бездушного чудовища, я понимаю, что прыгнуть в бездну будет более щадящим вариантом неминуемого наказания.

Боюсь, что Рафаэль сейчас сорвётся и опять изнасилует меня.

Я делаю шаг назад и спиной упираюсь в стеклянную стену. Мой взгляд наполняется мольбой, и я боюсь даже пискнуть.

Но то, что происходит дальше, шокирует меня не на шутку.

Раф подчиняется.

Ладонью обхватывает свою гигантскую махину и начинает ритмично сдавливать багровую головку, двигаясь по траектории вверх-вниз.

Я внимательно наблюдаю за каждым его движением, как учёный за научным экспериментом. Мне любопытно увидеть своими глазами, как мужчины занимаются “этим”…