Прекрасная похитительница - Барбара Картленд

— Я подожду вас в библиотеке, — кивнула Ивона.

Она вышла из комнаты, и только через несколько минут после ее ухода Джастину пришло в голову, что гостья не спросила его, где находится библиотека.

Конечно, сказал он себе, в холле есть лакей, и она могла узнать дорогу у него.

Продолжая думать об этом, Джастин сказал Энтони:

— Я все-таки убежден, что с этой женщиной что-то не так. Я уверен, что она многое скрывает.

— Мне вполне достаточно того, что открыто, — беспечно ответил Энтони. — Я нахожу ее приятной, очаровательной и невероятно красивой. Ради бога, Джастин, чего еще можно ожидать от женщины?

Все дело в том, что я сам не знаю, чего жду. Я подсознательно чувствую или, как говаривал мой отец, ощущаю всеми фибрами души фальшь в ее словах и поведении. Складывается впечатление, что меня обманывают!

— Это Роз виновата в твоем нынешнем настроении, — сказал Энтони. — Она ловко обманула тебя, и теперь ты инстинктивно ожидаешь от женщины подвоха. Ты рассматриваешь следы, выискиваешь бандитов за каждой дверью, а в погребе тебе мерещатся контрабандисты. А я предпочитаю говорить Ивоне, как она обворожительна, и целовать ее прелестные ручки.

Ответ друга почему-то не понравился маркизу.

Он поставил свой бокал, резко поднялся из-за стола и молча вышел из столовой, в то время как Энтони наливал себе еще портвейна.

Джастин нашел Ивону в библиотеке. Вместо того чтобы, как всякая интеллигентная женщина, рассматривать книги и картины, подумал маркиз, она интересуется только видом из окна.

Джастин подошел к своей гостье. Не поворачивая головы, Ивона тихо сказала:

— Здесь так красиво. Как вы могли целых пять лет не приезжать сюда?

— Я думаю об этом с самого приезда.

— Наверное, многих людей очень порадовало бы, если бы место, где прошло их детство, изменилось так мало.

— Но здесь многое изменилось! — возразил маркиз.

— Что же?

— Многих старых слуг больше нет. Я привык видеть знакомые лица, однако даже мой дворецкий отправился на покой, хотя мне казалось, что он еще не стар и полон сил.

— Вы найдете его в деревне, — коротко сказала Ивона.

— Вы знаете его?

— Да, конечно.

— Почему «конечно»?

— Потому что я постоянно живу здесь с самого рождения и знаю всех в деревне.

— Тогда вы, может быть, расскажете мне, что стало с моими старыми слугами?

Настроение Ивоны резко изменилось, и она сказала уже другим тоном:

— Полагаю, что ваш управляющий, милорд, сможет предоставить вам всю требуемую информацию о слугах вашего замка, а мне, с вашего позволения, пора возвращаться домой.

Ее последние слова услышал Энтони, который как раз покончил с портвейном и входил в библиотеку.

— Возвращаться домой? — повторил он растерянно. — Но это же смешно! Мы столько хотели показать вам, не правда ли, Джастин? Во-первых, картины, да и много других вещей, которые вам обязательно понравятся.

— Мне очень жаль, — твердо сказала Ивона, — но вы должны извинить меня, милорд. У меня разболелась голова. Думаю, в этом виновата жара.

— Если вам действительно нужно ехать, я отвезу вас, — предложил Энтони. — Вы не должны ехать одна по темной дороге.

— Не беспокойтесь, со мной ничего не случится, — быстро сказала Ивона.

— Вы не можете быть уверены в этом. На вас могут напасть грабители, прячущиеся в кустах, чтобы отнять деньги и драгоценности.

Ивона рассмеялась.

— В таком случае они будут сильно разочарованы: у меня нет ни того, ни другого.

— Вы слишком красивы, чтобы путешествовать в одиночестве, — настаивал Энтони. — Если бы мы с Джастином не были так легкомысленны, один из нас поехал бы за вами в Флагшток-хауз.

— Я буду в полной безопасности в этой прекрасной карете с Годдардом на козлах.

Джастин отметил, что Ивона знает, как зовут его кучера.

Это, конечно, можно было объяснить тем, что они встречались в деревне, однако семья Годдардов жила в доме, расположенном на территории поместья по другую сторону конюшни. И вряд ли миссис Уодбридж могла познакомиться с ними, если только не бывала в Хертклифе раньше.

— Я знаю, что мы сделаем, — сказал маркиз. — Мы отвезем миссис Уодбридж в фаэтоне, если только она не побоится, что ей будет холодно.

— Я не замерзну, — ответила Ивона, — и с удовольствием прокачусь в фаэтоне.

Джастин позвонил в колокольчик, и пока он отдавал распоряжение подать экипаж к парадному входу, Энтони подвел Ивону к одной из картин.

Она заговорила о живописи, в то время как приятель маркиза уставился на нее с глупым, по мнению Джастина, выражением на лице.

— Ты не допил свой портвейн, Энтони, — заметил он, как бы желая помешать романтической прелюдии к ухаживанию.

С явным недовольством пылкий поклонник послушно вернулся к столу, на котором остался его бокал.

Джастин обратился к И во не:

— Я еще не рассказал вам о результатах наших сегодняшних поисков грабителей.

— Ну, и каковы ваши успехи?

— Мы с Энтони проехали сегодня по всей округе, заезжая к разным людям и проводя опросы в деревенских трактирах. Как это ни удивительно, но никто ничего не слышал об этих разбойниках.

— Возможно, они впервые появились здесь, — предположила Ивона.

— В таком случае очень странно, что во всем графстве для первого налета они выбрали Хертклиф, в то время как Брайтон ломится от драгоценностей, полон кошельками, набитыми золотом, и, наконец, там есть королевская резиденция — это настоящая сокровищница.

— Кто знает, — сказала Ивона, — возможно, именно в этот момент ваша банда грабит именно резиденцию принца!

— Возможно, — согласился Джастин, — но мне все же не дает покоя тот факт, что грабители появились в доме в самый первый вечер моего возвращения после пяти лет отсутствия.

— Но, может быть, милорд, — заметила Ивона, — они так же не ожидали увидеть вас, как и вы их?

Улыбка на ее губах подсказала маркизу, что какая-то мысль очень забавляет ее, и он задумался о том, что это могло быть.

Тем временем гостья подошла к опустевшему комоду и, опершись рукой на его стеклянную крышку, спросила:

— Вас действительно серьезно огорчила потеря табакерок, до которых вам столько лет не было никакого дела?

Джастин почувствовал упрек в ее вопросе и резко ответил:

— Они не только представляли большую ценность, но и много значили для меня, так как были дороги моему отцу.

— В этом случае вы, конечно, должны были перевезти коллекцию в один из тех домов, в которых вы бы видели ее чаще.

Маркиз почувствовал оттенок неодобрения в голосе своей очаровательной гостьи и, глядя ей прямо в глаза, сказал:

— Мне кажется, миссис Уодбридж, что вы порицаете меня не только за пренебрежение отцовской коллекцией, но и за пренебрежение Хертклифом. Я не ошибся?