Он моя проблема (СИ) - Марина Риччи

Только когда он успел придвинуться ко мне так близко? Наши лица сейчас на одном уровне. Стас ловит мой взгляд и слегка улыбается самыми уголками губ, а у меня перехватывает дыхание. В отсветах камина его глаза кажутся золотисто-желтыми. Какой он все-таки красивый! Вот бы дотронуться до него, хотя бы кончиками пальцев, провести рукой по гладкой шее, увидеть, появятся ли мурашки…

От этой мысли мне становится неловко. Совсем спятила! Расфантазировалась о самом красивом парне универа! Вот бы он посмеялся, если бы узнал.

Я же так себя обычно не веду! Что они в этот лимонад подмешивают?

Пылая щеками, отворачиваюсь и рассматриваю узоры на паркете, как будто это самое захватывающее зрелище в мире. Только вот обзор мне заслоняют две женские ноги, обутые в изящные серебристые туфли.

— Да ладно! Стас! Глазам не верю! А со мной на вечеринки ходить отказываешься!

Глава 19

Перед нами стоит та самая блондинка из компании Стаса, с которой начались все мои проблемы. В атласном платье-рубашке с закатанными рукавами она выглядит очень эффектно. А еще, от нее пахнет духами, на которые я коплю уже четыре месяца.

Блондинка пытается сесть к Стасу на колени, но он успевает увернуться, и она плюхается на диван между нами.

— Привет! — как ни в чем не бывало, обращается она ко мне. — Я Злата. Самая любимая подруга детства этого зануды.

— Маша, — отвечаю я, пытаясь вытащить полу блейзера из-под ее зада. Но блондинке я больше неинтересна.

— Что-то ты совсем пропал, в универе тебя не вижу, и к Илье больше не приезжаешь.

— Учусь, — уклончиво отвечает Стас и делает глоток из своего стакана.

— Нет, вы посмотрите на него! Ну прямо как старый дед! Друзей забыл, на звонки не отвечает, что на вечеринку к Егоровой идет не сказал, сидит тут один и даже пьет, — она нюхает его стакан и кривится, — какое-то детское пойло! Кто ты и что с тобой сделали?

— Я за рулем, — Стас устало трет виски. — И если ты не заметила, я тут не один.

— Ох, — оборачивается Злата и окидывает взглядом меня. — Ну надо же! Я думала, тебе нравятся девушки постарше.

Мне очень не нравится ее взгляд, хоть она и пытается беззаботно улыбаться. Только смертельных врагов мне не хватало!

— Мы просто вместе учимся. Он привез мне брошюры для проекта.

— А ты почему одна? Где твой сын банкира?

— Ой, ну ты вспомнил! — Злата кладет руку Стасу на плечо. — Я его месяц как бросила. Не представляешь, какой он скучный. Скучнее было только, когда мы с тобой встречались, — она наклоняет голову ко мне и доверительно добавляет: — Он в отношениях холодный как ледышка! — я вежливо улыбаюсь. Мне-то зачем эта информация? — Но все-таки, просто чудо, что ты здесь! Давай я тебя со всеми познакомлю. О! — восклицает она. — Здесь потрясающий салат из крабов! Твой любимый! — Злата начальственно хлопает меня по бедру. — Сгоняй, до салат-бара. Скажешь повару, что ты от меня, он все сделает.

Я что, теперь официантка?

— Сиди! — командует мне Стас. И уже мягче добавляет. — Дождемся твою подругу и вместе поедим.

Но мое настроение уже испорчено.

— Да ничего, я насиделась. И Женьки долго нет. Пойду узнаю, может, ей нужно чем-то помочь.

— Кто тут меня потерял? — раздается голос Жени, и я готова кинуться ей на шею от радости. — Официально заявляю, я была сфотографирована в каждой комнате этого проклятого дома. А их тут просто миллион! — она берет стакан чего-то ярко-красного и с наслаждением делает большой глоток. — О, и Злата здесь! Тебя кстати ищет твоя мама, фотограф в Голубой гостиной освободился. И я бы на твоем месте поторопилась, она выглядела сердитой.

Недовольно поджав губы, блондинка поднимается.

— Стасик, не пропадай, мне нужно с тобой кое-что обсудить, — и добавляет шепотом: — Наш общий день рождения! Не вздумай отвертеться!

Тем временем, Женя пытается сесть на освободившееся место на диване, но поскальзывается и содержимое ее стакана летит в Злату. Ярко-красная жидкость расползается на атласе большим уродливым пятном.

— Ой, прости! Паркет такой скользкий! — однако попыток встать и помочь не предпринимает.

— Стас! — шипит Злата. — Так и будешь сидеть? Хоть проводи меня до туалета! Мне даже прикрыться нечем!

Стас молча встает и, шагая перед Златой, уводит ее из зала.

К моему стыду, мне хочется злорадно хихикать, но вместо этого, я смотрю на Женьку осуждающе.

— Что? — невинно хлопает она глазами. — Я не специально! Просто каблуки ужасно неустойчивые.

— Кому-нибудь другому сказки рассказывай. Ты на шпильках так же устойчива, как я в тапочках.

— Ну ладно! — Женя закатывает глаза. — Мне не понравилось, как она себя с тобой вела. И вообще, мы с ней давно знакомы. На редкость неприятная девица. Мы раньше вместе ходили на танцы, она изо всех сил ко мне в подруги набивалась. А сама распускала слухи, что я пытаюсь соблазнить тренера.

— Фууу, — с отвращением морщусь я.

— Вот-вот. И вообще, у нее в голове весь этот бред, что женской дружбы не бывает, надо со всеми конкурировать и все такое. Ты-то тут как?

— Да все нормально. Ждали с Самойловым тебя. Есть хочу. Наверное, Стас уйдет с ней, нет смысла ждать дальше. Пойдем, — я перехожу на высокомерный тон, передразнивая Злату, — «сгоняем к салат-бару».

Ужин на «Белом вечере» подается в формате фуршета, поэтому в главном зале подают в основном напитки и алкоголь. Под буфет отведена отдельная большая комната с сияющей хрустальной люстрой и лепниной на стенах.

Поскольку подавляющее большинство присутствующих здесь сидит на строгих диетах, именно у салат-бара толкучка. Я из принципа решаю взять себе крабовый салат и занимаю место в очереди. Еще нужно будет взять тарталетки с черной икрой. И устрицы на льду. Не зря же я здесь страдаю!

— Так вот ты где! — прорывается через очередь Стас и встает рядом со мной. — Еле нашел, тут все друг с другом сливаются! Нужно подарить тебе сигнальный жилет. Оранжевый!

— Как у мусорщика? — холодно спрашиваю я. То я официантка, теперь мусорщик.

— Можем пришить к нему бантики, — миролюбиво улыбается Стас. — Чего меня не подождали?

— Ты был занят, а мне страсть как захотелось салата из крабов.

— Извини, — смущается Самойлов. — Со Златой бывает нелегко. Но я сдал ее на руки матери, теперь весь твой.

Можно подумать, его об этом кто-то просил. Пусть идет куда хочет.

Сама не понимаю, почему я на него так разозлилась. Он ничего плохого не сделал. Подумаешь, был влюблен в эту злобную