Человек с Зелёной тростью(СИ) - Анна Львова

      Эльвин казалось, что она плывёт в этом море, тонет, потом снова всплывает, но выше этого всего подняться не может. Люди, зрители прятались под капюшонами, и она не видела их лиц, но знала, что они смотрят на неё, ждут её падения.

      Как же уже близко алтарь … Как же он уже близко…

– А где Том? – Непослушными, дрожащими губами пролепетала Эльвин, тронув Вэнджела за накидку.

      Он остановился, с затаённым коварством оглядывая её измождённое лицо.

– Ты боишься моя бледная звёздочка? – Спросил Вэнджел с заботой, явно издеваясь внутри. – Переживаешь о чём-то? Не стоит. Не надо. Всё как договаривались. Ничего лишнего. – Он немного отступил назад и спокойно приказал, обращаясь к страже. – Скинуть все мосты! Отрезать все дороги!

– Стражу за дверь! – Крикнул Горн. – Выполняйте!

– Мосты? – У Эльвин перехватило дыхание. Она быстро обернулась и едва успела заметить Мэтью, скрывающегося за дверью за её спиной. Мосты полетели в пропасть. Где-то глубоко-глубоко внизу раздался приглушённый плеск. Мосты упали в тёмную подземную реку, и вернуть их на места было уже невозможно.

      Воцарилась гробовая тишина.

Эльвин так и осталась стоять, развернувшись вполоборота, оцепеневшая от шокирующей неожиданности.

«– Оп-па! – Покачал головой Эдвин. – Как же тут всё интересно складывается…»

«– Попались» – Вздохнул Лиам, но эта мысль, кажется, вселила в него ещё больше упорства и даже дала вдохновение, чего нельзя было сказать об Эльвин, для которой вместе с мостами в бездну канула и единственная надежда на спасение.

– Ну не надо так переживать. – С вкрадчивым сочувствием попросил Вэнджел, с удовольствием наблюдая за реакцией невесты. Если бы он умел, то, конечно же, сейчас бы улыбался. – Будем считать, что это был мой маленький свадебный сюрприз. Зато мысли о побеге теперь окончательно покинут твою умную головку. Ведь правда?

      Его глаза хитро сощурились. Эльвин измученно промолчала.

– Пока Принц Вэнджел не станет Властелином Света и Тьмы, – холодно шепнул сзади Кламм который, кажется, обожал встревать в чужие разговоры, – пока всё это не кончится так, как нужно нам, никто не покинет этого зала.

      Он снова толкнул Эльвин в спину, и ей пришлось сделать ещё несколько шагов, после чего она оказалась прямо перед алтарём и окончательно осознала всю безысходность ситуации.

«Всё будет хорошо. – Как из другой жизни всплыли в её памяти слова, сказанные ей же самой как-то у очага на поляне Пятно Дракона. – Я вернусь. И Том вернётся. Мы вернёмся вместе».

Как же была она тогда уверена в себе, сколько отваги наполняло её, когда она убеждала друзей, что была единственной, кто сможет найти Тома.

      Ну да, найти-то она его нашла. Только что это теперь меняет? Им не спастись.

      Даже имея под стелькой туфли листок Лортониэли, из зала переместиться невозможно (Мэтью предупредил её, что зал заколдован).

      Вот так. Вот и конец. Нелепый и трагичный. Конец всему.

      Так думала про себя Эльвин, мутным взглядом следя за священником, раскрывающим книгу, и ещё не знала, что её друзья уже находятся в зале и готовы сорвать венчание. Они готовы помочь ей.

– Можно приступать. – С едва заметным поклоном обратился к священнику Дормант. – Сперва коронация…

      Он надел перчатки и, взяв Эльвин за руку, отвёл её чуть в сторону от алтаря. Эльвин взглянула в лицо этого устрашающе мощного мужчины. Ещё совсем недавно ей каким-то чудом удалось напугать его в магазине Мистера Глюмуса, теперь же страх внушал он. Да ещё какой…

– Где Том? – Эльвин уже надоело бояться.

Слева от Эльвин встал Горн. Кламм за спину. Дормант пропустил вопрос мимо ушей. Горн с волнением скрестил руки на груди.

– Здесь он, здесь. – Кинул он, даже не взглянув на Эльвин.

– Где?…

– Ш-ш-ш! – С негодованием зашипел на неё Кламм, так как старец Лелуэло уже начал свою речь.

Вэнджел опустился на одно колено и, подняв глаза на священника, с немым торжеством слушал простые, но очень весомые слова, которые, хоть и были нематериальны, делали материальной его мечту. Они нарекали его Королём.

      Никто не мог дышать. Вершилась история.

– … и властью данной мне… – едва не рассыпаясь от старости, дребезжал священник, – … наречь тебя, наследник, полноправным и единственным королём Тьмы… Осознаёшь ли ты всю ответственность, опускающуюся на твои молодые плечи? Ответственность за ночь, за каждую душу, за каждое событие и его последствие?..

– Осознаю. – Спокойно ответил Вэнджел.

– Обещаешь ли честно и достойно править свой век, заботясь о своём народе…?

– Обещаю.

– … и балансе света и тьмы, как писалось в Едином соглашении?

– Обещаю.

– Будешь ли добросовестно выполнять указанные там пункты?

– Буду…

      Эдвин укоризненно покачал головой.

«– Ну, парень… – подумал он про себя, раздражаясь и ухмыляясь одновременно. – Врёт и даже не почешется…»

– Приклони голову, мой юный мальчик. – Тихо приказал ветхий старец, протягивая Вэнджелу снятый с шеи крест. – Приклони и помолись тому, кто создал и Свет и Тьму, тому, по воле которого ты сейчас стоишь здесь и ждёшь своей королевской короны.

Вэнджел послушно склонил голову, коснувшись лбом креста, и закрыл глаза.

Эльвин поджала губы. В эту минуту она молилась тоже, но совсем о другом.

– Итак… – Сухим скрипом продолжил Лелуэло, когда Вэнджел снова поднял голову. – Теперь ты король. Властитель Темноты. – Он три раза окрестил Вэнджела и, сняв с его головы маленькую, острозубую коронку, одел ему новую – большую и роскошную.

      Вместо аплодисментов люди все как один бросились на колени, ударяясь лбами об пол.

Дормант без особого труда кинул на колени и Эльвин, после чего и он, и Горн, и Кламм тоже до земли поклонились своему новому королю, но старому другу.

      Вэнджел обернулся на толпу, и его спокойные, большие глаза засветились каким-то особенным таинственным светом.

– Ну что ж, – негромко произнёс он, но в зале стояла такая кристальная тишина, что это слышали все, – ваш король теперь ваш король. Он есть и будет с вами, мои преданные люди. И сильнее его не будет никого…

      По спине у Эльвин побежали мурашки. Даже из-за длиннющих ресниц, практически полностью скрывающих её лицо, она видела, каким устрашающе могущественным он стал, какой прямой была его спина, какой величественной сделалась осанка. И, кажется, уже ничто не способно было испортить эту осанку, прогнуть эту спину…