Конструирующий - Павел Абсолют

— Не вариант. Там сейчас и мышь не проскочит.

И зачем мы об этом говорим в очередной раз?

— Поэтому границу с Тазамом мы будем переходить там же — в восточной части Бессадора.

— Какой смысл нам делать такой крюк на юг?

— Путешествовать по землям Куневрона опасно.

— А значит удлинять путь в полтора раза неопасно? — взвилась Лим.

— Может и опасно… — устало произнес я.

— Может-и-опасно, — передразнила Лу. — Ты просто трусливый перестраховщик. Какая разница на чьих землях мы едем — Куневрона или кого другого?

— Может, ты и права…

— Может-может. Ты другие слова знаешь, безмозглый? Заскочили бы в Тильен. Поучили бы графа уму-разуму.

— Ты вообще зачем за мной увязалась? Я думал, ты сядешь на корабль до Аннисота и мы с тобой распрощаемся.

— Вот как! Я, значит, унижалась перед ним, упрашивала. А для тебя я всего лишь надоедливая подстилка, так?

— Я неправильно выразился. Извини. И не надо перевирать — меня упрашивала Ли, а не ты. Тебе наплевать на того, кто лежит под тобой в постели. Лишь бы инструмент работал.

— Ах ты, драный бесхребетный слизняк! — Лу спрыгнула с Уникуса и целеустремленно направилась в мою сторону.

Я приготовил посох и быстро слез с Пылинки. Фиг знает, что на уме у раздраженной ведьмы. Того и гляди, лошадь заденет.

Лим подошла вплотную ко мне и скривила губы:

— Думаешь, ты какой-то особенный? Да я десяток таких встречаю за день. Пингвин-переросток.

Про десяток за день — это уж явное преувеличение. Все-таки Колдующие II ступени на дороге не валяются. А вот последние ее слова вызвали во мне раздражение.

— Так! — громко сказал я. Лим, уже было открывшая рот для очередной пакости, удивленно захлопнула его. — Давай сразу договоримся. Чтобы разногласий не было в дальнейшем. Или разойдемся сразу.

— О чем ты? — подозрительно спросила ведьма.

— Раз мы с тобой встречаемся, то должны и вести себя подобающе.

— Я с тобой сюсюкать не намерена, прыщ.

Очередная капля набралась в уже приличную лужу моего раздражения.

— Слушай мое условие. Ты прекратишь обзывать меня. Не только обзывать, но и насмехаться или унижать. Иногда можно ради шутки, но не постоянно же? Мои родители, например, не обзывают друг друга… Изредка только, когда в ссоре.

— С чего бы это мне…

— По-моему это ты просилась быть рядом со мной?

— Чего это ты только сейчас взъелся?

— Я же сказал. Я думал, что мы с тобой распрощаемся в Иглинтессе. Мне не нравится, когда меня обзывают. Особенно, когда это делает моя девушка.

— Это все? — спросила ведьма с усмешкой, скрестив руки и постукивая пальцами.

— Нет… — я ненадолго задумался. — Ты должна вести себя… ммм прилично, что ли? Во! Более женственно! Насколько получится.

— Тебе не кажется, что ты перегибаешь палку?

— Зачем мне девушка, с которой мне неприятно находиться рядом?

Спутница замолкла на асенду.

— Почему Ли молчит? — решил я нарушить тишину.

— Как будто я ее не знаю. Она и так тебе подчинится. И если ты скажешь, что парень должен бить свою девушку, то она и это примет с радостью…Лу, нечего небылицы про меня рассказывать.

— Чего это бить сразу? — пробурчал я. — Нет, если ты снова драться полезешь, то я буду защищаться.

— Ладно-ладно, — Лу подняла руки вверх, будто бы признавая свое поражение. — Твое условие и так будет выполнено, — недовольно произнесла девушка.

— Почему? — спросил я, не поверив, что темная половинка решила в одночасье измениться.

— Ли засиделась на вторых ролях. Я уступлю ей место главной. Наверняка, именно ты так повлиял на нее…Это правда. Рядом с Селином я чувствую себя под надежной защитой.

— Постой. Условия распространяются на вас обеих. Поскольку вы обе мои девушки… Как-то это бредово звучит.

— Я поняла тебя и принимаю условия. Приложу все силы, чтобы больше не обзывать тебя. Насчет женственности не обещаю… Что это за фрукт такой вообще? Чем эта женственность измеряется?

Такая покладистость вредной Лу вызывала подозрения, которые она подтвердила моментально.

— …В свою очередь у меня к тебе тоже пара условий.

— Какие?

— Во-первых, не обижай Ли.

— И не думал.

— Во-вторых, ты должен вести себя более мужественно, — улыбнулась ведьма.

— Мужественность? И как мне ее понимать?

— Также как и мне женственность.

— Хорошо. Я попробую, но не уверен, что у меня получится.

— Ты уже провалился, тюфяк!

— Ты обещала не обзывать меня!

— А ты сказал, что будешь вести себя более мужественно!

Блин, какого ответа она от меня ждет? Попробовать заново согласиться с ее условиями? Я поднял подбородок, нахмурил брови, упер руку в бок и произнес суровым тоном:

— Я согласен, женщина. Я обеспечу тебя деньгами и защитой. Я сокрушу всех твоих недругов. Я…

— Ахахаха, — звонкий смех Ли разнесся по окрестностям. Я невольно улыбнулся — настолько заразительным было ее веселье.

— До такой степени меняться не надо, — твердо сказала Лу. — А вот свое мямляние «не уверен, что у меня получится», — передразнила девушка, — оставь в прошлом.

— Я понял. Может, и ты перестанешь меня дразнить?

— Идет.

Лу протянула руку, и я крепко пожал ее, закрепив уговор. После чего уже Ли с улыбкой чмокнула меня в щеку, давая согласие своим способом.

Полторы декады после Иглинтесса пролетели заметно. Очень даже заметно. Удушливая погода, палящее солнце, едкий пот, изнуренные лошади — все это заставляло время тянуться со скоростью улитки.

Мы въехали во владения графа Самморсиса, к югу от Фон-Диеш. По слухам местный правитель для очистки от нечисти использовал только магов-наемников. Хоть ошейники здесь не применяли, мы старались не светиться и объезжали города стороной. Наш путь пролегал по самой границе с Фон-Диеш. Защитные аванпосты уже перенесли вглубь пораженной территории. Здесь же, на границе было относительно безлюдно. Только иногда попадались отряды наемников-чистильщиков. В отличие от Куневрона, граф Самморсис делал ставку не только на магов, но и на неодаренных.

— Подумать только. Кварту назад нам самим приходилось сражаться с этими монстрами, — задумчиво проговорила Ли, когда мы приметили очередной отряд чистильщиков.

— Они воюют за деньги, — подметил я.

— Ты не думал о том, чтобы вернуться туда и освободить пленников?

— Вдвоем?

Ли смутилась и замолчала.

— К тому же не все согласятся сбежать, — продолжил я.

— Я помню. Но, может, мы бы смогли уговорить Куневрона уменьшить им срок? Или смягчить условия проживания… Знаю, звучит глупо. Не обращай на меня внимания, — окончательно стушевалась девушка.