Гвалактика белая. И только вера. Книга 12 - Наталья Владимировна Бульба

Сейчас бы что-нибудь сказать…

Я отвлеклась лишь на мгновение. Посмотрела вверх… натолкнувшись на безбрежное, похожее на тончайший истханский шелк небо. Облака. Птицы. Разлитая на горизонте акварель заката…

Самри – не Земля! Цвета, запахи, ощущения…

Разве это имело хоть какое-нибудь значение?!

- Мы никогда не забудем того, что вы делаете для нас…

Было похоже на клятву…

- Главное, чтобы мы сами об этом не забыли, - чуть слышно отозвалась я, принимая вызов по тревожному коду: - Господин эрари…

- В секторе Дракиш на границе кангората буи зафиксировали появление шестнадцати СиЭс. Аналитики Штаба уверены, что речь идет о разведке, предваряющей выход ардонов. Приказ для группы «Ворош»…

Сектор Дракиш. Четверо суток на крейсерской, вдвое меньше, если пропустить в прыжковую зону.

Начало конца…

И не важно, что не могли – мы были обязаны это изменить!

История 4. На рубеже отчаяния

Глава 1

Заплачут небеса кровавыми слезами, Закроются глаза и всколыхнется память, Горячим пеплом на руках останутся мгновенья, Царапнет сердце вдруг песчинками сомненья. Не будет, как вчера и завтра неизвестно, Что нам готовит жизнь, в судьбе какое место? Заключит нас простор в холодные объятья, Мерцанье дальних звезд, как вечное проклятье.

(Марина Чернышева)

Сектор Дракиш на границе кангората.

Система Крэй, на которую я обратила внимание Никольски, находилась в нем. Спорный район, исторически принадлежавший Окраинам, но неожиданно перешедший к скайлам, когда те вышли из изоляции.

Причина была проста. Тот самый стратегический список. Когда речь заходила о собственных интересах, о принципах частенько забывали.

- Я не буду с тобой любезничать, скажу, как есть. – Шторм поднял голову, посмотрел на меня. Нет, не зло, а как если бы переступил ту грань человеческого, которую последним рубежом установил для себя. – Соболев тебе об этом не скажет. И даже твой Джориш предпочет промолчать. – Он усмехнулся, юродствуя. – Если только Индарс, да и то…

- Предисловие было обязательным? – не без пробившейся через все заслоны неприязни поинтересовалась я, отведя взгляд от висевшей над моим столом объемки.

Ответ знала – Шторм словоблудием не страдал и если счел необходимым…

Все дальнейшее сводилось к нескольким словам, большинство из которых были нецензурными.

- Вот что, девочка, - шевельнулся он в кресле, - давай начнем с того, что этого разговора не было.

- Без исключений? – скрыла я за легким сарказмом холодком прошедший по спине страх.

Вызов по закрытому, оставшемуся в наследство от Таласки, каналу стал для меня полной неожиданностью. Со Штормом мы, конечно, общались. Да и появись необходимость, генерал оказался бы среди первых, к кому бросилась за помощью, но бывали в жизни ситуации, когда и десятки лет пройдут, а что-то такое… с налетом, при воспоминании корежащее душу, все равно остается. И не виноват, но все казалось, что он – мог, но…

Живой символ моего отношения к спецуре. Отношение изменилось, а символ предпочел застыть, взяв на себя роль вечного напоминания.

- Без, - хмыкнул он, намекая, что догадывается, кто мог значиться среди моих несостоявшихся собеседников. – Те, кто должен, знают, а остальные…

- Дальше, - оборвала я. И ведь не сказать, что торопилась – до прыжка почти два часа, а парни прекрасно справлялись и без меня, но это был тот вариант, когда, сколько не оттягивай, проблема сама все равно не рассосется.

- Дальше? - прищурился развалившийся в своем знаменитом кресле генерал, продолжая смотреть с иронией, от которой очень хотелось не то, что поежиться – забиться в угол. – Есть подкрепленное разведданными предположение, что тактика домонов в ближайшее время претерпит серьезные изменения.

- Это ближайшее время включает поставленную перед группой задачу? – мгновенно «переключилась» я, принимая, что наступила очередь главного.

- Приятно иметь дело с умным человеком! – довольно осклабился Шторм. Выпрямился, переводя общение в другое русло. – Люцения шла, как акт устрашения и демонстрации мощи. Окраины должны были стать и стали плацдармом для дальнейшего вторжения. При этом домоны дали четко понять, что способны проявить определенную лояльность к тем, кто готов поступиться собственной свободой, приняв их протекторат.

Ничего нового я пока не услышала, но – кивнула, догадываясь, что этот экскурс в недалекое прошлое, как и затянувшаяся прелюдия, всего лишь создавали соответствующий антураж, облегчая восприятие всего остального.

И ведь не ошиблась. Если только до конца не оценила сделанные им для меня поблажки.

- Условно свободный статус Гордона и Ргои идеально вписывается в их доктрину. Полностью сохранена структура управления, открыт доступ к торговым и пассажирским терминалам космопортов. Таможенная проверка минимальная, только по угрозе на безопасность.

- Хитро, - чуть нахмурилась я, просчитывая, к чему он клонит. О ситуации на Окраинах информация была, но не в таких красках. Не столь заманчиво и оптимистично.

- Подобная картина на Эори и Иари. Контроль на дальних орбитах, для внутренних рейсов практически не заметен.

- Кто-то хорошо поработал, - «оценила» я уровень. Получить подобные сведения в занятых домонами секторах…

Поставь передо мной подобную цель, нашла бы, как добраться до Окраин без особого риска, но… из всех кораблей группы, если кого-то и потянула за собой, так только демона и Ван Хилда. Все остальные…

Такие выкрутасы требовали особой