В тени Рюджина - Халег Чудинов

Во-первых, источник первичной энергии. Если у меня не стоит целью вооружать простых людей, а повысить эффективность шиноби, то источником энергии может служить даже самый никчемный генин, способный выпускать чакру через тенкецу. Да даже ученик первых курсов Академии может быть на такое способен. Накапливающие чакру фуиндзюцу известны и достаточно просты. Во-вторых, печати, испускающие накопленную энергию в виде некой техники так же известны. В принципе, оружие уже готово, но чем сложнее ниндзюцу, тем сложнее печать для нее, а это чрезмерно усложнит производство. Проще шиноби обучить тем же техникам. Значит, нужна печать, испускающая некую элементарную технику, но вбирающую в себя достаточное количество чакры. Что-то предельно простое и пригодное для массового производства, вроде Кибакифуда. Даже еще проще для компактности и без элементарной составляющей для простоты использования. Нужно просто разгонять этой чакрой всё ту же пулю.

И, значит, в-третьих, необходимо производство унифицированных нарезных стволов, пуль, обоймы к ним. Этакий бронзовый чакро-пистолет, ударно-спусковой механизм в котором будет заменен двумя фуиндзюцу и механика потребуется только при подаче снарядов. Создать такое инженерам будет гораздо проще. И нагрузка на металл меньше, чем при взрыве пороха. Можно даже обойтись без печатей, разработать ниндзюцу и обучить ему шиноби, но у генинов бывает плохой контроль чакры, на один выстрел без печатей у них будет затрачиваться больше энергии, чем с ними.

В целом при рассмотрении этой идеи получается не вундерваффе, конечно, но инструмент, значительно увеличивающий боевой потенциал низкоквалифицированных шиноби, которым можно заменить весь арсенал метательного оружия. Туда бы еще предохранитель придумать. Механический, чтоб понадежней. И систему идентификации и самоуничтожения, чтобы хотя бы разработка сразу же не утекла на сторону. Должно получиться нечто, вроде сильно упрощенной версии веера Мадары. Гм… Может, потребуются какие-нибудь особые материалы. И производство по-настоящему массовым не сделать: печати только умелому человеку поручить удастся. Зато в фуиндзюцу можно будет накапливать энергию перед боем, чтобы сам владелец оружия был отдохнувшим и полным сил во время сражения. Вообще, похоже, придется продумать много мелочей, но это уже именно мелочи, главное, есть концепт.

— Чомей.

— Да, Рюджин… сама? — запнувшись на именном суффиксе, посмотрел на меня биджу.

— Знал бы ты, с каким гением сейчас идешь рядом…

— Да? — теперь в голосе Нанаби читались явные нотки сомнения.

— Тебе повезло, скоро узнаешь. И узнаешь ты это, будучи на правильной стороне.

— Очень приятно это узнать, — дипломатично высказался Чомей.

— А знаешь, какая сторона правильная? — задал я вопрос, чтобы тут же с кривой усмешкой на него ответить: — Эта та, в которую не обращены дула автоматов.

Я, конечно, гений, но иногда мне кажется, что я привношу в этот мир слишком много… всякого. Не всегда это хорошо. Правда, автоматическое оружие вряд ли принесет глобальные изменения, а наверняка лишь немного повлияет на тактику ведения боевых действий.

Так или иначе, но на кону стоят сотни тысяч людей, которые вверили мне не только свою жизнь, но и души, и будущее своих детей. Страна Звука и Рюджинкё нужны мне и для достижения своих целей, но это не просто инструменты в моих руках. Мне нужно защитить мечту людей, которую я сам же и вложил в их умы и сердца.

С такими немного гнетущими мыслями я вошел в нужный мне квартал. Как-то так получается, что я всегда сюда прихожу не в самом добром расположении духа. Сам квартал навевает что-то такое, наверное. Все-таки принадлежал он Кагуя, некогда самому ненавистному клану Страны Рисовых Полей и также, наверное, самому дикому клану в этом мире. Правда, с тех пор, как Кагуя потерпели поражение от Мицуко, многое изменилось.

В тот год три четверти всего клана в Стране Рисовых Полей было уничтожено. В живых остались лишь дети и немногочисленные женщины, которые не могли или не успели оказать сопротивление. В то время Мицуко была крайне нетерпима к мужчинам, так что среди детей тоже осталось мало мальчиков. Наверное, это можно назвать геноцидом.

Неприятно осознавать, что подобного рода деяние, пусть даже совершенное в отношении Кагуя, лежит на моей совести.

Квартал этого клана располагался по соседству с Узумаки и Чиноике. Эти два клана также часто враждовали с Кагуя в прошлом, но в первую очередь с семьями из Страны Воды. И у них не было такой же сильной неприязни, как у местных шиноби. С момента окончания гражданской войны прошло уже пятнадцать лет, сейчас уже жители Отогакуре относятся спокойнее к соседству с остатками бывших угнетателей, но все же лишний раз бередить старые раны не стоит.

Кагуя, по вполне естественным причинам, были не так многочисленны, как Узумаки. Их территория занимала меньшую площадь, но по стилистике квартал не сильно отличался. В первую очередь, их клан, и еще Шиин и Чиноике, могли похвастаться наличием аллей в своих кварталах и выглядящих старыми зеленых насаждений. Как я уже упоминал, Мицуко при основании Рюджинкё каким-то непонятным мне образом обозначила перечень «заблудших детей Рюджина», в который сначала вошли Узумаки и родственные им Шиин. Это было нужно для лучшего налаживания контакта с этими кланами и интеграции Рюджина в культурное пространство Страны Звука в частности и всего континента в целом. Но потом пришлось расширить список еще и кланами Чиноике с Хакамадаре, так как в моем теле явственно прослеживаются их кеккей генкай. Кагуя примкнули к этой группе в силу своей генетической близости к Узумаки. И, если честно, среди них как раз было много тех, кого можно реально назвать моими детьми.

И именно они сегодня ждали меня в центре своего квартала. Здесь, в окружении длинных одноэтажных зданий, которые по сути своей больше напоминали выстроенные в традиционном стиле казармы, нежели дома, располагался плац. Выровненная и укрепленная Дотоном площадка была покрыта выбоинами и кавернами от многочисленных ударов.

На ней, невзирая на припекающее солнце, занималось около сотни подростков. Все они были четырнадцати-пятнадцати лет от роду, имели белые волосы и схожие черты лица. В какой-то мере они были братьями и сестрами, хотя в большинстве своем родились от разных матерей и не имели, как таковых, отцов. Для их рождения мне потребовалось прибегнуть к биотехнологиям. К сожалению, естественным путем обладатели Шикоцумьяку рождаются крайне редко, и все, имевшие проявление данного кеккей генкай, на территории Страны Звука