Знающий не говорит. Тетралогия - Людмила Астахова

– Словно песка наглотался, – пробормотал Ириен, делая глоток из чашки, поданной Джасс. – Спасибо.

– Уже все?

– Да. Теперь нужно найти какой-нибудь круглый предмет. Кольцо или тор без сочленения.

Таким предметом оказалось дверное кольцо, которое Мэд выдрал из чьих-то дверей. Его торжественно опустили в вязкую густую жидкость в котле. Туда же отправились четыре арбалетных болта. До грядущего рассвета.

Ночевать во вчерашней конуре Альс отказался наотрез, равно как и в мастерской, а вот соседняя с ней библиотека, где Нкорго хранил множество книг, и не только магических, очень даже подошла для всей ланги. Там пахло пылью, бумагой, чернилами, старой кожей и прочими волшебными ароматами удивительного мира книжной премудрости. Тускло мерцал одинокий светильник, заправленный дешевым маслом. Длинные ряды стеллажей со свитками и книгами, уходящих куда-то в непроглядную тьму. Свитков здесь было превеликое множество, а книг еще больше! Альс отчаянно пожалел, что сил на обычное чтение у него не осталось. Сейчас бы полистать что-нибудь отвлеченное, например, по истории военной стратегии, или старинный героический роман, или даже стихи. Просто что-нибудь. В этих залежах наверняка можно было бы отыскать что-то этакое, интересное.

Мэд внимательно осмотрелся и, помимо воли, потянулся за ближайшим томом, оказавшимся достойным внимания. «Лечебник травами и минералами, составленный доктором Бэхом из Лаффона» на общем адди был оформлен яркими иллюстрациями и наверняка стоил здесь, в Сандабарском царстве, кругленькую сумму.

Ириен задумчиво переворачивал странички «Имперских хроник», радуясь возможности прикасаться к мудрой книге. Его руки, столько лет державшие исключительно оружие, оказывается, соскучились по этому простому движению. Шелковая ленточка-закладка ласково устроилась в ладони.

Джасс стояла между стеллажами с зажатым в руке огрызком свечи, и маленькое пляшущее пламя освещало ее серьезное лицо, склоненное над свитком. Проще всего описать внешность, называя цвет волос и глаз, сделать акцент на каких-то особенностях или пропорциях лица. Сложнее передать темную глубину на дне зрачков, изгиб тонкой пряди волос, случайно упавшей на щеку, матовая гладь которой позолочена живым теплым светом. На ее губах замерла тень улыбки, бледной, как дождливый рассвет над морем.

Она положила на место свою добычу и заглянула в заглавие Ириеновой книги.

– Хороший выбор.

– Давненько я не был в библиотеке.

– Мне здесь нравится.

Она огляделась вокруг. Затем прошлась вдоль полок, с интересом осматривая их содержимое. Пальцы скользили по кожаным и тисненым корешкам фолиантов.

– Корбак Леппелин «Тысяча золотых истин», «Монстры мирового зла» Гуэйна. О, да это же «Свечой горела» Сании – Иррибанской Девы. Поэзия в обители старого колдуна?

Джасс наугад открыла сборник и мельком бросила взгляд на страницу.

Не знаю, что ты изберешь, что унесешь с собою в завтра.Одну нечаянную ложь?Одну убийственную правду? –

продекламировала она по памяти. – Удивлен? Не ожидал такого от дикарки-хатамитки? – спросила она с вызовом.

– Ты, похоже, полна сюрпризов, – согласился мягко эльф. – Боюсь, сейчас не время для поэтических соревнований.

Женщина странно улыбнулась, но ничего не сказала, а поставила книгу на место.

– Ты действительно надеешься победить демона с помощью чародейства?

– Ну, кроме чар у меня еще есть мечи и немного мозгов. Завтра поглядим, – почти беззаботно ответил эльф. – Разве у меня есть выбор?

– Мы могли бы попробовать сбежать этой ночью.

Ириен отрицательно покачал головой. Его эта мысль уже успела посетить неоднократно, но, пройдясь пару раз по цитадели, он убедился, что выскользнуть незаметно не получится, а чтобы сражаться со всем гарнизоном, нужно быть совершенным безумцем. Если не порубят солдаты, то арбалетчики расстреляют издали и наверняка.

– Ты в самом деле не боишься? Тебя не пугает возможность сразиться с демоном? – допытывалась она.

– Боюсь, – честно признался Альс. – Очень. Исчадия преисподней – немыслимо могучие создания. Но им не место в нашем мире. И будь моя воля…

– Насколько я успела тебя узнать, Ирье, ты в любом случае сделаешь то же самое.

– И все равно меня прямо мутит от страха.

Эльф умел быть честным. И не только с чужими, и не только с любимой, но и с самим собой. Редкая добродетель и сомнительное удовольствие.

– Должно быть, тебе тяжело жить, – молвила бывшая хатамитка.

– Я тебе даже не могу передать, до какой степени.

Они улеглись спать прямо на полу, расстелив тонкое шерстяное одеяло, спина к спине, словно собираясь принять бой. Но сначала Ириен почти невинно коснулся губами краешка ее губ.

– Хочешь сказать, что перед сражением воину полагается хранить чистоту? – лукаво спросила Джасс.

– Нет, – шепнул ей на ухо Ириен. – Хочу, чтоб Тор в конце концов выиграл у Сийгина серебряную корону, – и сделал красноречивое движение бровями.

Джасс хрюкнула, сдерживая смех, она уже успела привыкнуть к тому, что в ланге предметом ставки может стать что угодно. Альс же, в свою очередь, заснул в тот миг, когда закрыл глаза. Терзаться предчувствиями, а тем более переживать за то, что случится только завтра, он не хотел и не умел.

Предполагалось, что Альс отправится прямо к алтарю-проходу и там устроит засаду. Демона он попытается истребить, а портал – разрушить. Если покажут себя те, кто вызвал исчадие преисподней, то ими займутся гвардейцы наместника и ланга. Никто из лангеров не стал спорить и демонстрировать показную храбрость, когда Альс подробно и доступно объяснил всем, что представляет собой демон в качестве противника. Любого смертного, кроме воина-мага, демон разорвет, точно волк цыпленка, походя. Даже Ириен Альс возлагал больше надежд на чародейство, чем на собственные воинские достоинства и мастерство.

В снаряжении пришлось ограничиться легким кожаным доспехом, чтобы не терять подвижности, которая в предстоящей схватке не помешает, а кроме того, против когтей и клыков демона не поможет даже знаменитая эльфийская кольчуга мельчайшего плетения. Пард помог надеть и застегнуть перевязь, крепившую ножны для мечей, которые эльф носил за плечами. Длинные волосы Альс, по распространенному эльфийскому обычаю, заплел в две косы за ушами, чтоб не мешали в бою.