Второе Правило Волшебника, или Камень Слёз - Терри Гудкайнд

Галеанцы, воодушевленные речью Кэлен, стали кричать, что они готовы сделать это. Она стояла и слушала их клятвы драться до конца. Но справа доносился недовольный ропот. Потом в толпе началась потасовка. Видно, здесь были те, кто хотел высказаться, но их товарищи пытались им помешать.

— Если вы хотите участвовать в этой борьбе, — сказала она, — то должны беспрекословно мне повиноваться. Но на первый раз я разрешаю всем желающим свободно высказать все, что они думают. Если у кого-то есть возражения, говорите сейчас, потому что другого случая не будет.

И вот воин, которого стоящий рядом пытался удержать за руку, вырвал руку и бросил на Кэлен гневный взгляд:

— Мы — мужчины! Мы не позволим женщинам командовать нами на поле битвы.

— Но ведь вами правила королева Цирилла! — удивленно воскликнула Кэлен.

— Она — наша королева, и мы сражались за нее. Но она не командовала нашим войском. Это должен делать мужчина.

— Как твое имя? — спросила Кэлен.

— Вильям Мосль. — Он гордо поднял голову. — Меня и моих товарищей учил военному делу сам принц Гарольд!

— А меня учил король Вайборн, его отец, — отвечала Кэлен. — Король был и моим отцом. Я ведь единокровная сестра вашей королевы и принца Гарольда!

Кэлен услышала, как волна удивления пронеслась по толпе. Не сводя глаз с Мосля, она подняла руку, требуя тишины. Когда все стихло, она заговорила снова:

— Но это — еще не причина для того, чтобы вами командовать. Однако как воины вы должны выполнять приказы ваших командиров и вашей королевы, а также — приказы Высшего Совета Срединных Земель. А Высший Совет подчиняется приказам Матери-Исповедницы, то есть моим. Моя фамилия — Амнелл, как и у вашей королевы. Но главное — это то, что я Мать-Исповедница в Срединных Землях. А это значит, что по моему приказу вы должны идти в огонь и в воду. Разве тебе это непонятно, воин?

Мосль, подбадриваемый некоторыми из товарищей, ответил:

— Ты вправе приказывать нам, но это не значит, что ты знаешь, что следует делать.

— У меня нет времени рассказывать вам сейчас о моем военном опыте, — вздохнула Кэлен. — Я многое могла бы вам сообщить о страшных боях, в которых мне довелось участвовать, как и о своем умении убивать. Расскажу вам только, что произошло в эту ночь. Чтобы спасти ваши жизни, я в одиночку отправилась в лагерь Имперского Ордена. Д’харианцы боятся ночных созданий и духов, поэтому у них в лагере был свой волшебник, чтобы защищать их и помогать им. Вы ведь уверены в том, что знаете, как воевать, и если бы вы напали на лагерь противника, волшебник заранее узнал бы об этом, проследил ваш путь, а может быть, даже уничтожил всех вас силой своей магии!

Мосль продолжал упорствовать и злобно смотрел на Кэлен, но некоторые его приятели явно встревожились. Одно дело — сражаться против обыкновенного врага, другое — против волшебников.

Командир Райан выступил вперед:

— Мать-Исповедница убила этого волшебника! — Многие вздохнули с облегчением. — Если бы не она, мы нашли бы смерть в первом же бою, даже не успев вступить в бой с противником. И я намерен повиноваться всем, кому клялся в верности: моей родине, моей королеве, Срединным Землям и Матери-Исповеднице.

— Я — галеанский воин! — закричал Мосль, не желавший внимать доводам разума. — Я — не воин Срединных Земель! Я намерен защищать свою страну, а не всяких там кельтонцев. — Послышались одобрительные возгласы. — Эти, как их там, Имперский Орден, что ли, идут сейчас к нашей границе. Селлион — пограничный город, и большая часть его, по ту сторону реки, — уже на кельтонской земле, а не на нашей! С какой стати мы должны умирать за этих кельтонцев?!

В толпе воинов опять вспыхнул спор. Командир побагровел от ярости.

— Мосль, ты позоришь… — начал Райан.

Кэлен жестом показала, чтобы он остановился.

— Отчего же? — спросила она. — Мосль только высказывает то, в чем он убежден, как я и просила. Вы должны понять меня. Я не приказываю вам сейчас идти на войну. Я прошу вас защитить жизнь ни в чем не повинных жителей Срединных Земель. Десятки тысяч ваших товарищей уже пали на этой войне. И я знаю: большинство участников этой войны погибнет. Я не приказываю вам непременно участвовать в войне, но если вы решили воевать, то командовать вами буду я. И мне здесь не нужны люди, которые не верят в наше дело. Так что все должны сейчас решить для себя, остаются они с нами или нет. Но помните: на войне — как на войне. Всем, кто будет сражаться с врагом, придется выполнять приказы командиров. А в Срединных Землях нет власти выше моей. Поэтому все, кто останется, будут мне беспрекословно повиноваться, а неповиновение будет караться беспощадно. Сейчас ставка в борьбе слишком велика, чтобы терпеть тех, кто не хочет выполнять приказы. Вы должны выполнять мои приказы, даже рискуя погибнуть: ведь так можно спасти жизни многих людей. Я никогда ничего не приказываю, не имея на то серьезных оснований, хотя у меня не всегда есть время для объяснений. Вы должны верить своим командирам и выполнять их требования. — Кэлен обвела взглядом собравшихся. — Выбирайте, с нами вы или нет. Но выбор свой вы должны сделать сейчас, раз и навсегда!

Мать-Исповедница умолкла, ожидая решения воинов. Между ними снова возникли споры и ссоры. Слышались гневные проклятия. Вокруг Мосля собралась группа воинов, отделившаяся от толпы.

— Я ухожу, — воскликнул Мосль, подняв вверх руку, сжатую в кулак. — Я не желаю, чтобы нами командовала женщина, кто бы она ни была! Кто со мной?

Вокруг него собралось человек шестьдесят — семьдесят, которые приветствовали его восторженными криками.

— Ну так уходите! — сказала Кэлен. — Вам незачем участвовать в деле, в успех которого вы не верите.

Мосль бросил на нее презрительный взгляд:

— Мы уйдем сразу, как только соберем свои пожитки. Мы не обязаны бежать по твоему приказу.

Толпа возмущенно загудела. Мосля и его товарищей стали окружать другие воины.

— Остановитесь! — крикнула Кэлен. — Оставьте их. Они сделали свой выбор. Пусть забирают свои вещи и уходят.

Мосль со своими спутниками протиснулись сквозь толпу и направились к стоянке. Кэлен про себя пересчитала отступников. Их оказалось шестьдесят семь человек.

— Кто еще хочет уйти? — спросила она, обращаясь к остальным. Никто не сдвинулся с места. — Значит, вы все хотите вступить в бой с врагом? — Одобрительный гул был ей ответом. — Ну, быть по сему. Я сама предпочла бы не просить вас об этом, но просить сейчас больше некого. Я скорблю, потому что знаю: многие из вас погибнут в этой неравной борьбе. Знайте: все живые навечно запомнят, чем вы пожертвовали ради спасения народов Срединных Земель!