Фантастические циклы романов. Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Шаргородский Григорий Константинович

– Слушай, а почему бы тебе не обзавестись хозяйством в Топинске? Оклемался бы и опять вернулся в нашу лихую компанию.

– Нельзя мне, – посмурнел казак, – шаман наказал года два держаться подальше от любого чародейства. Что-то там с какими-то потоками силы и другой мутью. Так что ты, командир, присмотри за Орликом, пока не пришлю за ним кого-то из родичей.

– Не беспокойся, будет он жить как на курорте.

– Как на курорте не надо, зажиреет, пусть Осипка гоняет его, да почаще.

Вот за таким расслабленным разговором протекали наши посиделки, и тем неприятнее было грубейшее вмешательство со стороны.

К нашему столу решительно подошла пара господ в темных сюртуках и невысоких цилиндрах. Из образа добропорядочных граждан выпадали перчатки с манжетами поверх рукавов сюртука и шпаги, которые были замаскированы под трости, да и то чисто символически – ну не бывает тростей с гардой.

Я не особый спец в этих вопросах, но даже мне стало понятно, что по наши души явились профессиональные бретеры.

Ситуация до предела неприятная. И как только эти твари сумели так быстро выйти на меня? И послать их с ходу не получится из-за дуэльного кодекса и этой тупой дворянской Игры.

В империи дворянские вольности, конечно, недотягивали до анархизма шляхты времен Речи Посполитой моего мира, но все равно были довольно отвязными. Так что цвет нации резал друг друга весело и с размахом. Целая плеяда императоров смогла лишь создать некую лазейку для тех, кто не хотел драться. Позорная лазейка, но хоть какая-то. Правда, пользоваться ею я не собирался, потому что вариантов у меня было чуть больше, чем предполагали бретеры.

– Господа, – с ходу заявил мужик в возрасте с тронутыми сединою усами, – вы своим мерзким видом оскорбляете и это заведение, и наши взоры.

Это что, стандартный заход? Если честно, не впечатляет.

Более молодой бретер пока помалкивал. Судя по тому, как немногие посетители начали бочком пробираться к дверям, здесь подобные ситуации не так уж редки. А вот внимательно-напряженный взгляд стоявшего за стойкой кабатчика мне совсем не понравился. Похоже, именно он опознал нас по заранее разосланному описанию. Ну а где еще им меня ловить, если не получается заманить на великосветские приемы? Или все же постарался дворцовый кучер?

– У вас, господа, плохо со слухом? – Бретер презрительно сморщил порченное какой-то инфекцией лицо.

Мужик, точнее дворянин, наверняка служилый, явно работал по не раз опробованному сценарию, а вот мы будем рвать шаблоны. Иначе никак – против двух профессионалов со шпагами нам не потянуть, даже учитывая наше церемониальное оружие. Особенно учитывая наличие оного.

Я нарочито медленно начал подниматься, затем резко левой рукой подцепил блюдо с селедкой и швырнул его в усатого бретера. Пока он резким жестом отбивал сей нестандартный снаряд рукой, я метнул следом графин из толстого стекла.

Хороша работа стеклодува – графин, угодивший в лоб бретера донышком, так и не разбился, а вот цель на некоторое время выпала из расклада.

Молодой бретер настолько удивился подобному ходу событий, что обнажил свою шпагу.

Это он зря – теперь разбираться с последствиями мне будет намного легче.

– Стол! – крикнул я, и, как обычно, Евсей понял все с полуслова.

На это действие его здоровья хватит с лихвой, тем более что ворочать тяжелый стол мы взялись на пару.

Гастрономическое великолепие самым возмутительным образом съехало на пол, зато столешница, встав вертикально, превратилась одновременно в щит и таран.

Да уж, недооценил я парня.

За мгновение до того, как мы врезались в вооруженного бретера, он сумел ткнуть меня шпагой в голень.

– Ах ты, скотина! – завопил я.

Когда столешница сбила бретера, накрыв его, я заполз сверху и ударил по торчащей наружу голове.

Затем двинул второй раз, но третий удар сдержал – бретер уже был в отключке, а излишнее зверство впоследствии может выйти мне боком.

– Лежать! – послышался за спиной крик Евсея.

Когда обернулся, я видел, что казак все же разбил основательное творение стеклодува об голову поднимающегося на четвереньки усача.

Совершив еще один поворот головы, я уставился на кабатчика:

– Что застыл, мерзавец? Высвистывай околоточного.

Кто бы сомневался, что у кабатчика найдется свисток, которым он воспользовался, едва выскочив из дверей заведения.

Околоточный в компании здоровенного городового прибыл буквально через минуту, и это тоже настораживало.

– Что здесь происходит?! – грозно взревел еще один носитель пышных усов, но теперь в полицейской форме.

К этому времени мы с Евсеем успели оправить свою одежду и даже прицепить обратно на пояса оружие – он шашку, а я нелюбимую саблю. Осмотр раны на ноге показал, что это небольшая царапина, которую достаточно было смочить водкой. А ведь могло быть намного хуже, и понимание этого не добавляло мне хорошего настроения.

– Форменное безобразие здесь происходит! – заорал я, изображая вздорного дворянчика в подпитии. – Мы здесь тихо сидим и обмываем награды, а тут явились два каких-то быдлана и давай нас оскорблять.

С этими словами я ткнул свой орден под нос околоточного, и блеск золотой каймы на кресте отразился в его глазах нешуточным страхом. Околоточный мгновенно побледнел до позеленения кожи лица.

Да он у нас в этом деле замазан по самые уши, сволота такая! А может, кабатчик использовал его втемную? Похоже на правду, учитывая свирепый взгляд околоточного в сторону распорядителя заведения.

– Но это же дворяне, – попытался ухватиться за соломинку околоточный с тем же успехом, как и утопающий.

– Да? – сыграл я удивление. – Они не представились.

Еще бы. Я сделал все, чтобы бретеры не успели этого сделать.

Кроме простого и унизительного отказа от дуэли имперская власть в данном вопросе проявляла маниакальную тягу к формальностям. Так что любое отступление от дуэльного кодекса каралось по всей строгости закона. На этом и строился мой расчет.

Околоточный оказался не так уж туп. Он посмотрел на кабатчика, который с недовольным видом кивнул, подтверждая мои слова.

Тоже не дурак, потому что понимал: в деле дворян, получивших знаки отличия из рук императора, может всплыть и судебный видок с магическим детектором лжи. К тому же от полицейского не укрылся обнаженный клинок молодого бретера и наше оружие, явно не покидавшее ножны.

Было видно, что околоточному очень не хочется раздувать происшествие, которое наверняка повлечет за собой непростое общение с участковым приставом, а то и с обер-полицмейстером.

Недолгий анализ подви́г полицейского на принятие кардинального решения.

– Устин, – повернулся он к городовому, – зови Петра и Захара. Пеленайте этих молодчиков. А еще найди господам извозчика.

Опомнившись, он повернулся ко мне, чтобы понять, не переборщил ли с командами. В ответ я лишь согласно кивнул.

– Вы не сумлевайтесь, ваше благородие. Мы уж поспрошаем с супостатов, а для вас никаких беспокойств не будет, – уверил нас околоточный.

Ну что же, можно сказать, что этими словами он реабилитировался в мох глазах, так что можно и не гадать о степени вовлеченности полицейского в это дело.

Здоровяк Устин справился с заданием очень быстро, и через минуту еще два городовых вязали начавших приходить в себя бретеров, а мы с Евсеем направились к пролетке.

Когда вышли на улицу, я увидел, что солнце уже зашло.

Да уж, в приятной компании время летит очень быстро. Увы, повторить подобное не получится еще очень долго. Пару лет Евсей не сможет посещать Топинск, а у меня вряд ли получится наведаться к нему в станицу.

Глянув на небо, я все же решил не искать приключений на свою голову и приказал извозчику править во дворец Даши. Уверен, там найдут где приютить хворого казака, а в госпиталь он вернется утром.

Переезд прошел без малейших проблем, и спустя некоторое время нас встретила чем-то встревоженная охрана графского дворца.