Адептус Астартес: Омнибус. Том I - Энди Смайли

Всю свою жизнь он ничего не боялся, но мысль о возвращении псайкера наводила на него противоестественный ужас.

— Не позволяй ему лезть в мою голову, его скверна по-прежнему во мне, я чувствую, как она просачивается прямо в душу!

— Тогда покайся в грехах! — Голос Борея упал до вкрадчивого шепота. — Спасти душу так легко… Просто признайся в грехах, покайся в ереси, и все закончится без боли. Тебе даже не нужно говорить, только кивай.

Астелян откинулся назад и плотно зажмурился, его цепи загремели. Пот стекал с него на плиту ручьями, от напряжения многие раны открылись, покрывая тело кровью.

— Я не признаю за тобой право судить меня, — хрипло прошептал он. — Я не признаю твой авторитет.

— Тогда ты не оставляешь мне выбора, — проговорил Борей, подошел к двери камеры и распахнул ее.

ИСТОРИЯ БОРЕЯ

Часть третья

— Значит, они не оставили описания своего маршрута? — спросил Борей через комм-устройство.

«Клинок Калибана» находился на орбите Писцины IV, капеллан стоял на мостике. Вернувшись в башню, он связался со скоростным ударным судном Темных Ангелов, намереваясь захватить «Сан Карте», но корабль вольных торговцев к тому времени уже покинул орбиту. Теперь сам Борей и другие космодесантники на борту «Клинка Калибана» продолжали поиски исчезнувшего корабля. Перед этим капеллан через астроиата отправил закодированное сообщение, известив Башню Ангелов о присутствии Падших в системе. Не менее десяти дней требовалось для того, чтобы сообщение дошло до цели, и еще столько же — чтобы пришел ответ. Борей надеялся, что успеет вернуться на Писцину IV и сам его получит. Однако он все же решил, не дожидаясь инструкций, двинуться по следу «Сан Карте», иначе шанс схватить Падших мог выскользнуть из рук.

— Силы системы патрулируют коридор выхода, признаков «Сан Карте» нет, лорд Борей, — отозвался командор Кейли, который командовал кораблями, обеспечивающими оборону Писцины.

Командор уже обещал помощь в поимке подозрительного судна и теперь руководил операцией с орбитальной станции.

— У меня четыре судна размещены на внешнем периметре, еще два на обитаемых мирах и один направился во внутреннюю часть системы.

— Мы со своим кораблем тоже направимся в сторону внутренних планет, — отозвался Борей. — Возможно, на «Сан Карте» поняли, что их ищут. Они знают, что будут обнаружены, если попытаются сбежать на безопасное расстояние и перейти в варп. — Очень хорошо, лорд Борей, — согласился Кейли. — Наше судно во внутренней части системы называется «Тор Пятнадцать», им командует капитан Стэр. Я передам, что вы достигнете их местоположения через несколько дней.

— Благодарю за сотрудничество в этом вопросе. Пожалуйста, напомните капитану, я просто хочу, чтобы судно противника было найдено. Ни при каких обстоятельствах не следует идти на абордаж. Если нужно, ваши корабли могут мешать его продвижению, но только на расстоянии, никакого близкого контакта.

— Ваше сообщение передано, лорд Борей, но я не понимаю, с чем связана подобная осторожность. Мои люди вполне способны справиться с пиратами такого пошиба.

— Хорошо, если перед нами только пираты и мое предположение необоснованно, я сам буду только рад, — возразил Борей. — Однако, боюсь, любого, кто попытается подняться на борт этого корабля, ждет куда худший враг. Никто, абсолютно никто не должен вступать в контакт с экипажем «Сан Карте».

— Как пожелаете, лорд Борей. Я проинформирую вас, если мы что-нибудь обнаружим, вы также со своей стороны держите нас в курсе дела.

Кейли разорвал связь, комм-устройство с минуту гудело, пока Борей не выключил его. Все это время капеллан простоял, разглядывая унылый интерьер мостика: коммутируемые табло ввода-вывода, датчики, динамики, плоские экраны, рабочие места радиоперехвата. Он попытался безмолвным усилием воли заставить «Сан Карте» показаться на одном из экранов, хотя знал, что на самом деле поиски окажутся не такими скорыми и простыми. В штат корабля, как и в штат планетарной цитадели, входили в основном слуги-некосмодесантники, сервиторы и небольшое число техножрецов. Борей повернулся к Сену Назиилу, старшему из корабельных офицеров, который исполнял обязанности капитана, если Темных Ангелов не было на борту. Назиил носил простую темно-зеленую рясу поверх облегающего черного комбинезона, его худощавое лицо с детства перечеркивали шрамы, полученные во время проверки, выполненной апотекариями.

— Проложи курс во внутреннюю часть системы, к Писцине-три, — приказал Борей человеку. — Я хочу, чтобы личный состав авгуров оставался укомплектованным все время, каждую минуту. Мы должны найти «Сан Карте» раньше, чем его обнаружат другие.

— Слушаюсь, капеллан-дознаватель, мы двинемся к Писцине-три на полной скорости, — подтвердил Назиил. — Время до выхода на орбиту — примерно три с половиной солярных дня.

— Хорошо, Назиил, хорошо, — рассеяно отозвался Борей, перед тем как отключить связь и уйти с мостика.

Он добрался до подъемника, собираясь спуститься на три уровня и добраться до казарменных отсеков Космического Десанта. Нужно было провести инструктаж. Ожидая подъемник, вслушиваясь в его лязг и грохот, Борей размышлял, что он скажет боевым братьям. Никто из них не состоял в Крыле Смерти, значит, не был допущен к тайне существования Падших. На деле они обладали крайне скудной информацией, к тому же окутанной мифами и легендами и касавшейся в целом Ереси Хоруса.

Борей дал священный обет никогда не разглашать сведения о тех бурных временах, потому что лишь вступление в Крыло Смерти позволяло снять с настоящей правды первый слой полуправды-полувымысла. Капеллан полностью одобрял традицию ордена в сохранении тайны. Некогда Темные Ангелы стояли на самом пороге измены, и, сделайся эта история известной, орден был бы обречен. Кроме членов внутреннего круга никто не знал истины целиком, за исключением, быть может, некоторых инквизиторов Империума, которые о многом догадывались, но ничего не могли доказать. В качестве капеллана-дознавателя Борей был допущен к третьему уровню секретности внутреннего круга, этот третий уровень одновременно являлся седьмым по счету для элиты Крыла Смерти. Капеллан немало знал о предательстве примарха Хоруса, о том, как Лютер поднялся против Императора, после чего Темные Ангелы десять тысячелетий потратили на поиски, призванные искупить их полупредательство. Однако много больше Борей узнал у Астеляна в камере допросов. Гораздо, гораздо больше. Тогда он не поверил, отверг услышанное, счел его пропагандой и попыткой избежать кары, однако в последние годы и особенно в последние месяцы аргументы Падшего приобрели в сознании Борея немалый вес.

Лифт прибыл на место с громким скрежетом. Двери открылись, испустив струйку испарений, и Борей вошел внутрь. Когда двери снова сомкнулись, он ткнул в руну, означавшую отсек, где размещались космодесантники. Лифт медленно громыхал вниз, тем самым давая Борею время подумать еще и решить, что он скажет другим Темным Ангелам. В конце концов подъемник прибыл на место, капеллан выбрался на металлический настил и глубоко вздохнул. Вместо того чтобы направиться прямо в комнату для инструктажа, он повернул направо, к расположенной неподалеку корабельной часовне. Она была скромно украшена тиснеными рельефами с эмблемой ордена, на небольшом алтаре стояла золотая чаша, возле нее — кувшин красного вина. Наполнив чашу, Борей опустился на колени и склонил голову. Он сделал большой глоток, поставил чашу на пол рядом с собой и стиснул руки на груди.

— Мы живем в галактике тьмы, — прошептал он пересохшим горлом. — Древние враги ордена окружают нас. Чужаки хлынули из скрытых убежищ. Еретик восстает против власти Императора. Я боюсь, что снова зашевелились гнуснейшие виды зла. Зараженные порчей, изменники, предатели поклялись Темным Силам протянуть когтистые лапы и разрушить все, что мы построили. Я трудился, ограждая Галактику от этих бед, а моих воинов — от развращающих идей мира, в котором мы живем. Теперь я рискую своей честью. Я должен нарушить клятву секретности, чтобы выполнить величайшую клятву, ведь я присягал защищать Императора и его подданных. Посмотри на меня ласково из-за завесы, великий Лев, могущественный военачальник Калибана. Прошу твоей мудрости, со своего места подле Императора направь мои слова и дела. Прошу, дай мне силы искоренить зло, подобное опухоли. Прости меня за то, что я должен совершить, чтобы защитить имя твое и честь всего, тобою созданного. Пусть клятва, данная мною как воином Крыла Смерти, утратила силу, зато я присягаю тебе новой клятвой. Клянусь, что пойду на все, чтобы остановить и уничтожить эту тьму. Ничто не остановит меня и не помешает защитить самое дорогое. Дай нам твое благословение в этом начинании, а мы будем стремиться служить тебе. Даруй нам победу в этом крестовом походе.