Полет дракона - Владимир Ковтун

- Во-первых, обе собаки очень послушны, и ты хорошо знаешь, что Ин может быть нам полезным. Все мелкие поручения он выполняет безукоризненно. Во-вторых, вспомни, как он спас тебя от стрелы хорезмийца, а меня – от укуса змеи. И потом: все это время мы с тобой обучаем Ина. Большой перерыв плохо скажется на его занятиях. И, наконец, главное: у меня такое чувство, что присутствие Юса нам помогает.

В конце концов, Ли согласился.

- Может быть, ты и прав. Мне и самому легче на душе, когда Юс рядом с нами.

Дракончику Лунь-эру было приказано оставаться в лагере.

Настал день расставания. Порт находился в десяти километрах от Антиохии. Свободные от работы солдаты и офицеры пришли проводить отплывающих.

Вместе с ханьцами на большой, торговый корабль садилось еще несколько человек. Среди них были и негры. Вид моря и совершенно черных людей привел Ина в полное изумление.

Парс{155}, владелец корабля, разговаривал с Ли довольно развязно. Он сразу же заявил, что собак на корабль не возьмет. Ли предложил увеличить плату за проезд, но купец отказывался до тех пор, пока не увидел на пальце собеседника кольцо пророка Зороастра. На мгновение он потерял дар речи, и остановился на полуслове, ошарашено глядя на собеседника.

- Что-то случилось? – Вежливо спросил Ли.

- Кольцо…. у вас на пальце! – Пробормотал купец.

- Это подарок Владыки Хорезма. – Ответил Ли, и как ни в чем не бывало продолжил разговор.

С этой минуты купец-парс разговаривал с Ли, как с особой королевской крови, а Юс и Рваное Ушко торжественно поднялись на палубу.

Наконец, груз и все люди оказались на корабле.

Капитан громко отдал приказ к отплытию, и гребцы-рабы взялись за тяжелые весла.

Ли смотрел, как медленно удаляется низкий берег, и остающиеся на нем соотечественники.

Подул свежий ветер, и капитан приказал поднять парус.

Качать стало сильнее, и к вечеру у Ина началась морская болезнь.

Неважно себя чувствовали и другие путешественники. Потребовались еще сутки, прежде чем в их отяжелевшие головы вернулась привычная ясность мышления.

На корабле, помимо ханьцев, владельца судна, капитана и команды, плыли двое купцов в сопровождении рабов-негров, трое римлян и с ними молодой, светловолосый мужчина.

Время коротали кто, как мог – за разговорами, игрой в кости или в «мелькание пальцев», когда двое быстро показывали остальным по произвольному числу пальцев, и следовало угадать, сколько пальцев было показано.

Увидел Ли и нечто похожее на шахматы – на деревянной доске двое партнеров передвигали вырезанные из кости фигурки.

- Как называется эта игра? – Спросил Ли.

- Латрункули – наемные воины. – Ответил римлянин. – Хочешь, научу?

Ли согласился и несколько часов постигал тайны неведомой для него игры.

Светловолосый мужчина ни во что не играл, и в разговорах почти не участвовал. Большей частью, он сидел на корме и смотрел на море.

Всех насмешил Ин, который, оправился от болезни, и принялся обследовать корабль.

Выбрав момент, когда один из негров заснул, он намочил тряпку, подобрался к спящему, и осторожно потер предплечье, проверяя, не выкрашена ли его кожа в черный цвет.

Разбуженный негр сел, и непонимающе хлопал глазами.

Все наблюдавшие эту сцену разразились громким хохотом.

Разобравшись, что к чему, добродушный негр изобразил на своем лице мнимо свирепое выражение, схватил Ина в охапку, и сделал вид, что сейчас выбросит его за борт.

В следующее мгновение он чуть не пал жертвой острых клыков Юса и Рваного Ушка, которые бросились защищать своего друга. Ли еле успел остановить стремительную собачью атаку.

Вся сцена немало повеселила путешественников, и они еще долго обсуждали ее детали.

Посмеявшись, Ли обратился к зрелищу волнующегося моря. Порывистый ветер срывал с волн белые барашки, и они, шипя, таяли в зелено-голубой воде.

«Где ты, Ли-цин?» - В который раз с тоской вопрошал Ли, обращаясь к небу, закрытому тяжелыми, серыми тучами.

Ли-цин не было рядом, но она стала его постоянной спутницей – в мыслях, в душе и снах.

Он верил и не верил, что они встретятся. Слишком жестоким был мир, в котором они жили…

- Откуда вы, господин? – Раздался голос позади него.

Ли оглянулся, и увидел стоящего перед ним светловолосого мужчину.

- Из страны Хань. – Ответил он.

- Можно мне побеседовать с вами? – Спросил мужчина.

- Садитесь. – Радушно пригласил его Ли.

- Меня зовут Словен. – Представился светловолосый, присаживаясь. – А вас, я слышал, величают господином Ли. Где же расположена ваша страна?

- Очень далеко отсюда, на Востоке. Мы идем уже многие месяцы.

- И велика ваша страна?

- Достаточна велика.

Они говорили по латыни, и Ли с трудом подбирал слова.

- Вы – римлянин? – Спросил он Словена.

- Нет. Я тоже издалека. – Показал его собеседник рукой на Север.

- А, как называется ваша страна?

- Борей. Это очень далеко отсюда.

Ли решил, что ослышался.

- Как вы сказали? Повторите, пожалуйста. – Попросил он.

- Борей. Страна за северным ветром.

Ли, потрясенный до глубины души, смотрел на Словена во все глаза. Сомнений быть не могло: перед ним сидел соотечественник Ведича.

- Вас что-то удивило? – Спросил Словен.

От волнения Ли начисто забыл латынь, и заговорил на языке хань-жэнь. Потом взял себя в руки и, путая латинские слова с персидскими, рассказал Словену о старике Ведиче.

Выяснилось, что Словен знает персидское наречие примерно так же, как Ли – латынь. Благодаря этому, их общение пошло гораздо живее.

Разобравшись в рассказе Ли, Словен тоже разволновался.

- Ведичи! – Воскликнул он. – Это очень известный и уважаемый в Борее род. Я знаю кое-кого из них, но не близко. Они – волхвы, а я простой человек.

- Что значит «волхвы»? – Спросил Ли.

- Жрецы. – Пояснил Словен. – Они очень мудрые люди, и некоторые из них даже умеют летать. Но, как я понял, ваш Ведич очень стар.

- Да. Ему много лет. – Подтвердил Ли. - И он упоминал какую-то девочку, с которой дружил в детстве. Кажется, ее звали Ярина.

- Ярина? Я знаю старуху Ярину! Она – известная знахарка-ведунья, пользует людей настоями из трав, и накладывает руки на больное место. Меня водили к ней, когда, будучи отроком, я повредил себе руку. Четыре года назад любопытство повело меня на Запад, и тогда она еще была жива, выглядела очень бодрой. Но, погодите…. Дайте вспомнить! Да! Да! Точно! Мать рассказывала соседке, что знахарка Ярина дала обет никогда не выходить замуж потому, что в девичестве загадочным образом пропал ее суженый. Так она и прождала его всю жизнь! О, Даждьбог{156}! Ты воистину творишь чудеса! Кто мог подумать, что весть о ее пропавшем женихе долетит до Бореи через бездонную пропасть жизни?