Незаконный наследник: Вспомнить, кем был. Стать собой. Остаться собой - Алексей Игоревич Ильин

которого весь боевой настрой у всех мгновенно испарился. – Мяу-у-у-у! – повторил он, сел на пушистую задницу и принялся умываться.

– Я слышал об этом, – негромко произнес прадед, не отрывая взгляда от кота. – Но одно дело слышать, а другое – видеть воочию.

Паразит встал, подошел к нему, потерся о ноги и пару раз обвил хвостом трость, чуть не вырвав ее при этом из рук. После чего сел и уставился на прадеда, не мигая своими желтыми глазищами.

– Да понял я, понял, – Ушаков усмехнулся. – Выслушаю я твоего подопечного, не злись.

Было очень странно видеть, как старик разговаривает с котом, а тот его внимательно слушает, слегка наклонив голову набок. Гладить, кстати, и вообще как-то прикасаться к шелковистой шерстке Ушаков так и не решился, хоть пару раз его рука дернулась, протягиваясь в том направлении.

Паразит внимательно его выслушал, наклонил голову в другую сторону, улыбнулся и исчез, как он иногда делал, постепенно. Абсолютно все находящиеся в зале наблюдали за котом, напрочь потеряв ко мне интерес. Когда тот исчез полностью, прадед мотнул головой и посмотрел на меня.

– Удивительные животные. Иной раз, конечно, пакостят, не без этого, но в целом абсолютно удивительные. Так, вернемся к нашим баранам. Что ты хотел мне показать? – Он сказал это таким тоном, словно появление кота отвлекло нас от нашего разговора, и вот теперь прадед предлагает мне вернуться к нему. Сказать, что я охреневаю от этого семейства, это скромно промолчать.

Быстро, чтобы старик снова не передумал, я вытащил пластинку и протянул ему.

– Этот артефакт я нашел на нашем клановом заводе, когда ликвидировал некий форс-мажор. На самом деле таких артефактов у злоумышленника, которого наняли Снежины, было несколько, вы ведь не будете возражать, если мы оставим их себе? Я их забрал в качестве трофея, но хотелось бы, чтобы все было по правилам. – На самом деле мне было плевать на правила, тем более, судя по удивлению, промелькнувшему по лицу двоюродного деда, они уже и думать забыли об этом проекте. Но надо же было как-то начать нашу светскую беседу.

– Персональный преобразователь материи, – проскрипел дед. – Помнится, мы хотели со Снежиными создать игрушку, на забаву малышам. Подразумевалось, что в нескольких шагах от карапуза будет разворачиваться почти материальная иллюзия различных кукол и других мячиков. Что-то у нас тогда не получилось, м-да. Но я даже представить себе не могу, что они хотели сделать с преобразователем, совместив их характеристики с тем, что делают Керны. – Он замолчал и откинулся на спинку кресла, прикрыв глаза.

Его брат и сын сидели нахмурившись. Прошло, наверное, пара минут, во время которых я уже подумал было, что старик помер или уснул, но тут он открыл глаза.

– Кирилл. – К нему тут же выдвинулся мужчина средних лет. – У нас запрашивали разрешение использовать изготовленные нами матрицы артефакта в другом проекте?

– Нет, Андрей Никитич. – Судя по всему, этого своего потомка глава клана использует и как юриста, и как личную говорящую записную книжку. – Я не припомню подобных запросов. И еще, – Кирилл одернул рукав безупречного пиджака и принялся что-то набирать в своем дневнике. – Возврата матриц, так же, как и компенсации вложенных в них средств, тоже не поступало. И еще… – он замолчал, кое-что проверил и опустил руку. – Разрыва или закрытия договора нет. Снежины просто украли наши наработки, проигнорировав свою часть сделки и не уведомив нас официально, что она не может состояться по техническим причинам.

– И почему мы никак на это не отреагировали? – прадед так сжал пластинку, что у него пальцы побелели.

– В договоре не стоит конкретных сроков, вот юридический отдел и пропустил. А потом, похоже, просто забыли, – развел руками Кирилл.

– Проверь юристов. Меня интересует, что еще они пропустили и забыли, – его слова были пропитаны ядом. – Дожились. Нас какие-то вшивые Снежины уже ни в хрен не ставят, творят за нашей спиной, что хотят, еще и посмеиваются. Да, Кирилл, оформи этот хлам как мой подарок правнуку, пускай разбирается. Керны упертые, может, что путное придумают.

Я на мгновение закрыл глаза, неужели получилось? И тут голос подал мой двоюродный дед Степан:

– А что со Снежиными? Неужели мы просто так все спустим на тормозах?

– Ты еще в суд предложи на них подать, – зло усмехнулся прадед. – Нас, похоже, и так уже уважать перестают. Нужно вернуть некоторым заблуждающимся понимание того, что Ушаковы отнюдь не собираются отдавать своих позиций. Егор. – Вперед выскочил как раз тот самый парень, который вытащил кинжал, когда у нас едва до потасовки не дошло. – Проверь, если был злой умысел, то все должно быть показательно. Если просто дурость, то… сам подумай, здоровый уже лось, – Егор кивнул, а прадед, наконец, обратил на меня внимание. – Ты еще здесь? – он нахмурился и бросил мне злосчастный артефакт.

Я поймал пластинку, слегка наклонил голову и ретировался, а то и так много не предназначенного для моих ушей умудрился услышать.

В коридоре, когда я уже подходил к выходу, меня догнал Егор.

– Привет, – он протянул мне руку, которую я без колебаний пожал, демонстрируя доверие. – Не обижайся на деда Андрея. Он просто нас всех на вшивость проверял. Остановил бы, случись что. Но твой кот просто почву у него из-под ног выбил. Слишком уж Эсфирь напомнил.

– Тяжело терять детей, – негромко проговорил я, намекая на то, что Андрей с кошкой потерял любимую дочь, в прямом смысле этого слова.

– Да, может, Снежиным все с рук и сошло, потому что в то время, когда они самовыпилились из договора, Настя умерла, и Андрею резко стало не до каких-то там Снежиных. – Мы замолчали, а потом Егор подмигнул мне. – Похоже, этот клан сильно у Кернов по мозолям потоптался.

– Не то слово, – я провел ребром ладони по шее.

– Хочешь поучаствовать? – он не уточнил, в чем именно поучаствовать, но я и без пояснений его понял.

– А это не станет нарушением правил?

– Нет, конечно, – фыркнул Егор. – Чем, по-твоему, Керны могут в этом плане помочь Ушаковым? Это просто дружеская услуга, а не объединение двух кланов против третьего.

– Если это не будет противоречить правилам, то с удовольствием, – ответил я с мрачной решимостью.

– Тогда я звякну, обсудим всё. Ладно, я побежал. А то отпросился до сортира. Дед, поди, думает, что у меня запор. Бывай, созвонимся. – И Егор побежал обратно.

Я смотрел ему вслед, пока его было видно. Похоже, у меня получилось еще и кое-какие связи с Ушаковыми начать налаживать.

Когда я подъехал к центральным воротам императорского дворцового комплекса, Подоров уже ждал, подняв воротник, чтобы