Добро пожаловать в Америку! - Татьяна Глисон

и новорожденный лежали на полу на матраце с кровавыми пятнами в Арькиной комнате, укрытые старым одеялом. Марго наклонилась, подняла нового внука на руки и показала Арику и Рите. Голенький малыш был маленький, сморщенный как старичок, весь покрытый красными пятнами. Рите стало его нестерпимо жалко.

– Это твой братик, его зовут Даниэл, – сказала бабушка.

– Почему он маленький и красный? – разочарованно спросил старший брат.

– Он только что родился, ему всего полтора часа от роду, – заступилась за сына мать.

– А когда с ним играть можно? Ты говорила, что мы вместе играть будем.

– Обязательно будете. Только ему нужно немного подрасти.

– А почему у него глазки закрыты? – и Арик попытался ткнуть пальцем в глаз новорожденного.

– Марго быстро отдернула младенца.

– Иди-ка ты лучше поспи, а потом еще придешь посмотреть на братика.

– А он что, всегда с нами жить будет? – не унимался старший брат.

– Да, он мой и папин сын, как и ты, он будет жить с нами.

Арик задумчиво переводил глаза с малыша на маму и бабушку.

– Мне кажется, я не очень этого хочу, – сказал он, покидая комнату.

На следующий день Марго, Рита и Арик поехали на метро в магазины. Бабушка хотела купить одежду для мальчиков. В поезде Марго посадила внука на колени, а сама что-то стала искать в сумке. Поезд тронулся, и Арька чуть не слетел с колен в проход, хорошо, Рита успела его подхватить.

– Пожалуйста, держите его крепче, он очень подвижный мальчик, – попросила Рита.

– Извини, я не ожидала, что поезд тронется, – оправдывалась бабушка.

В магазине она вела внука за руку. Потом увидела детский костюмчик, отпустила руку внука и стала его рассматривать. Рита в это время рассчитывалась в кассе за подарок для Даника. Когда она подошла к Марго, то Арика рядом не оказалось.

– Где Арик? – обеспокоенно спросила она.

– Да где-то тут бегает. – беспечно ответила бабушка.

Рита бросилась искать малыша. Хорошо, что в утренние часы в магазине было немного народа, и она быстро нашла его, обнимающего манекен девочки.

– Посмотри, какая красивая девочка, – улыбнулся ей мальчик.

Рита привела его к бабушке.

– Вы знаете, по статистике чаще всего дети исчезают именно в магазинах. Здесь их легче соблазнить покупками каких-нибудь игрушек. Они спокойно могут пойти с незнакомым человеком. Год назад в этом же моле был подобный случай, – стала говорить Рита, стараясь не показывать своего недовольства.

А еще через неделю Рите объявили, что она остается работать постоянно. Рита поняла, что это Марго дала ей рекомендацию.

В чердачной комнате Ритиного дома теперь вместо Баян, которая переселилась поближе к работе, жил кандидат наук из Дагестана Григорий, личность довольно странная. Он приехал по туристической визе и искал работу, обзванивая все научные институты его профиля. Он был твердо уверен, что его, такого талантливого, непременно возьмут да еще предложат большой оклад. Прошло три месяца с его приезда, деньги закончились, а работы так и не было. Григорий объявил Рите, что платить за комнату ему больше нечем и попросил помочь найти хоть какую-то работу. Рита обратилась к Матти. Тот сказал, что возьмет научного сотрудника себе в чернорабочие, за это даст ему бесплатное жилье и питание на период обучения, а потом будет платить зарплату. Григорий переехал к Матти, а комната освободилась. Ходить в ней прямо можно было только посередине, а там, где скат крыши был ниже, стояла низкая кровать с одной стороны, комод с другой. В торце у окна был письменный стол.

Когда вечером приехал Дэвид, Рита как раз прибирала в этой комнате.

– Может ты меня пустишь в нее жить? – полушутя полусерьезно спросил он. – Можно посмотреть?

– Конечно, но при твоем росте жить там тебе предстоит на четвереньках, – предупредила его Рита.

Они поднялись в чердачную комнату. Дэвид мог стоять в ней в полный рост только в самом центре. Пригнувшись, он подошел к кровати и опустился на нее, притягивая к себе подругу. Рита прижалась к его груди. Его сердце глухо и часто стучало. Рита прижалась еще крепче, он целовал ее волосы. Она подняла голову, перехватила его губы своими и растворилась в жарком поцелуе. Мир исчез. Было только их двое. Рита расстегнула верхние пуговицы на его рубашке и провела рукой по волосатой груди. Какое это было блаженство чувствовать рядом любимого мужчину! Он застонал в ответ на ее жест и вопросительно посмотрел на нее своими затуманенными страстью глазами.

– Да, – прошептала Рита.

И они стали поспешно раздевать друг друга, не размыкая губ. Он оказался ужасно волосатым, и Рите было приятно ощущать их прикосновение к своему разгоряченному телу. Они исступленно ласкали друг друга, как будто это было в последний раз в их жизни. Рита хотела его бешено, он медлил. Она в изнеможении страсти выгнулась дугой навстречу ему и приняла его в себя. Время остановилось. В мире ничего не было важнее этих упоительных минут.

«Вот так тебе, я могу быть счастлива и без тебя», – мысленно говорила Рита Винсенту. Она запрещала себе думать о муже и теперь ей это часто удавалось. Если она вспоминала о нем, то на ее губах появлялась мстительная улыбка: «Вот так тебе!» Дэвид все свободное время проводил с Ритой. Он купил новый удобный матрац, и теперь они спали в спальне. Рита помогла ему выбрать новую одежду, которую он мог надевать в театры и музеи. Ему тоже нравилась новая, необычная для него жизнь с посещениями балетов и симфонического оркестра. Каждое утро Рита получала по емейлу от него нежные и поэтические письма, часто и без особых поводов он дарил цветы. Так прошло месяца три. Однажды они сидели, обнявшись, на диване в зале и смотрели кино. У одного из героев фильма начался эпилептический припадок. Рита сразу вспомнила о Винсента и его болезни.

– Актер очень верно изображает приступ, – сказал Дэвид, – знаешь, у меня ведь тоже эпилепсия.

У Риты остановилось сердце, она не могла выдохнуть набранный в легкие воздух. «Нет, только не это! – с ужасом подумала она. – Снова эпилепсия! За что?!» Дэвид выжидательно смотрел на нее. Она выдохнула, нашла в себе даже силы улыбнуться.

– Я знаю, что это такое. У Винсента тоже была эпилепсия.

– У меня нет припадков, я пью лекарство, я чувствую себя хорошо.

– Да, я знаю все об эпилепсии, – старалась она успокоить друга, а сама думала: «За что? Значит, я что-то не доработала с Винсентом, поэтому мне дали второй раз такого же человека. Что ж я не так сделала с Винсентом? Я старалась предугадать