"Вельяминовы" Книги 1-7. Компиляция (СИ) - Шульман Нелли

Дэниел остановился под газовым фонарем и стряхнул снег с мехового воротника пальто.

-У Джошуа, в Новом Орлеане, они сейчас на террасе пьют мятный лимонад, - усмехнулся мужчина: «Хотя, что за Ханука без снега? Это и не Ханука вовсе». Кузен пока ничего не писал. Вернее, поправил себя Дэниел, ничего из того, что могло бы быть интересно капитану Горовицу. «Жаль, - вздохнул Дэниел, - впрочем, если я пошлю на юг Бет, она навестит Джошуа, поговорит с ним. Она согласится, не может не согласиться».

Дэниел проверил записи в порту. Миссис Полина Фримен и мистер Макс де Лу отплыли сегодня в Старый Свет. «Слава Богу, - Дэниел поднял голову и взглянул на освещенные окна в гостиной Бет, - меньше хлопот». Он выдохнул дым и невольно прикоснулся пальцами к шраму на щеке. В Харпер-Ферри, когда Брауна увезли в зарешеченной карете, когда тела убитых выносили со склада, хирург сказал Дэниелу: «Останется след, однако он вас даже украшает, капитан».

Они обедали с Майклом, в Вашингтоне, в отделанной итальянским мрамором столовой особняка Горовицей. Кузен внимательно посмотрел на Дэниела: «Ты был там, в Харперс-Ферри?»

-Нет, - спокойно ответил капитан Горовиц.

 Дэниел не рисковал. Все военные участники рейда подписали бумагу о неразглашении сведений, а гражданских в живых не осталось.

-Тем более, - Дэниел отпил вина Судаковых, - Тед, наверняка, никому не сказал, кто я такой. Даже эти, четверо, что бежали,  меня не знают. А если Тед соврал? - Дэниел кивнул лакею и у него убрали тарелку.

-Если Макс там все-таки был? Исчез, добрался до Нью-Йорка…, Надо подождать, пока они отплывут, незачем рисковать. А если Макс расскажет обо всем Бет? Я собираюсь ее на работу нанимать…, В военном ведомстве поморщились. Сестра государственного преступника. Дуболомы, я им объяснил, что у нас цветных агентов  по пальцам руки пересчитать можно. Не военных  же отправлять на юг, у них на лбу звание написано. А если…, - Дэниел разозлился на себя и решил: «В Нью-Йорке все и выяснишь. Полина мне написала, и Бет тоже. Вряд ли бы они стали это делать, если бы узнали, что я был там, в Виргинии».

-Не был, - повторил Дэниел. «Шрам, - он усмехнулся, - это от другого дела осталось. Скажи, а что Мэтью?»

-Понятия не имею, - Майкл пожал плечами. Он был в хорошо скроенном, траурном сюртуке, с гагатовой булавкой для галстука.

-Летом адвокаты мне написали, что он забрал свою долю наследства. Сару-Джейн я, конечно, буду обеспечивать. Папа, - Майкл помолчал, - завещал ей тысячу долларов в год, пожизненно.

-Ты молодец, - искренне заметил Дэниел, принимаясь за курицу, - а Мэтью, - капитан Горовиц вздохнул, - он  твой брат. Может быть, он и образумится. Ты в Иллинойс едешь? - спросил он.

Кузен  кивнул:

-Республиканцы Нью-Йорка пригласили мистера Линкольна выступить в городе с программной речью. Как ты понимаешь, - Майкл повел рукой, - для нас это огромная удача. Конференция партии в мае, речь в феврале. У нас есть время выйти на политическую арену не только Иллинойса и окраинных штатов, но и всей страны.

-Президентская номинация, - утвердительно кивнул Дэниел и добавил: «Ты будешь помогать речь писать?»

Майкл покраснел:

-Мистер Линкольн отличный оратор, Дэниел. Нет, мне надо собрать сведения  о настроениях в партии. Мы немного поработаем в Иллинойсе, а потом я вернусь сюда, - добродушно рассмеялся Майкл, - буду лоббировать в коридорах конгресса.

-Он, конечно, далеко пойдет, - подумал Дэниел, глядя на то, как кузен пьет кофе из серебряной чашки. Они перешли в библиотеку. Дэниел открыл дедушкину шкатулку палисандрового дерева, повеяло запахом хорошего табака.

-Далеко, - повторил Дэниел, - молод, красив, умен, из первых семей Виргинии, внук вице-президента. Дядя Дэвид мог бы стать министром иностранных дел, если бы не женился на цветной. Майкл такой ошибки не совершит. Удачный брак, и он к сорока годам будет в конгрессе, а к пятидесяти президентом. Он очень обаятелен, ему сразу хочется верить. Для политика это важно, как и для разведчика. И он не еврей, над ним нет этого потолка, - Дэниел, невольно, посмотрел наверх.

Капитан Горовиц предполагал, что выше полковника он не поднимется, как покойный дядя Хаим, погибший на канадской границе.

-И не надо, - хмыкнул он, закуривая сигару, - я за чинами не гонюсь. Тем более, я теперь форму не ношу, и не буду. Надо отправить Бет к Джошуа. Она очень убедительна. Все-таки журналист, и отменный. Нельзя терять такой источник сведений. В случае войны нам понадобится человек в Новом Орлеане, это стратегически важный город.

Дэниел выбросил папироску в решетчатую урну на углу. Он не любил грязи. Он позвонил у подъезда Бет, дверь открылась. Главарь сказал: «Завтра утром все провернем, ребята. Жемчужина осталась одна, искать ее никто не будет».

Он откинулся на бархатную спинку сиденья. Достав оловянную фляжку с виски, мужчина чихнул. «Не говори, - пробормотал второй, дыша на руки, - хочется быстрее оказаться в Саванне, получить свое золото и, как следует, развлечься».

-Непременно, - пообещал ему южанин, - и уже скоро.

Он отпил еще из фляги и стал следить за окнами в квартире Жемчужины.

Бет решила отнести кольцо в банк, а пока заперла его в спальне, в своем туалетном столике. Она оглядела большую, под шелковым балдахином кровать и опять почувствовала, что краснеет.

-Он  еврей, - Бет прикоснулась к шее пробкой от флакона с ароматической эссенцией, - и он совсем недавно невесту потерял. Бедная Мирьям..., Нет, я говорила, я не стану жить с белым мужчиной. Да и Дэниел, - она провела рукой по черному шелку кринолина, - Дэниел не такой..., И нельзя ему. Не думай об этом, - велела себе Бет и услышала звонок.

Они сидели в гостиной, пахло хорошим кофе. Бет, искоса взглянула на Дэниела: «Его и не портит этот шрам. Интересно, откуда он?»

Капитан Горовиц улыбнулся: «Вижу, как ты меня рассматриваешь. Это я еще на территориях заработал, - он указал на запад и помолчал.

-Мне очень жаль, Дэниел, Мирьям  моя подруга была, - девушка помешивала сахар в чашке.

-У нее глаза, - понял Дэниел, - как жженый сахар. И пахнет от нее  ванилью. А губы…, Вишня такого цвета. Прекрати! - рассердился мужчина. Бет была в закрытом, дневном платье. Дэниел понял: «Она корсета не носит, по новой моде. Так даже лучше. Какая у нее грудь…, Большая, а все равно, высокая. Не смотри туда, -  приказал себе капитан Горовиц.

-Спасибо, - вздохнул Дэниел: «Поверь мне, я скорблю вместе с тобой по твоим родителям, по Теду...»

Глаза Бет внезапно стали пристальными, холодными.

-Тед погиб во время восстания против правительства, - заметила девушка, - он государственный преступник. Дэниел..., если бы ты был там, в Харперс-Ферри, если бы ты встретился с Тедом, что бы ты сделал?

-Я бы постарался уговорить его сложить оружие и обойтись без кровопролития, Бет, - Дэниел указал глазами на серебряную шкатулку. Бет кивнула. Капитан Горовиц зажег ей спичку. Девушка выдохнула дым: «Теда закололи штыками, Дэниел. Я видела его тело. И Полина тоже. Это, наверное, был кто-то из солдат, склад атаковали».

-Атаковали, - лицо Дэниела было спокойным.

-Поверь мне, как военному, Бет, в таких обстоятельствах, - мужчина помолчал, - случаются разные вещи. Прости, - он посмотрел на изящную, маленькую руку, что лежала на резном столике. На тонких пальцах Дэниел заметил пятна от чернил.

Бет поднялась и махнула: «Не вставай».

Она подошла к окну:

-Так грустно, Дэниел. Летом здесь, - девушка указала на Центральный парк, - все было зеленым. А сейчас одни голые ветви и грязная земля, - она провела рукой по стеклу.

-Я бы мог привязать ее к себе, - подумал Дэниел, - переспать..., Она бы тогда лучше работала. Видно, что она тоскует по мужской руке. Нет, - он стряхнул пепел, - могут начаться осложнения. Она в меня влюбится. Еще, не приведи Господь, забеременеет, обманом. Я на ней никогда не женюсь, но придется содержать ее, ребенка..., Это плохо для карьеры. Я все-таки, - он незаметно усмехнулся, - еврей. И  так приходится доказывать всем и каждому, что я работаю не хуже, чем потомки переселенцев с «Мэйфлауэра». Хотя моя семья здесь тоже  двести лет живет. Мне не нужна цветная обуза.